Kирa Стрeльникoва 
Приручи, если сможешь!

Издательский текст http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=39413276
«Приручи, если сможешь»: Издательство АСТ; М.; 2018
ISBN 978-5-17-111321-6
Аннотация

Предательство близких ранит сильнее всего. Доверие – хрупкая вещь, и разбить его очень легко. Гораздо сложнее потом склеить. Я пережила предательство матери и жениха, обуздала проснувшийся дар Огненной ведьмы и выбрала путь следователя, а не красивой куколки-пустышки с богатым приданым. Я даже уехала подальше от родного города, обрывая окончательно все связи с прошлым и начиная жизнь заново. И все бы ничего, если бы в ней вдруг не появился настырный тип, с которым, к сожалению, приходится работать. А еще неожиданно расследование необычной смерти в горах обросло такими подробностями, что не до собственных проблем с напарником. И уж чего я точно не ожидала, так это скелетов в своем шкафу, связанных с моим происхождением. В общем, отпуск удался во всех смыслах…

Кира Стрельникова
Приручи, если сможешь

© К. Стрельникова, 2018
© ООО «Издательство АСТ», 2018

Пролог

Прошу вас, выключите свет!
Хочу кричать, но все внутри заледенело…
Как будто выдернули стержень,
Устои, наставления – все слетело.
И плетью огненной взметнулось возмущение —
Предательству такому нет прощения!

– Лизонька, ты чудо как хороша! – восторженно прощебетала Лера, с восхищением разглядывая меня.
Я вертелась перед зеркалом, оценивая себя со всех сторон, и была полностью согласна с лучшей подругой. Длинные, вьющиеся рыжие волосы были красиво подколоты с двух сторон заколками, открывая длинную шею и нежный овал лица. Струящееся платье в пол насыщенного василькового цвета, украшенное тонким серебристым кружевом, придавало моим синим глазам загадочный блеск, а кожу делало фарфоровой – мама запрещала загорать, говоря, что это не слишком полезно и вообще признак плебейства. Грудь, приподнятая широким жестким поясом, демонстрировала в довольно глубоком треугольном вырезе ложбинку, в которой уютно устроился сапфировый кулон на цепочке. На щеках цвел румянец волнения, а губы радостно улыбались. Мне было двадцать, я училась на втором курсе престижного университета на дизайнера интерьеров, в моей душе цвела любовь, и я была счастлива. Сегодня моя помолвка с Антоном Колобовым, сыном крупного бизнесмена и близкого маминого друга, самым завидным женихом города. И он достался мне!
В животе взметнулся целый рой бабочек, я прерывисто вздохнула, прикрыв глаза и пережидая приступ головокружения от лавины эмоций. Да, я счастлива, влюблена и любима. Взгляд упал на скромное колечко из белого золота с сапфирами и бриллиантами, дизайнерское, сделанное на заказ. Антошка подарил мне его две недели назад, когда делал предложение – в лучшем ресторане города, где никого кроме нас не было, под романтичную музыку, с усыпанным лепестками роз полом и встав на одно колено. Я думала, умру от восторга, выговаривая непослушными губами «да» и едва не плача от переполнявших меня чувств. Жизнь виделась исключительно в радужном свете, у меня было все, о чем только может мечтать девушка.
– Лизок, ну вы где? – в дверь просунулась голова еще одной моей подруги, Маргариты, и она одарила возмущенным и нетерпеливым взглядом. – Хватит уже прятаться тут, там гости собрались!
– А мама где? – спросила я, поправляя локон и не в силах оторваться от собственного отражения.
Ну и немножко было волнительно и страшно, конечно. Большой прием в мамином доме, на двести человек, все сливки общества, в котором вращалась наша семья. Точнее, мама, признанная светская львица, красавица, за которой ухаживала чуть ли не половина мужского населения столицы.
– Не знаю, еще нет, но думаю, скоро появится. – Марго нетерпеливо вздохнула и улыбнулась. – Лизка, не дрейфь, ты красотка, пошли уже поражать жениха! Хотя он и так от тебя без ума, – усмехнулась подруга. – Идешь?
– Да, сейчас. – Я кивнула и наконец отвернулась от зеркала. – Маму найду только, мы же должны вместе появиться.
– Хорошо, давай, ждем вас. – Марго махнула Лере. – Валери, пошли держать оборону, меня уже засыпали вопросами, где, собственно, виновница торжества! – со смехом произнесла подруга и исчезла за дверью.
Лера вышла за ней, ну и я, разгладив юбку, тоже покинула мою гостиную. В коридоре было тихо, гул голосов снизу, из торжественной залы, сюда, на второй этаж, не доходил. Я поспешила к маминым покоям, мечтательно улыбаясь и представляя лицо Антошки, когда он увидит меня, и сердце стучало в такт каблучкам новых туфелек – тоже пошитых на заказ, специально к сегодняшнему дню. Пожалуй, иногда ожидание даже слаще самого события, от него подводит живот и во рту появляется мятный привкус, а в голове воцаряется восхитительная легкость и пустота. Как сейчас. Я почти бежала, окрыленная эмоциями, и едва не проскочила дверь в мамины комнаты. Стучать не стала, сразу распахнула и перешагнула порог.
– Ма-ам! – позвала, оглядывая пустую роскошную гостиную с мебелью на гнутых ножках, фарфоровыми безделушками на полках и букетом свежих лилий на столе – любимых маминых цветов, хотя мне их запах казался слишком приторным.
Наверное, она в спальне, наносит последние штрихи на идеальный макияж. Мама всегда выглядела идеально, она тщательно следила за собой и не уставала повторять и мне, что внешность женщины – это ее главное оружие. Я посмотрела на прикрытую дверь спальни и подошла, потянувшись к ручке, но не открыла. Оттуда доносились голоса, тихий смех и воркование – мама не одна? Но как же, у нас вечер, прием в честь моей помолвки! И я точно знаю, что после ужина мы расходились по комнатам одни, в доме не было гостей! Что случилось такого, кто этот мужчина, что мама решила нарушить правила и опоздать к приему, на котором она хозяйка?
Невольно затаив дыхание, я осторожно приоткрыла дверь, решив сначала проверить, не ворвусь ли я в самый неподходящий момент – может, в самом деле, лучше оставить ее и явиться к гостям одной. Мне открылся кусок спальни, как раз тот, где стояла широкая, роскошная мамина кровать под белоснежным, бархатным балдахином с золотыми кистями. А там…
– Мальчик мой, ай-ай-ай, – мурлыкнула мама, проведя длинным пальцем с безупречным маникюром по щеке Антона, нависавшего над ней. – Я же старше тебя намного, ты мог бы быть моим сыном…
– Меня не волнует твой возраст, – хриплым незнакомым голосом произнес мой жених, прижав ладони мамы к постели, наклонился и впился в ее губы жадным поцелуем.
Я застыла, чувствуя себя так, будто меня ударили под дых. Воздух в легких закончился, дышать стало нечем. В ушах стоял звон разбитых надежд и моих чувств, во рту появилась горечь, а внутри… внутри стало пусто. Я настолько растерялась и не верила в то, что вижу, что даже заплакать не получалось. Просто стояла и смотрела, как мой жених целует мою мать, а она даже не пытается его оттолкнуть. А потом пришла боль.
Она родилась в самой глубине души, сначала похожая на саднящую боль от пореза, постепенно нарастая и вгрызаясь в кости и мышцы острыми зубами, вырывая куски от сердца и с чавканьем глотая, смакуя и наслаждаясь. В горле бился крик, но губы онемели, а глаза отказывались верить тому, что видят. Во мне что-то медленно и мучительно умирало, прямо сейчас, когда я молча толкнула дверь, открывая ее шире. Пара на кровати вздрогнула, отпрянула друг от друга, и я с отстраненным любопытством и равнодушием наблюдала за сменой эмоций на их лицах, пока мои собственные корчились в агонии. Мама как ни в чем не бывало поправила тонкую лямку алого платья, убрала выбившийся из прически светлый локон и примирительно улыбнулась.
– Лизонька, милая, это была всего лишь проверка, – своим грудным, сводящим с ума многих мужчин голосом произнесла мама. – Твой жених оказался таким же, как все, падким на женские прелести. Хотя, с другой стороны, – она села, окинув растерянного Антона прищуренным взглядом, – это нормально, мужики все такие, любовь – это всего лишь мимолетное чувство. Хотя, если быть умной женщиной…
– Я не хочу быть умной женщиной, – деревянным голосом, с трудом выталкивая слова из стиснутого спазмом горла, проговорила я, ощутив вдруг странный зуд на коже рук.
– Лиза? – На лице мамы мелькнула настороженность, она перестала улыбаться. – Лиза, все в порядке? Ну прости, я не думала, что ты позволишь себе так сильно влюбиться в этого олуха…
– Лизонька, ты все не так поняла, – наконец соизволил сказать хоть что-то тот, кому я собиралась посвятить жизнь и искренне верила, что он – мое счастье.
Какие пошлые и банальные слова. Как еще можно понять, когда мужчина целует другую женщину, еще и твою собственную мать?! Я молча подняла руку, покачав головой и не желая слушать больше ничего. И с равнодушным удивлением отметила, что зуд перешел в жжение, а прямо на коже, аристократически бледной, начинают проступать какие-то знаки. Золотистые искорки складывались в огненные язычки, я краем уха услышала глухой мамин возглас, а боль от предательства уже выжигала кости, выворачивала их и требовала выхода. Я судорожно вздохнула, встряхнула кистями, и вдруг в пальцах сама появилась длинная, гибкая плеть из нескольких огненных полосок.
– Лиза!!! – заорала не на шутку перепуганная мать и шарахнулась в сторону с кровати за мгновение до того, как от нее остались дымящиеся обломки. – Лиза, прекрати немедленно! Что с тобой происходит?! Мне не нужна в семье ведьма!..
И тут меня прорвало. В едином вихре перед глазами пронеслась вся моя жизнь. Распланированная, правильная, оформленная в красивую рамку. Школа с золотой медалью. Поступление в престижный вуз на престижный факультет. Всегда – полный гардероб нарядов последних коллекций, модели, сшитые на заказ, личный стилист, парикмахер, визажист… Послушная дочь, гордость своей матери, которой хвастаются на светских приемах и выставляют, как дорогую вещь из коллекции…
– А кто тебе нужен? Расфуфыренная кукла без собственного мнения? – процедила я сквозь зубы, с ненавистью глядя на нее.
Сейчас я ненавидела свою кукольную внешность, за которой для остальных не было ничего интересного. Только фасад, респектабельный и приятный для глаз, как и полагается. Плеть шипела и плевалась искрами, перед глазами плыл туман, и хотелось содрать это платье, отломать каблуки у туфель, растрепать прическу… Уйти из этого дома и больше никогда не возвращаться. Меня предали двое людей, которых я считала самыми близкими, и в душе теперь багровело раскаленное клеймо, а знаки на коже проступали все отчетливее, становились оранжевыми. Ведьма. Инициированная. Такое иногда случалось, спонтанный выплеск дара под влиянием сильных эмоций, но те, кто обладал способностями, считались людьми второго сорта. Не знаю, почему и как так сложилось, но в высшем обществе считалось неприличным, если у кого-то вдруг обнаруживался какой-то дар. Ведь тогда надо было обязательно становиться на учет, проходить обучение и потом работать на благо государства, а это далеко не всегда денежные и перспективные места…
– Елизавета!! – снова попыталась образумить мама, но я уже выходила из спальни, резко развернувшись на каблуках.
Решение пришло моментально, едва я с силой захлопнула дверь покоев матери – плеть убралась сама, стоило мне подумать, что дом спалить не хочу. Но знаки никуда не пропали, только потускнели чуть-чуть, до цвета рдеющих углей. Отлично, раз я теперь – ведьма, значит, нет нужды доучиваться на дизайнера. Два года в специальной школе, потом еще год уже по направлению моего дара, и – распределение. Я только в общих чертах знала, что и как, но это не проблема: Сеть в моем распоряжении. Влетев в свою комнату, я скинула туфли, платье и, оставшись в одном белье, засела за планшет. Найти нужный адрес не составило труда, работал центр регистрации круглосуточно, потому как инициация могла произойти в любой момент. Отлично.
Губы растянула резиновая улыбка, я бросилась в гардеробную, лихорадочно скидывая на пол вещи и подыскивая подходящую одежду. Не то, не то, не то! Платья, юбки, костюмы, да господи ты боже мой, неужели у меня не осталось нормальных шмоток?! Нашла – в дальнем углу на полке, джинсы и клетчатую рубашку. Выудила потертый рюкзак, неведомо каким образом оставшийся, наверное, со школьных походов, покидала в него самое необходимое, сунула кошелек с картами – надеюсь, матери хватит совести не закрывать мой личный счет. Я с первого курса уже подрабатывала и скопила кое-какую сумму, будто знала, что может понадобиться. Закрутив волосы в узел на затылке, прихватила замшевую куртку и вышла, не оглядываясь. Сюда я больше не вернусь. Никогда.
Из дома выходила через дверь для прислуги, не желая, чтобы меня видел кто-то из гостей. А по пути к центру – он находился недалеко от нашего дома – взгляд зацепился за вывеску «Парикмахерская». Ноги сами свернули туда, я зашла и села в кресло, выдернув шпильки из волос.
– Желаете укладку? – Улыбчивая девушка с откровенным восхищением осторожно коснулась моих локонов.
– Нет. Стрижку. Коротко, – кратко озвучила я свои пожелания и показала, как именно хочу обрезать. – Вот так, – коснулась пальцем чуть ниже уха.
– Вы уверены? – на лице девушки отразилось сомнение. – У вас такие шикарные волосы…
– Режьте, – перебила я ее.
Глядя, как густые рыжие пряди падают на пол, не испытывала совершенно никакого сожаления. Это уходила моя прошлая жизнь… Через час я выходила с изрядно полегчавшей головой и небрежно уложенными кудряшками и чувствовала себя чуть лучше, чем недавно. Вот теперь можно в центр. И я зашагала быстрым шагом по тротуару, глядя прямо перед собой. Однако снова не дошла – буквально за пару улиц взгляд снова зацепила вывеска. «Тату на любой вкус, по вашему эскизу. Временные, постоянные, цветные, монохромные, инкрустированные рисунки». И снова ноги проявили возмутительную самостоятельность и принесли меня в цокольный этаж заведения. За столом сидела колоритная девица с коротким ежиком волос, усеянным кольцами одним ухом, с проколотым носом и губой, с густым, агрессивным макияжем и в безрукавке на голое тело. А руки от запястий до самых плеч густо покрывали рисунки.
Дева окинула меня взглядом и тихонько вздохнула.
– Где? – коротко спросила она. – Грудь, попа, животик…
– Здесь, – так же коротко ответила я, расстегнула ворот рубашки и оголила плечо.
Администраторша и ухом не повела. Кивнула, подвинула мне толстый каталог.
– Кошечку, сердечки, птичек…
– Ее, – снова не дала договорить я, и мой палец уперся в один из эскизов на стене.
Там была изображена женщина, объятая пламенем, и даже в глазах плясали оранжевые язычки. Но на ее лице не отражалось страдания, наоборот, решимость и какое-то даже вдохновение.
– О, – в голосе девицы проскользнули нотки уважения. – Огненная ведьма, значит? Зачетно. Айда, полчаса дело займет. – Она поднялась и направилась вглубь, за завесу из толстых цепей.
Я молча последовала за ней, и впервые за этот долгий вечер мертвое сердце отозвалось робким стуком. Новая жизнь стучалась в дверь моего разрушенного дома, и… Это было хорошо. Это было… пожалуй, интересно, да. И я собиралась уйти как можно дальше от того образа сладкой гламурной девочки, который не принес мне ничего хорошего. И больше никаких Лизонек, к демонам! Меня зовут Элис, и я – огненная ведьма.

Глава 1

Пять лет спустя 
Маленький аэропорт Мирстона встретил сухим горячим ветром, выцветшим от жары голубовато-белесым небом и запахом полыни. Вокруг высились горы, покрытые зеленым бархатом лесов и окутанные дымкой знойного марева. Впереди виднелось приземистое здание, к которому я и направилась вместе с остальными немногочисленными прилетевшими. Тут даже автобусов не было, только разметка на взлетном поле, и мы шли по условной пешеходной дорожке между двумя толстыми желтыми линиями.
Я шла позади всех, катила за собой не особо большой чемодан с пожитками, вдыхала необычный, густой и терпкий воздух юга, и в душе шевелилось что-то похожее на радость. Все-таки не зря начальник моего отделения выпнул меня в отпуск впервые за пять лет. Предыдущие года я успешно открещивалась от почетного отдыха, предпочитая с головой уйти в работу, а в этом не вышло. И вот я здесь, в Мирстоне, – билеты за счет отделения, конечно, как и полагается. Я была здесь пару раз в прошлой жизни, правда, не в самом Мирстоне, а подальше, в паре часов езды отсюда, на престижном Западном берегу. Там находились лучшие пляжи, шикарные виллы, отели экстра-класса и прочие атрибуты красивой и богатой жизни. Ну а Мирстон представлял собой скорее большую деревню, множество отдельных районов, которые разделялись балками и пустырями, поросшими жесткой высохшей травой. В многочисленных бухточках рыбаки промышляли ловлей морской живности, купались местные и те, у кого не хватало денег на Западный берег, но моря и солнца хотелось. Все это я вычитала в Сети после того, как мне вручили билеты и адрес комендатуры, где надо отметиться по прибытии. Предлагали, конечно, хороший отель на Западном, но я открестилась. Лучше сниму какую-нибудь комнатку в доме у пляжа у местных, хватит с меня роскоши прошлой жизни.
Между тем я наконец дошла до здания и перевела дух, ненадолго остановившись и оглядываясь. Я любила тепло и жару переносила вполне легко, но с непривычки дышалось трудно. Найдя взглядом указатель к стоянке такси, поспешила туда: до города полтора часа от аэропорта, в автобусе трястись не хочу, а денег достаточно, чтобы позволить себе с комфортом доехать. Подойдя к ближайшей машине с зеленой лампочкой, я наклонилась к открытому окну и показала листочек с адресом комендатуры.
– Довезешь, шеф? – спросила у таксиста, получила кивок и устроилась на переднем сиденье, закинув чемодан в багажник.
– Из одаренных? – уважительно уточнил водитель, выезжая со стоянки.
– Из них, – улыбнулась уголком губ, откинувшись на спинку и прикрыв глаза.
– А кто, если не секрет? – снова спросил он.
– Ведьма. Огненная, – невозмутимо ответила и добавила: – Я бы отдохнуть хотела, хорошо?
– Добре, – без тени обиды отозвался шофер, и в салоне воцарилась умиротворяющая тишина.
Меня слегка сморило, что неудивительно, учитывая ранний подъем и сон урывками в самолете. Дрема порадовала сумбурными видениями-воспоминаниями о школе для одаренных, как меня учили управлять силой и подчинять ее себе. Как я училась быть другой и завоевывала уважение однокурсников, преимущественно парней – порой даже с помощью кулаков. Драться пришлось научиться в короткие сроки, спортзал стал моим чуть ли не родным домом на весь первый год. Потом сборы, два года стажировки в отделе полиции под столицей, решение мелких неурядиц с шалящими привидениями, обиженным речным духом, оборзевшей ведьмой-травницей, вздумавшей проводить запрещенный ритуал вызова, и прочие потусторонние неурядицы. Как таковых отдельных подразделений для одаренных не создавали, слишком уж их мало было. Прикрепляли по двое-трое к полицейским участкам, этого хватало, чтобы время от времени решать проблемы, с которыми не справлялись обычные копы. При этом сидеть от звонка до звонка в душном кабинете нужды не было, если вдруг что случалось, мне просто звонили, и я ехала на вызов. Не работа, мечта, особенно учитывая, что платили вполне неплохо.
– Эй, уважаемая, приехали, – ворвался в мою дрему голос таксиста, и меня аккуратно потрясли за плечо.
Я встрепенулась, пару раз осоловело хлопнула ресницами и огляделась. Мы стояли на довольно широкой улице, видимо, в центре. Улица уходила слегка в гору, вдоль нее стояли дома с украшенными лепниной и колоннами фасадами, сплошь белоснежными или розовато-бежевыми. Комендатура располагалась в таком же, о чем свидетельствовала красная табличка. Вдоль улицы по обеим сторонам росли раскидистые каштаны, давая благословенную тень.
– Сколько с меня? – Я полезла в кошелек, сдвинув бейсболку на затылок.
– Сто пятьдесят кредитов. – Таксист кивнул на счетчик.
Ого, очень по-божески, между прочим, да еще и честно, без накрутки. Я расплатилась, вытащила чемодан и вошла в прохладный холл комендатуры. Справа за окошечком виднелся дежурный, к которому мне и надо.
– Привет, – поздоровалась я, достав паспорт и направление с билетами. – Вот, шлепнете, будьте добры.
Парень по ту сторону, где-то моих лет, оживился, забрал документы и бегло просмотрел.
– Из столицы, да? И как там? – живо спросил он, щелкая по клавиатуре.
– Потихоньку, – кратко ответила я, облокотившись на подоконник.
– На сколько к нам?
– Пока недельки на две, а там как пойдет. – Ну да, у меня же за пять лет накопилось, и начальство, отправив сюда нежным пинком, строго наказало, пока как следует не отдохну и не прополощу нервы в море, обратно не возвращаться.
– Ладно, ставлю на две недели, если еще останешься, не забудь заскочить потом, – легко перейдя на «ты», пояснил парень, поставив печать в справку и отдав мне документы обратно.
– Без проблем, – так же легко ответила я и, повинуясь наитию, спросила: – Слушай, может, знаешь кого-нибудь, кто комнату у моря сдает? Я существо неприхотливое, главное – душ и кухня. – Я улыбнулась парню. – Ну и море чтобы не в паре километров. А то в гостиницу не очень хочется.
– Да есть, конечно, моя тетка Варя. – Парень достал телефон. – Как раз, пару дней назад жильцы съехали, сейчас позвоню… – Он набрал номер. – Теть, привет. У тебя комната свободная найдется? Для своих, да. – Дежурный широко усмехнулся и подмигнул. – Есть? Супер, теть, тогда я направляю к тебе человечка, ага? Да, давай. Заскочу на выходных, обязательно. Держи адрес. – Это уже мне, бумажка с написанной улицей и домом. – Отсюда троллейбус, двадцать пятый, остановка – героев Сорна, там от остановки прямая дорога, по ней и пойдешь почти до конца. Теткин дом – с красным железным забором, она тебя ждет.
– Спасибочки. – Я искренне поблагодарила парня, забрала адрес и вышла обратно на улицу.
Остановка находилась недалеко, и нужный троллейбус подошел почти сразу. По пути я с интересом разглядывала в окно Мирстон, отмечая, как он отличается от столицы. Обшарпанные высотки времен молодости моей матушки перемежались обширными кварталами частного сектора в балках, с разнокалиберными домами, прятавшимися среди пышной зелени плодовых деревьев. Вместо цветущих клумб – щуплые кусты пыльной лаванды, золотистая, выгоревшая степная трава и пирамиды лохматых, нестриженых туй. Магазины, больше похожие на сельмаги, хотя и попадались сетевые супермаркеты, иногда даже среди квартала безликих домов с облупившейся побелкой мелькали современные многоквартирные башни.
Вообще весь Мирстон казался выцветшим, блеклым, разморенным от жары, сонным и вялым. Народу мало, особенно чем дальше от центра уезжаешь, собаки с высунутыми языками в тени, похожие на пыльные тряпки, такие же неподвижные коты, спящие под деревьями. Время от времени между бесчисленными холмами, на которых стоял Мирстон, синими лоскутами мелькали бухты, пожалуй, единственное яркое пятно в этом городочке. Но странное дело, он не вызывал отвращения или скуки, как следовало ожидать, и я решила сегодня вечером, как отдохну и приведу себя в порядок, обязательно поехать в центр, прогуляться и познакомиться с Мирстоном поближе. Троллейбус между тем уже доехал до нужной мне остановки, и я сошла, разглядывая район частных домов – они начинались практически от дороги, а по другую сторону стояли обычные многоэтажки.
– Так, ну, вперед и с песней, – пробормотала под нос и бодро направилась по улице вниз, разглядывая таблички с адресами.
По пути, к собственному удовольствию, обнаружила магазин, рядом кафе, из которого вкусно пахло жареным мясом – надо будет продегустировать, как тут шашлыки готовят. Еще спустя десяток минут я дошла до нужного дома, увидела красный забор и калитку и нажала кнопку звонка. Спустя несколько мгновений раздался зычный женский голос с характерным мягким южным акцентом:
– Иду, иду, обождите чуток!
Еще пара минут ожидания, щелкнула щеколда, и калитка распахнулась, явив мне невысокую, пышнотелую женщину средних лет с круглым лицом, лучиками морщинок в углах глаз и добродушной улыбкой. Голову покрывала цветастая косынка, поверх платья из такого же ситца был надет фартук, запачканный в земле, а на босу ногу – резиновые сапоги, тоже все в жирном черноземе. Тетка Варя, а это была она, если не ошибаюсь, – отряхнула руки в перчатках, стянула их и вытерла тыльной стороной ладони бисеринки пота со лба.
– Добрый день, – поздоровалась я. – Мне сказали, у вас комнату снять можно…
– Да-да, проходи, – радушно улыбнулась тетка Варя и посторонилась, пропуская меня. – Как зовут-то?
– Элис, – назвалась я, осматриваясь.
Впереди – добротный двухэтажный дом с белеными стенами, окнами с кружевными занавесками, и под самой крышей еще одно чердачное окошко. Около ворот площадка для машины, сейчас пустая, несколько деревьев с довольно пышной кроной, скамейка под ними.
– Имя чудное какое! – Женщина покачала головой и пошла по бетонной дорожке к дому, я за ней. – Ты смотри, там сзади хаты беседка и веранда есть. – Тетка Варя давала по пути краткий обзор владений. – У меня огородик в углу, так я там сама копаюсь. Если лучок какой, зелень надо, я грядки покажу, ты бери, Эля – ничего, если я так? – Она оглянулась через плечо, и я покачала головой, привычно улыбнувшись уголком губ. – Яйца, творожок, сметанка натуральная – тут баба Тоня, у нее все свеженькое, от своих курей и коровки, я познакомлю, лучше у нее покупать.
Мы дошли до двери, я разулась в небольшом коридорчике и пошла дальше за хозяйкой.
– Тут общая комната, можешь отдыхать, дальше, в конце коридора, у веранды – кухня, там серебристый холодильник как раз для гостей. У тебя сосед будет, пару дней назад снял, но его дома почти целыми днями нет, так что, может, и не увидитесь. – Тетка Варя остановилась посреди гостиной.
Помещение выглядело очень мило и уютно, несмотря на простоту и скромность обстановки. На полу – коврик из лоскутков, у окна слева диван, накрытый гобеленовым покрывалом, кресло с ушами и клетчатым пледом, полки с книгами и всякими безделушками, фото в рамках. Старенький, слегка потертый буфет с хрустальными вазами и бокалами и набором праздничной посуды, круглый стол с бахромчатой скатертью. Единственный современный предмет – это плоский экран телевизора. Кухню я решила осмотреть позже, все равно продуктов пока нет. А хозяйка между тем подошла к лестнице.
– Комнаты наверху, ванная одна на этаже, но если что, можешь и моим душем внизу пользоваться. Я рядом с кухней живу, – продолжила пояснения тетка Варя.
Хм, сосед. Ну, не смертельно, в конце концов, я дома не собираюсь сидеть тоже.
– Ничего страшного, что сосед, я тоже планирую на пляж ходить и с местными красотами знакомиться, – успокоила собеседницу.
– Ну и славненько, – кивнула она. – Вот твоя комната, заходи.
Она отступила, пропуская меня вперед, и я шагнула через порог, разглядывая мое новое жилище на ближайшее, а может, и отдаленное будущее. Внутри оказалось вполне мило: узкая старинная кровать с толстым матрасом под лоскутным покрывалом, горка подушек, накрытая кружевным тюлем. Шкаф, тумбочка, овальное зеркало на стене и под ним что-то вроде антикварного туалетного столика на гнутых ножках и со множеством ящичков. Ну и последний предмет мебели, окончательно примиривший меня с действительностью, – кресло-качалка у окна. На полу такой же коврик ручной работы. Мило, уютно, и как будто окунулась в бабушкино детство, которого у меня не было…
– Постельное белье на смену в шкафу, стиральная машинка на кухне. Если что понадобится, говори, не стесняйся. – На лице хозяйки снова появилась добродушная улыбка, и от уголков глаз разбежались лучиками морщинки.
– Спасибо. – Я кивнула и поставила чемодан у стены.
Следующие несколько часов обживалась. Помылась, переоделась, дошла до магазина и закупилась на первое время. Сметану и молоко заказала тете Варе, решив, что грех не воспользоваться ситуацией. Познакомилась с кухней, светлой, просторной и с выходом на веранду. Там стояли плетеные кресла и стол, а от солнца прикрывал плотный ковер винограда сверху, создавая приятную прохладу. Я сразу отдала деньги за месяц, переоделась в купальник и отправилась разведывать пляж – до заката еще оставалось несколько часов, и дома торчать не хотелось.
До моря оказалось минут пять вниз по улице, она упиралась в небольшую бухту, ограниченную с двух сторон известняковыми скалами. Галечный берег, народу не так много, как я опасалась, отсутствие волнения и камней в воде – чудное местечко. Я втянула бодрящий, ни с чем не сравнимый запах йода, соли и нагретой гальки и наконец-то искренне, широко улыбнулась. Я на море! Отдых! Господи, как хорошо, и правда, чего оттягивала? Не верю, что в таком замечательном, уютном городке со мной может случиться какая-то бяка. Вечером, перед сном, покопаюсь в Сети и разведаю, как добраться до ближайших достопримечательностей, и завтра утром, пожалуй, съезжу, пока не так жарко. А после обеда – снова море. Отличный план, мне нравится.
Несколько часов пролетели незаметно. Я купалась, загорала, дремала под солнышком и в который раз убеждалась, что идея начальства отправить меня отдыхать была очень своевременной. Несмотря на смену деятельности, прошлое цеплялось, душило, как плющ живое дерево, незаметно, но верно. Постоянное напряжение, что встречу кого-то из той жизни, что внезапно появится матушка с попыткой объясниться и наладить отношения, может, даже вернуть меня обратно в лоно семьи, настороженность, усталость и бесконечная тоска, разъедавшая изнутри все эти пять лет… А сейчас я дышала полной грудью и даже улыбалась. Может, на новом месте таки отпустит и я научусь жить заново, не оборачиваясь? Собрав вещи и поглядывая на заходящее светило, уже одним боком полоскавшееся в море, я поспешила домой, зная, что темнеет на юге очень быстро, без сумерек. К калитке подходила, когда уже зажглись фонари и на небе выступили первые крупные, яркие звезды.
Дома меня встретила тетка Варя:
– О, Элечка! Ну, как море? А я сырничков сделала, будешь ужинать?
Ой. Неожиданно и приятно, и поскольку я в самом деле проголодалась, а готовить было банально лень, отказываться не стала. Сполоснулась, переоделась в короткие джинсовые шорты и свободную рубашку, завязанную узлом под грудью, и спустилась обратно на кухню. Сырники с жирной домашней сметаной оказались божественными, заела я все персиками и абрикосами, причем своими, с огорода тетки Вари. И как-то… что-то вдруг защемило в груди, сдавило, и дышать стало тяжело. Такой домашней атмосферой пахну`ло, такой искренней заботой, что в стене, которой я отгородилась от окружающих, появилась трещина. Поспешно допила чай и поднялась.
– Спасибо, теть Варя, – пробормотала я и заторопилась выйти из дома.
Черт. А ведь сегодня ровно пять лет, как я стала огненной ведьмой. Маленький юбилей своего рода. Отлично, есть что отметить, поэтому – вперед и с песней. Транспорт еще ездил, я села на троллейбус и поехала – на нем конечной значился центральный рынок Мирстона, от которого, насколько помню сведения из путеводителя, и начиналась главная бухта города, вдоль которой выстроились многочисленные кафе и рестораны, где бурлила злачная вечерняя жизнь. Я вышла на остановке у сквера, остановилась и задрала голову, любуясь бездонным, удивительно низким небом, до которого, казалось, можно дотронуться рукой. Заноза из сердца не желала вылезать, оно щемило и ныло, не желая успокаиваться. Вдохнула воздух, пьяняще свежий, сладко-терпкий, с едва уловимым вездесущим ароматом моря. Южный и вкусный, им хотелось дышать полной грудью. Мутная тоска, вцепившаяся в душу гнилыми зубами у тети Вари, заворчав, убралась вглубь, она не любила такие моменты, и на ее место, тихонько ступая на мягких лапах, пришла светлая грусть. Это мне нравилось больше, в таком состоянии я хотя бы могла улыбаться и не сожалеть о прошлом, не гонять мучительно мысли по кругу, а правильно ли поступила. Правильно, и точка. Поправив рюкзачок с кошельком и документами, я решительно направилась в сторону, откуда доносилась музыка.
Набережная сияла огнями многочисленных заведений, по ней безостановочно двигалась толпа отдыхающих, и в первые несколько минут шум оглушил. Я встряхнулась и двинулась вдоль кафе, выбирая, где бы зависнуть или для начала опрокинуть в себя что-нибудь вкусненькое. Одно из побочных и крайне полезных свойств моего дара – возможность контролировать обмен веществ, например, алкоголя. Так-то я не любитель, но, вращаясь в коллективе, на две трети состоящем из молодых людей, сложно оставаться абсолютной трезвенницей, особенно если не хочешь выделяться и стать «своим парнем». И огонь в крови помогал оставаться на попойках самой вменяемой и потом помогать остальным освежать память, смакуя детали. Вот и сейчас хотелось чуть-чуть развеяться и забыть полынный, сухой привкус воспоминаний о прошлом. Неторопливо шагая вдоль набережной в потоке отдыхающих, я, наконец, заглянула в очередное кафе, взяла разноцветный коктейль и позволила алкоголю разлиться в крови, смешаться с огнем, но не сильно. Так, чтобы в голове сделалось легко и звонко, а невеселые мысли благополучно растворились.
– С юбилеем тебя, Элька, – пробормотала под нос и сделала еще глоток коктейля.
Я позволила ногам нести меня вперед, неторопливо потягивая кисловато-свежую жидкость, вдоль целой вереницы ресторанов, кафе и танцплощадок под открытым небом. Вдруг подумалось, что давно я не танцевала… А ведь когда-то любила это дело и с удовольствием отрывалась в лучших ночных клубах столицы. Сейчас крайне редко позволяла себе такую роскошь, разве что наедине с собой, когда совсем тошно становилось. Танец в какой-то степени помогал выплеснуть эмоции, которые я запретила себе испытывать, и хотя бы иногда позволял ощутить себя прежней… Беззаботной девчонкой, живой, наивной и верящей в мечты и любовь. Я сама не заметила, как свернула в один из ресторанов, откуда неслись знакомые южные ритмы, а бедра уже двигались в такт, подхватывая мелодию. Ой. Кажется, кое-кто слегка утратил контроль над телом, и это тело решило нагло захватить контроль над разумом. А с другой стороны… Да пошло все. Лучше уж танцевать, чем давиться слезами и орошать подушку, тихо ненавидя себя за слабость. И я решительно направилась к танцующим, высматривая свободное местечко.
Таковое нашлось, и вскоре я позволила себе отдаться на волю музыки и заводных ритмов, закрыв глаза и полностью погрузившись в южную атмосферу праздника. Не надо было сдерживаться из опасения привлечь ненужное внимание возможных знакомых. Не нужно напрягаться от случайных прикосновений окружающих. Я просто расслабилась и танцевала, позволив себе на некоторое время выпасть из реальности и побыть собой, дать волю эмоциям. И, кажется, это помогло, меня отпустило. Решив чуть передохнуть и промочить горло – на этот раз каким-нибудь соком, – я пробралась к стойке, заказала бармену попить и потихоньку успокаивала дыхание, чувствуя умиротворение в душе. Однако ровно до тех пор, пока не почувствовала взгляд, настойчивый и не особо приятный. Внутри зашевелилась досада, я напряглась, не желая сейчас никаких знакомств и лишних переживаний. Приехали, блин. Потанцевала, называется, отдохнула.
– Приветик, – раздалось рядом, и я скосила глаза на подсевшего молодчика в белой футболке, чуть не лопавшейся на раздутых бицепсах. – Скучаешь? Слушай, ты классно зажигала там, на танцполе, может, давай вместе оторвемся?
– Нет, спасибо, я уже ухожу, – вежливо улыбнулась я, не желая затевать переполох, в несколько глотков выпила сок и поднялась со стула.
– Как уходишь, постой, зовут-то как? – настойчиво спросил бугай и попытался ухватить меня за локоть.
– Молча, – растянув губы в резиновой улыбке, я ловко увернулась и поспешила к выходу.
Найду другое место, а может, вообще сяду на набережной и подышу воздухом. Выйдя на улицу, успела сделать даже несколько шагов в сторону от кафе, когда настойчивый кавалер, недовольный, что его отшили, таки догнал. Упорный, а.
– Подожди, как так, я только начал знакомиться, а ты уже удрала. – Сильная ладонь сжала мне плечо, и, признаться, я слегка озверела.
Так, чуть-чуть, самую малость. Просто потому, что какой-то самец с недоразвитым мозгом испортил мне отличный вечер и настроение и посмел не услышать мое «нет», которое стопроцентное «нет». И церемониться не стала. Выпустила ярость, рванувшуюся по венам жидким огнем, резко развернулась, зажав наглую конечность в жестком захвате, и выпустила из пальцев огненную веревку. Отрегулировала силу, чтобы не сжигала, а лишь припекала, обмотала запястье мужика и дернула назад, вынуждая его опуститься на колено со сдавленным воплем. Да, милый, я – ведьма, и моя хрупкость обманчива.
– Ты плохо услышал, что я не хочу знакомиться? – сквозь зубы процедила я, дернув завернутую руку и упершись коленом в согнутую спину.
Хорошо, нас загораживала от основной массы гуляющих чья-то машина и эта часть площадки перед кафе освещалась слабо. Мужик всхлипнул, попробовал повернуть голову, но не получилось.
– Нет, хорошо, – произнес он с запинкой.
– Тогда в чем проблема? Иди, ищи посговорчивее, – отрывисто отметила, отпустила его руку и несильно толкнула неудавшегося ухажера.
Он поднялся, и я увидела, что никакой не мужик, может, чуть старше меня, а так – парень. Одарив мою скромную персону хмурым взглядом, но не попытавшись снова напасть – ну да, я же не убрала огненную веревку, она так и свисала с пальцев, – он пробурчал что-то под нос, подозреваю, ругательство, и ушел. Я выдохнула, дернула кистью, убирая магию, и тут мой взгляд за что-то зацепился. На асфальте лежала странная штука, необычный кулон. Овальной формы, из тусклого металла, с зеленоватым, покрытым трещинами камешком в центре. По кругу шли какие-то письмена, похожие на следы от жучков. Все бы ничего, но в плечо как будто мягко толкнуло, хотя я не ощущала никакой чужой силы от амулета. Однако татуировка отозвалась. Интересно… Выпала из кармана того типа, что ли? Я подошла и подняла штуку, повертела в пальцах и сунула в рюкзак, решив утром разобраться подробнее.
И тут в спину снова воткнулся чей-то взгляд.

Он сидел за стойкой одного из многочисленных открытых кафе, выстроившихся вдоль набережной центральной бухты, Извилистой – Вилки на местном жаргоне. Гремела музыка, смеялись и разговаривали посетители, на танцполе было довольно людно, все места за стойкой и столиками заняты. После дневной жары, когда все или прятались в домах под кондиционерами, или нежились на пляже, теперь отдыхающие и местные пришли расслабляться и веселиться. От бухты долетал теплый, но свежий ветерок, и, несмотря на обилие гостей, душно тут не было. Однако он едва сдерживался, чтобы не морщиться: его иной уровень восприятия позволял различать совсем другие запахи, и от них ничего не могло спасти.
Сладковатый, приторный аромат – вожделение, похоть. Половина из присутствующих здесь пришла в поисках быстрого секса и, скорее всего, найдет его. Он отпил маленький глоток коктейля, скользя рассеянным взглядом поверх голов. Вот отдающее плесенью равнодушие, гнилостный запашок обиды, от которого рот наполнился горькой слюной. Мужчина сделал еще один большой глоток, почти не ощущая вкуса алкоголя, и попытался отвлечься воспоминаниями. Он сегодня снова летал… Пусть не так, как когда-то, всего лишь на параплане, но летал! Сбежал с самого утра на ближайший к Мирстону утес, порадовался, что больше желающих попрыгать не нашлось, и остался там почти до самого заката. Пьянящее ощущение бьющего в лицо воздуха, легкость во всем теле, и пустота под ногами, когда шагаешь туда со скалы, и сердце ухает, мячиком отскакивая от ребер и норовя выскочить через уши. Потом рывок – и плавный полет, почти как на крыльях. Только не вверх, а вниз, в зеленую долину под обрывом. И все-таки несколько восхитительных минут он летел!
Полные губы тронула тень улыбки, янтарные глаза, казалось, засветились изнутри, а зрачок на доли мгновений вытянулся и стал вертикальным. Даже удалось отвлечься от окружающих запахов эмоций, пока вдруг на внутреннее чутье не обрушился настоящий шквал, от которого мужчина едва не задохнулся. Горьковато-терпкий – застарелая тоска, бодрящий, пряный, как свежезаваренный кофе, – радость, но какая-то отчаянная, как будто в напиток забыли добавить сахар. И все это яркое, сильное, пылающее, как факел в ночи… Он выпрямился, жадно шаря по толпе взглядом и желая найти обладательницу такого богатого коктейля, зверь, почти не реагировавший на внешние раздражители с момента наложения печатей, вдруг встрепенулся и тоже словно принюхался. Рисунки на тыльной стороне ладоней предупреждающе закололо, и мужчина шумно выдохнул, мысленно с изумлением присвистнув. Это, должно быть, необыкновенная девушка, если все его существо так отозвалось на ее настрой… Еще один пристальный взгляд, и наконец он увидел.
Невысокая, изящная, с короткими рыжими кудряшками, непокорной копной обрамлявшими лицо. Красивые длинные ноги, крепкая попка, обтянутая джинсовыми шортами, плоский обнаженный живот под завязанной узлом рубашкой. Глаза были закрыты, а губы беззвучно шевелились, повторяя слова песни. Она танцевала, и как танцевала! Двигалась, как единое целое с музыкой, как ее воплощение, самозабвенно и полностью погрузившись в мелодию, и, кажется, даже не подозревала, какое пристальное внимание привлекла не только мужчины за стойкой, но и доброй половины представителей мужского пола. Роман не сводил с нее глаз, наблюдая, как незнакомка закончила танцевать и пробралась к стойке отдохнуть. И едва он собрался подойти и узнать имя, как его опередили. В груди неприятно кольнуло, янтарные глаза сузились, однако мужчина с удивлением смотрел, как девушка недовольно нахмурилась и поспешно сбежала от кавалера. А он направился за ней…
Прежде чем успел понять, что делает, Рома торопливо направился за парочкой, пробираясь через толпу гостей, и уже буквально у входа его обожгло острой, как щепоть жгучего перца, эмоцией – злость. Она полыхнула так, что Логинов аж споткнулся и поспешил выйти на улицу, чтобы оказаться свидетелем неожиданной картины. Помощь девушке точно была не нужна, да еще и незнакомка оказалась… огненной ведьмой.
– Занятно как, – пробормотал Роман, понимая, что момент для знакомства выбран крайне неудачный.
Но заставить себя уйти он был не в силах, как и отвести взгляд от хмурого лица и сверкающих глаз ведьмы. И тут она его заметила.

Вот этот уж точно не мальчик и не парень. На меня внимательно смотрели глаза необычного янтарного оттенка. Светлая футболка обтягивала бицепсы, только не гипертрофированные, а свои, родные, полученные в результате тренировок и занятий в зале, – естественно, за время учебы научилась отличать такие вещи. Короткий ежик светлых волос, правильные, хотя и грубоватые черты лица. Брутален, решителен, и от такого не отвяжешься, если ему взбредет в голову продолжить знакомство… Но в отличие от моего неудавшегося кавалера у этого ощущалась та самая харизма, с помощью которой нахальство превращается в обаяние и от которой женщины пищат. Только не я.
– Что, тоже хочешь потанцевать? – буркнула недружелюбно, готовая в любой момент снова воспользоваться силой.
– Не отказался бы, но вижу, ты не в настроении, – хмыкнул незнакомец, не торопясь, однако, подходить.
– Хоть кто-то умный оказался. – Я поджала губы и, сунув руки в карманы, направилась прочь от кафе, глядя прямо перед собой.
А проходя мимо незнакомца, вдруг ощутила терпкий аромат можжевельника и лаванды, необычное, но приятное сочетание. Сердце дернулось неизвестно от чего, и я совершенно машинально ускорила шаг, стараясь оставить как можно больше расстояния и гуляющих между мной и странным мужчиной. Все, пожалуй, хватит на сегодня приключений. Поеду-ка домой, а завтра утром погуляю в окрестностях Мирстона.

Глава 2

Рано утром я сквозь сон смутно слышала возню за стенкой и вроде тихие шаги в коридоре, но не проснулась. Знакомиться с соседом вот прямо сейчас желания, естественно, не было. Однако к девяти утра организм уже вполне отдохнул, да и сказывалась давняя привычка вставать по будильнику. В доме царила тишина, когда я привела себя в порядок, надела вчерашние шорты и рубашку и спустилась на кухню. Ни соседа, ни тети Вари. Зато на кухне на столе стояли тарелка с сырниками, накрытая чистым полотенцем, и глиняная крынка с домашней сметаной. Настроение тут же поднялось, я налила чай и выбралась на веранду вместе с завтраком и планшетом – хотела посмотреть, как добраться до ближайшего пещерного города под Мирстоном. Со вчерашним найденным амулетом решила разобраться потом, все-таки я на отдыхе в первую очередь.
С транспортом оказалось отлично: всего одна пересадка на кольце на южной окраине Мирстона, до которой отсюда как раз ехал прямой автобус. Отличненько, тогда собираемся, и – до обеда можно там полазить. А после – море. План мне понравился. Прихватив фотик, рюкзак и бутылку с водой, я вышла из дома и поспешила на остановку. Об Эскай-кереше я слышала, еще когда в столице жила, довольно известное место. Когда-то крепость, в которой жили квиллы, почти мифическая народность, о которой очень мало сведений. Я видела картинки в Сети, там целый лабиринт из пещер, когда-то бывших жилыми помещениями, складами и кипевших жизнью. Наверху, на скале, вроде даже осталась сторожевая башня и остатки стены. А поскольку я любила всякие исторические развалины и крепости, то с удовольствием поехала на разведку. О вчерашнем неприятном происшествии в кафе уже почти не вспоминала.
Водитель автобуса любезно подсказал, что выходить мне надо на остановке у Зеленой балки и там к вершине утеса, где находился город, вела извилистая дорога с довольно крутым подъемом. Когда старенький «ЗиЛ», тарахтя и выпуская сизые клубы дыма, скрылся за поворотом, меня окружила тишина, насыщенная только лесными звуками. Тихий шелест ветра в кронах буков, свист цикад и иногда вскрикивала какая-то пичуга в зарослях. Вдали, на склоне холма виднелись несколько домов местной деревушки.
– Ну, вперед и с песней, – пробормотала я, задрав голову и посмотрев на утес.
Даже отсюда можно было разглядеть несколько пещер в серой известняковой стене, и я, поправив рюкзак на плечах, бодро зашагала по круто уходившей вверх лесной дороге. Под кронами буков царила прохлада, справа на дне глубокого оврага журчал невидимый ручей или даже целая горная речушка. Я погрузилась в странную мечтательность, вдыхая чистый, сладковатый на вкус воздух и почти не замечая, куда иду – дорога-то вот, впереди. Поэтому и не заметила, где пропустила развилку и свернула на какую-то едва заметную тропку. И она завела меня в самые дебри…
– Уволю автопилот, – пробормотала я, поморщившись и смахнув с лица паутину, огляделась, куда это меня занесло.
Занесло на небольшую полянку, которой и заканчивалась тропинка, вокруг густо росла лещина с пока еще зелеными орешками. А вот прямо впереди, на одном из кустов, живописно висело тело, точнее даже, мумия, я бы сказала. Только в джинсовых шортах и обрывках футболки, заляпанных бурыми пятнами. Сходила погулять, Элис, поздравляю. Трупов я повидала немало, в том числе и свеженьких, не то что этот, поэтому особого шока или ужаса не испытала. Только досаду, что накрылась прогулка к пещерному городу. Длинно вздохнув, достала трубку и набрала номер, который мне дал начальник перед отъездом – на всякий случай. Отдел, курировавший одаренных в Мирстоне, там направят сюда, кого надо. Потому как труп явно не просто убит, а именно высушен, и подозреваю, с помощью какого-то нехорошего ритуала.
– День добрый, – ответила я, услышав голос на той стороне, и медленно, осторожно приблизилась к телу для более детального осмотра и описания. – Меня зовут Элис Самсонова, я вчера приехала в отпуск в Мирстоне. Я сейчас в Зеленой балке, под Эскай-керешем, и тут лежит мумифицированное тело без признаков разложения, – коротко описала ситуацию. – Подозреваю, ритуал. Вышлите, пожалуйста, специалиста. Да, подожду, конечно, – подавила еще один вздох, понимая, что я ценный свидетель, и отключилась.
Надо бы выйти обратно на дорогу, а то меня тут точно не найдут. И метки по пути оставить на всякий случай. Я бросила на тело еще один взгляд и уже почти развернулась, как вдруг словно кто-то невидимый под руку толкнул. Вздрогнув, медленно присела и вгляделась в траву – там лежали осколки и среди них очень знакомый камешек.
– Да ладно, – пробормотала я недоверчиво и прежде, чем успела сообразить, что делаю, протянула руку и взяла его. – Черт! – с досадой выругалась, очнувшись и выпрямившись, разглядывая на ладони улику.
Потом достала вчерашнюю находку и сравнила. Да, камни совершенно идентичные. Прохладные на ощупь, покрытые сеткой трещин, неоднородного зеленоватого цвета. Интересно, как связаны мой вчерашний неудавшийся ухажер и этот труп? И почему у них вдруг оказались одинаковые амулеты? В том, что в кустах лежали остатки такого же, я не сомневалась. Интуиция меня никогда не подводила. Найти бы еще владельца целого амулета и спросить, где он его достал… Но увы, я всего лишь огненная ведьма, а не маг-поисковик. Может, местный специалист более широкого профиля и разберется в этом. Кстати, о специалистах. Я поспешила обратно к дороге, отмечая свой путь огненным пунктиром, чтобы не заблудиться, и вышла к оврагу, ждать оперативную группу. Амулеты не давали покоя, я расхаживала туда-обратно, кусая губы и хмурясь, и только услышав голоса, вынырнула из размышлений. Отлично, приехали наконец-то. Я поспешила навстречу, но едва завернула за изгиб дороги, как остолбенела, во все глаза глядя на приехавших.
Их было четверо. Впереди шли двое, дородный мужчина в форме средних лет, с пышными усами, свисавшими ниже подбородка, и рядом… Да нет, ну не может быть такого совпадения, не может! Мой взгляд скользил по широким плечам, обтянутым футболкой, крепким бицепсам, то и дело возвращался к знакомому лицу с приятными, слегка резкими чертами. И глаза. Необычные, янтарного цвета, они словно светились изнутри, и у меня отчего-то перехватило дыхание, а кровь зашумела в ушах. Вчерашний незнакомец так же внимательно смотрел на меня, и на полных губах медленно проступала улыбка. А мне неожиданно стало жарко, я чуть не переступила с ноги на ногу, вдруг остро осознав, что… незнакомец очень внимательно рассматривает меня.
Раньше такой пристальный интерес меня совершенно не трогал, и проснувшиеся эмоции испугали. Я отвыкла от таких взглядов, чисто мужских, оценивающих, но не раздевающих. Скорее, странно ласкающих, от которых волоски на коже встают дыбом и нервы начинают тихонечко звенеть, медленно натягиваясь. А беспокойство змеей сворачивается в животе, дергая хвостом и покусывая изнутри, потихоньку впрыскивая яд страха в кровь. Собственно, так на меня никогда не смотрели, если уж быть честной. Когда-то, в другой жизни – с восхищением и обожанием, как на красивую куклу. Потом, уже позже, с вполне понятным вожделением, за фигурой я следила, да и регулярные занятия спортом во время учебы никто не отменял. А вот взгляд незнакомца был… странным. Волнующим. Цепляющим внутри что-то, чему я не могла найти определения. Тревожащим, и оттого в сознании огромными красными буквами мигало: «Опасность!!»
Я поспешно отвела взгляд, решительно выдохнула, молча дожидаясь, когда ко мне подойдут.
– Вы нашли тело? – Мужчина в форме поравнялся со мной, сдвинув фуражку на затылок и покосившись на оранжевый пунктир.
– Да, я, – коротко ответила, махнув рукой в направлении поляны. – Вон там.
– Ну, ведите, – кивнул он и представился: – Подполковник Михал Михалыч Вересников.
– Элис Самсонова, – проявила ответную любезность.
– Роман Логинов, маг широкого профиля, – присоединился незнакомец, и его улыбка стала шире. – Неожиданная встреча, однако.
Я пожала плечами, развернулась и поспешила к месту преступления, поймав себя на том, что сжимаю в кармане амулет и найденный камень. Для меня оказалось неожиданностью, что Логинов поравнялся со мной.
– Огненная ведьма, значит? – непринужденно уточнил он, и пришлось наклонить голову, подтверждая его слова. – И как тебя сюда занесло?
– Погулять отправилась, на пещерный город посмотреть, – буркнула я, не особо горя желанием вступать в диалог, но – я же свидетель. – Забрела на эту поляну, и там – тело.
– Ясненько, – отозвался Логинов. – А в Мирстоне какими судьбами?
– Это к делу не относится, – чуть резче, чем следовало, ответила ему и ускорила шаг.
Позади раздалось веселое хмыканье, но продолжать расспросы Логинов не стал, к моему облегчению. Мы вышли на поляну, и группа сразу занялась делом. Подполковник, увидев тело, растерянно крякнул, сняв фуражку и почесав в затылке, остальные – их было двое – начали осматривать место преступления. К ним присоединился и Логинов, пока я стояла в сторонке и не мешала специалистам делать свое дело.
– Его не здесь убили, – выдал заключение Роман, внимательно осмотрев труп, но не притрагиваясь к нему. – Сюда скинули уже после того, как все закончилось. Скорее всего, ритуал провели в пещерах наверху, надо осмотреть.
– И как понять, когда его убили, если он в таком состоянии? – с нотками раздражения отозвался один из оперативников, высокий симпатичный брюнет.
– Просто. – Логинов вытянул руку к голове трупа, пошевелил пальцами, и из приоткрытого рта с торчавшими желтыми зубами вытянулась голубоватая нить. Маг растер ее подушечками и изрек: – Вчера ночью.
– А кровь куда делась? – нахмурился второй оперативник, невысокий блондин с растрепанной шевелюрой, разглядывая находку. – У него горло перерезано.
– Хороший вопрос, – задумчиво изрек Роман. – Полагаю, ответ можем узнать наверху в пещерах.
– Михалыч, тут остатки какого-то амулета, – обратился к подполковнику брюнет, присев на корточки.
– Собери аккуратно, – распорядился начальник. – Эмиль, останешься тут, мы наверх поднимемся, осмотрим там все. Вызывай пока, чтобы тело забрали. Ром, Юра, пойдем.
Любопытство во мне превозмогло осторожность, и я пошла с ними – имею право, между прочим, пусть и в отпуске нахожусь. Подполковник покосился на меня, и я уточнила на всякий случай:
– Вы не против? Вдруг я тоже что-то интересное найду.
– Не против, – добродушно усмехнулся в усы Вересников. – Два мага лучше, чем один, а дело оч-чень странное. – Он вздохнул.
Я же, сделав пару шагов и упорно игнорируя взгляд Логинова, привычно сунула руки в карманы и снова наткнулась на амулет и камешек. Ой, черт, улика же. Кстати, что примечательно, от него магией не веяло вообще, ни капли. Значит, дело в самой оправе? Но от целого амулета тоже не фонило…
– В осколках это было, – достала найденное и показала. Амулет пока все-таки придержала, нашла же его в другом месте и… при других обстоятельствах. – Я случайно подобрала, – поспешно добавила на всякий случай, покосившись на Михалыча.
Однако он только глянул на мою находку, а вот ответил Логинов.
– Сильрит, «драконья слеза» на языке квиллов. – Голос Романа снова чуть не заставил подпрыгнуть, сердце нервно дернулось в груди. – Интересная находка… – задумчиво протянул он, разглядывая камешек. – Говоришь, в остатках амулета нашла?
– Да, под кустом, – подтвердила я, кое-как смирив волнение. – Сильрит? Не слышала о таком, – добавила, заинтересовавшись темой.
– Его находят только здесь, на полуострове, где жили квиллы, – продолжил объяснения Роман, переведя взгляд куда-то поверх моей головы и шагая рядом, и теперь выражение физиономии стало отстраненным, задумчивым. – Занятный камешек…
– Чем занятный? – тут же задала я следующий вопрос.
Любопытство – моя слабость, но сейчас она была как нельзя кстати. Хотя бы для поддержания разговора, натянутую тишину терпеть было бы неприятнее.
– Он магически инертен сам по себе, и месторождений сильрита нет. – К моей тихой радости, Логинов не стал делать тайны из темы разговора. – Его просто находят, в амулетах, талисманах, просто в местах, где жили квиллы.
«Драконья слеза», значит. Интересное название. О самих древних жителях полуострова известно было мало, они почти не оставили после себя сколько-нибудь ярких следов, кроме пещерных городов и древних поселений. Дорога резко пошла в гору, и разговаривать стало сложно, поэтому наша беседа увяла, я сосредоточилась на том, чтобы не споткнуться о выступающие корни и камни, осторожно перелезая через них. Однако в одном месте было слишком скользко, и я поскользнулась, поперхнувшись вдохом и взмахнув руками. Меня тут же подхватили, удерживая, – Логинов очень вовремя оказался рядом. В нос ударил аромат лаванды с можжевельником, и притихшее было волнение вспыхнуло с новой силой: я оказалась слишком близко к мужчине.
– Аккуратнее, – заметил он, покосившись на меня с едва уловимой в уголках губ усмешкой.
Он уже отпустил, я даже ушла на несколько шагов вперед, а кожа там, где ее коснулись пальцы Логинова, горела и покалывала, безумно хотелось дотронуться и убедиться, что следов в самом деле нет. Черт, да что со мной?! Даже светлой памяти Антошенька не вызывал во мне таких эмоций, только восторг и трепет. С чего вдруг от практически незнакомого мага меня бросает в горячую дрожь?! Собственная реакция злила и раздражала, а под этим крылся обычный страх. Не нужны мне эти эмоции, и Логинов этот не нужен. Прекрасно жила пять лет без мужчин и еще столько же проживу. Решительно сжав губы, я теперь уже внимательнее смотрела под ноги, надеясь, что дорога скоро выведет нас на плато с пещерами.
Мои надежды оправдались, лес внезапно закончился, дорога вышла наверх, и передо мной раскинулось зрелище колышущейся под ветром степи, домиков Мирстона и даже где-то у горизонта полоски моря. Все подернуто жаркой дымкой – время уже шло к полудню, и солнце основательно припекало, не спасал даже свежий сквозняк, дувший здесь, наверху.
– Туда, – коротко пояснил Михал Михалыч для меня и махнул вперед, на выдававшийся мыс с поросшим лишайником известняком. – Только осторожно, некоторые пещеры выходят прямо на стену, – предупредил он. – А тут высоко.
Да сама вижу. С высотой у меня отношения сложные, не люблю я ее, сразу голова кружиться начинает. Ладно, просто не буду к краю подходить, и все. Мы дошли до каменной лестницы с полустертыми ступеньками, я замешкалась на несколько мгновений, и вдруг совершенно неожиданно передо мной оказался один из оперативников, Юра, кажется. И протянул руку.
– Позвольте помочь прекрасной даме, – галантно произнес он и улыбнулся белозубой, почти голливудской улыбкой.
Признаться, я слегка опешила, не ожидая такого, но за меня ответил Логинов:
– Иди, Юра, там Михалыч ждет.
И… маг решительно спустился, настойчиво, хоть и без грубости, оттеснив этого Юру вниз. А потом сам повернулся ко мне.
– Справишься? – коротко спросил, не торопясь уходить.
Хотелось гордо ответить «да!», но ступеньки внушали опасения. Наставить на попу синяков и позорно съехать на ней вниз тоже не хотелось, поэтому пришлось подвинуть гордость в сторонку и молча вытянуть ладонь, избегая смотреть в янтарные глаза, слишком сильно волновавшие меня. Теплые пальцы сжали, легко удерживая, и по руке вверх поползли щекочущие змейки, а дыхание снова на несколько мгновений пресеклось. Хорошо, этих ступенек было всего четыре, и, ступив на неровный пол, я поспешно высвободила руку и огляделась.
Широкая пещера со стенами, кое-где исцарапанными надписями, в дальнем углу остатки кострища, днище от стеклянной бутылки и смятая банка. Это – сразу нет, скорее всего, местная молодежь отдыхала.
– Ром? – не дал мне толком сосредоточиться голос подполковника. – Есть тут что?
Логинов выступил вперед, вытянул раскрытую ладонь и дунул, и с нее взвился целый рой серебристых искорок. Они рассеялись по пещере, заставив воздух замерцать, а потом собрались в полупрозрачный столб опасно близко к краю – за ним был уже обрыв, и внизу зеленое море леса.
– Здесь ритуал был, – уверенно заявил маг, наблюдая, как искорки постепенно меняют цвет на золотистый. – Какой-то древний и, похоже, на крови. Надо взять на анализ эту пыль на полу, наверняка остатки крови найдем.
Я не удержалась, честно. Пальцы закололо от желания применить дар, и я даже не задумалась, почему вдруг захотела его использовать. Ну не покрасоваться же перед Логиновым, в самом деле! Он уже вчера видел меня, так сказать, во всей красе… Дар окутал пальцы теплым воздухом, пока не превращаясь в огонь, но позволяя чувствовать его отголоски вокруг. Особенно если применялась магия в создании пламени.
– Ту кровь, которая попала на пол, сожгли магией, – вполголоса произнесла, прислушиваясь к себе и прикрыв глаза. – Это точно ритуал.
– Юра, возьми эту пыль, – распорядился Михал Михалыч. – Отдадим в лабораторию.
Оперативники принялись осматривать пещеру на предмет улик, а я прислонилась к стене, нащупав в кармане сильрит – почему-то обрадовалась, что его у меня не отобрали. Вообще, помню, в школе нам рассказывали, что квиллы верили в драконов и поклонялись им, в их культуре многое связано с этими мифическими существами. Только каким боком к этому труп в кустах, ритуал и амулеты? Это помогало отвлечься от волнующих мыслей о Логинове и не коситься на широкоплечую фигуру каждую минуту.
Осмотр много времени не занял, больше ничего интересного оперативники в пещере не нашли. Подполковник подошел ко мне, и я поняла, что зря надеялась, что об улике забудут.
– Элис, дайте-ка мне тот камешек, что вы нашли… – заговорил он, однако не закончил.
– Михалыч, подожди пока, – остановил его Логинов и тоже подошел к нам. – Я возьму его, покажу одному знающему человеку, вдруг он что-нибудь полезное сможет подсказать. – И он протянул мне ладонь. – Давай.
А я поняла, что умру от любопытства, оно во мне дырку прогрызет, если не напрошусь поехать вместе с Логиновым. Даже мое нервное волнение от его близкого присутствия отступило на второй план. Да уж, приехала отдохнуть в отпуск, вот мой начальник посмеется, когда вернусь! Стиснув камень вместе с амулетом, я смело глянула в невозможные янтарные глаза, от которых у меня мурашки по всему телу скакали бешеными блохами, и выпалила:
– Я с тобой хочу поехать. Мне тоже интересно.
Логинов заломил бровь, медленно оглядев меня, потом усмехнулся с непонятным предвкушением, и я поняла, что зря попросила. Надо было послать к черту любопытство, отдать камень, спуститься вниз и забыть находку, как страшный сон. И идти загорать и купаться, Элис, а не изобретать предлоги, под которыми ты хочешь подольше остаться рядом… А-а-а-а, файербол мне в селезенку!!! Ну вот куда я вляпалась, скажите на милость?
– Пойдешь со мной вечером в город – поедем вместе к шаману, – невозмутимо выдал Логинов, ничуть не стесняясь присутствия посторонних.
Михал Михалыч добродушно хмыкнул, покачал головой и одарил нашу парочку веселым взглядом.
– От ты жук, Ромка, – проворчал он, а у меня щеки полыхнули так, что чуть искры не посыпались. – Кто ж так на свидание-то приглашает!
А за его спиной раздался свист и полный неподдельного восхищения голос Юры:
– Съем восьмидесятого уровня!
– Юра, это ты снимаешь, а я знакомлюсь, – бросил Логинов таким тоном, что мое желание гордо отказаться и спокойно вернуться домой потухло на корню.
И глаза. Расплавленный янтарь, затягивавший в глубину, обволакивавший теплым светом. Завораживающий. Наверное, поэтому я, словно в трансе, кивнула и коротко ответила, несмотря на давнее возмущение:
– Хорошо, договорились.
Встреча с шаманом стоит одного свидания, в конце концов. А Роман не производил впечатления мужчины, с ходу распускающего руки. Посидеть, пообщаться, наверное, вполне можно, я же не совсем сторонилась мужчин. Просто предпочитала ограничиваться дружбой. Когда еще училась, легко могла на спор поцеловать кого-нибудь из приятелей на очередной школьной попойке, а потом как ни в чем не бывало нормально общаться. Могла пофлиртовать, только с исключительно ироничным подтекстом. И в свои двадцать пять оставалась девственницей, потому что Антоша, светлая ему память, хотел, чтобы у нас все было красиво и по правилам, и не трогал до свадьбы. А после того как попала в школу одаренных, твердо решила, что ничего в личной жизни менять не буду, и… мне хорошо жилось. Спокойно.
– Тогда идем обратно, – невозмутимо произнес Логинов, выдернув меня из размышлений, и я поспешно спрятала сильрит в карман.
Мы покинули пещеры и спустились обратно вниз, где уже стояла «Скорая» с мигалками и грузили труп. Логинов перекинулся парой слов с медиками, потом оглянулся на меня и кивнул:
– Поехали, Элис?
Чуть поодаль стояли две машины, милицейская и внедорожник, Роман подошел ко второму и распахнул передо мной дверь. Я села, чувствуя себя немного неуютно – волнение никак не хотело униматься, и пришлось крепко сцепить пальцы, смотреть вперед и глубоко дышать. Некоторое время мы ехали молча, потом я все же решила нарушить тишину:
– А еще что-нибудь знаешь о квиллах и сильрите?
– Они использовали «драконьи слезы» в ритуальных украшениях, верили, что камни помогут услышать их молитвы тем, к кому обращены. – Логинов вырулил на нормальную дорогу, уходившую дальше в горы.
– Драконам? – удивленно протянула я. – Но это же миф.
– Квиллы верили, что когда-то драконы жили среди них, а потом покинули землю, – негромко ответил Роман, и его голос показался мне слишком серьезным. – Они также верили, что сильрит может почувствовать родную кровь даже в потомках драконов, которые остались еще на земле.
Я покосилась на него, вынула амулет и повертела в руках.
– И что, квиллы в самом деле практиковали человеческие жертвоприношения? – с некоторым сомнением спросила я. – Если судить по этому ритуалу…
– Ни в коем случае, – покачал головой Роман. – Драконы не убивали людей просто так, как говорили легенды, эти существа были благородными и сильными. Не думаю, что это именно ритуал квиллов, но что-то на его основе, – выдал Логинов неожиданное предположение. – Так с ходу не сказать, слишком мало данных. Шаман может сказать больше.
– Настоящий шаман? – оживилась я, даже позабыв на некоторое время о волнении.
– Самый настоящий. – Логинов улыбнулся уголком губ и резко сменил тему: – Откуда у тебя этот амулет?
С ответом я чуть замешкалась, но все же сказала:
– Нашла вчера. Наверное, тот придурок обронил.
– Хм. Пообщаться бы с ним, – пробормотал он и чуть нахмурился. – Ладно, это потом. Можно нескромный вопрос? – снова перескочил Логинов.
– Попробуй, – тут же насторожилась я и спрятала амулет. – Не гарантирую, что отвечу.
– У тебя есть платье или юбка? В шортах, конечно, тоже ничего, но мне кажется, для танцев они не особо подходят, – выдал мой собеседник, и я едва не поперхнулась вдохом, снова с досадой чувствуя, как вспыхивают щеки и даже шея с ушами.
– К-каких танцев?.. – растерянно пробормотала я, не готовая к подобному вопросу.
– Обычных, как вчера, – доходчиво объяснил Логинов, и улыбка превратилась в веселую ухмылку. – Ты отлично двигаешься, Элис, училась где-то? И да, я планирую сегодня танцевать с тобой.
Вот… нахал, а! Посмотрите на него, планирует он! А меня спросить?!
– Не уверена, что захочу, – сухо отозвалась, переведя взгляд на дорогу. – Я планировала просто посидеть, пообщаться, – не сдержалась от ядовитого тона, разволновавшись еще сильнее.
Черт. От мелькнувшей перед глазами картинки, как мы с Логиновым танцуем, как его руки лежат на моей талии и сам он слишком близко, стало жарко и не по себе. Отчего-то не сомневалась, что танцевать Роман умеет весьма неплохо.
– И все-таки обещаешь, что не наденешь шорты? – не дал он съехать с темы.
Кажется, у меня слегка сдали нервы, чего уже очень давно не было. Да и мужчины меня не волновали с того самого дня, как я ушла из дома…
– Может, еще посоветуешь, какое белье выбрать? – огрызнулась я и тут же дала себе мысленный подзатыльник.
Элис, ты еще язык ему покажи, совсем здорово будет. И потом, один сарафан точно затесался в мои вещи, помню, кинула его в последний момент, без всяких задних мыслей, просто поддавшись порыву. Послышался смешок, отчего я смешалась и одновременно разозлилась еще больше, щеки пылали так, что казалось, кожа сейчас отвалится.
– Заманчивое предложение, но я предпочитаю не торопиться, – последовал ответ тем же веселым голосом. – Договорились насчет платья?
Да чтоб тебе пусто было, настойчивый какой! И ведь не отвяжется, мелькнула тоскливая мысль.
– Договорились, – буркнула я, скрестив руки на груди и нахохлившись на сиденье. – Долго нам ехать?
– Около часа, – невозмутимо отозвался Логинов. – Зенгар живет ближе к побережью, в горной деревушке.
– Он… из квиллов? – радуясь смене темы, продолжила я расспросы, рассеянно поглядывая в окно.
Там проплывали буковые леса, зеленым бархатом покрывавшие горы, глубокие балки, иногда мелькали беленые домики местных жителей.
– Полагаю, кто-то из его предков им был, – подтвердил Логинов. – Но чистокровных квиллов уже давно не осталось.
– И откуда ты так много знаешь по этой теме? – Я не удержалась, все-таки осторожно покосилась на собеседника, радуясь, что он смотрит на дорогу.
– Давно живу на полуострове, интересуюсь темой, – поддержал Логинов беседу. – Много знакомых археологов и ученых, так и получилось.
– Ты родился здесь? – Не знаю, почему потянуло расспрашивать о нем, ведь собиралась просто потрепаться ни о чем…
Поздно, слова вырвались. Я заметила странную усмешку, мелькнувшую на его губах.
– Родился далеко отсюда, но прожил почти всю жизнь на полуострове. А тебя каким ветром занесло в Мирстон?
– Отдыхать приехала, в отпуск, – мирно отозвалась, не видя смысла скрывать. – Пять лет шеф не мог выпихнуть, и вот стоило уехать, как все равно работа догнала, – иронично хмыкнула, немного расслабившись.
– Почему сразу работа? Ты всего лишь ценный свидетель, – поправил Логинов, на очередном плавном витке дороги свернув на боковую грунтовку, уводившую в лес. – Расследованием я буду заниматься.
Главная шла дальше, к видневшемуся впереди между двумя горами голубому треугольнику моря. Эх, чувствую, не поплаваю я сегодня. Что там он о расследовании сказал?..
– Но я же имею право знать о ходе, – утвердительно произнесла, понимая, что любопытство обглодает кости, если не узнаю, чем все дело закончилось. – Тем более не посторонний человек, коллега, практически.
Логинов коротко взглянул на меня, но и этого хватило, чтобы вернулись волнение и мурашки.
– Любопытная какая, ведьмочка, – протянул он, и вдоль позвоночника прокатилась горячая дрожь. – Нет чтобы спокойно отдыхать…
Он откровенно дразнил меня, вдруг вспыхнуло осознание. И вынуждал снова попросить делиться информацией! Да не дождется!
– Ладно, нет так нет, – с напускным равнодушием отозвалась я и откинулась на спинку, отвернувшись к окну. – В самом деле, я же в отпуск приехала.
Хотела сказать насмешливо и с превосходством, но получилось как-то слишком ядовито. От Логинова долетел очередной смешок, и между нами повисла тишина, напряженная и чуть ли не потрескивавшая. Машина взбиралась по узкой горной дороге, с одной стороны резко уходил вниз обрыв, с другой – покрытый буковым лесом склон так же резко уходил вверх. Петляли мы где-то минут двадцать, пока наконец не вырулили на небольшое плато, где прилепилась деревушка на пять домов с черепичными крышами и белеными стенами. В пыли бродили тощие курицы, валялась на солнышке собака с высунутым языком, где-то раздавалось блеяние. Но ни единой живой души. Мы переехали через горный ручеек и остановились у последнего дома с огороженным двором, где в тени навеса сидела шикарная овчарка с умными глазами. Логинов остановил машину рядом, заглушил мотор и повернулся ко мне.
– Ладно, не сопи так обиженно, – хмыкнул он и неожиданно коснулся кончика моего носа. – Буду держать в курсе. Отличный предлог чаще видеться. – Роман одарил своей фирменной ухмылкой, и пока я хлопала ресницами, силясь справиться с растерянностью и замешательством, обошел внедорожник и открыл дверь. – Идем с Зенгаром знакомиться.

Глава 3

Пока молча выходила, усиленно упихивала некстати проснувшиеся эмоции поглубже и разгоняла метлой непослушные мысли на тему, что это сейчас было и как к этому относиться. Не то чтобы мне не нравилось поведение, но… на дружеское оно не походило, на откровенные заигрывания тоже, и я терялась. Не так уж много опыта у меня в отношениях, прямо скажем, и уж тем более в общении с мужчинами. Так, ладно, потом подумаю, сейчас – разговор с шаманом. Я за Логиновым подошла к двери и замерла, с удовольствием переключившись на более интересную тему. Роман постучал, и она почти сразу распахнулась, явив хозяина дома.
Весьма колоритного, надо сказать, я во все глаза рассматривала сухопарого старичка со сморщенным, как печеное яблоко, лицом и длинными седыми усами аж до середины груди. Цветастый халат висел на нем как на вешалке, остроконечные туфли выглядывали из-под подола, лысую голову прикрывала шапочка из такого же разноцветного материала, как и халат. Глаза, живые, острые, внимательные, походили на две маслины, и они слишком пристально смотрели на меня. Я запоздало подумала, что надо было расспросить Логинова, может, нужно соблюдать какие-то обычаи в общении с этим Зенгаром. С другой стороны, наверное, Роман бы предупредил. Надеюсь. Логинов приложил ладонь к груди и склонил голову.
– Многих лет тебе, уважаемый, и процветания дому. Я за советом пришел, уделишь немного своего драгоценного времени?
Шаман кивнул и посторонился, наконец перестав просвечивать меня взглядом, словно рентгеном.
– Я ждал тебя, Крылатый, – неожиданно четким, ясным голосом ответил Зенгар. – И женщину твою, с огненной душой, тоже.
Первая мысль была удивленной: Крылатый?.. Вторая – возмущенной. Я не его женщина! С чего это шаман вдруг взял эту нелепость? И тут же поспешила вежливо поправить старичка:
– Я не его женщина, вы ошиблись. Мы вообще только сегодня случайно познакомились и…
– Не бывает случайностей, – перебил меня Зенгар и усмехнулся. – Даже если ты так думаешь, Огненная. У Судьбы свой узор на ковре жизни, и каждому узелку там положенное только ему место.
Получи, Элис, порцию восточной мудрости. Я захлопнула рот, задавив в зародыше желание поспорить, тем более Роман мягко подтолкнул, и пришлось шагнуть вперед, в полутемные сени, где неожиданно вкусно пахло сухими травами и какими-то пряностями. Зенгар снял туфли и зашел в комнату, и я, воспользовавшись моментом, повернулась к Роману и как можно тверже прошептала:
– Надеюсь, ты не принял как руководство к действию слова этого шамана?
Глаза Логинова блеснули в полумраке сеней, и я сразу напряглась, особенно увидев еще и широкую усмешку.
– Мне не нужны подсказки, Элис, чтобы определиться со своими действиями. Давай проходи. – Его ладонь снова коснулась моей поясницы, и я поспешила шагнуть вперед, избегая прикосновения.
Слова Логинова ничуть не успокоили, а еще ведь это свидание вечером! Черт. Так, ладно, мысли, брысь. Чтобы отвлечься, я огляделась, рассматривая жилье шамана. Внутри, в единственной просторной комнате, на полу лежал ковер, очень приятный на ощупь, с ярким узором и ничуть не вытертый. На окне кружевной тюль, в углу – вместо кровати толстый матрас, накрытый лоскутным покрывалом, а посередине низкий П-образный диванчик, заваленный кучей разноцветных подушечек. Хозяин направился прямо к нему, ловко уселся, поджав под себя ноги, и сделал гостеприимный жест рукой над столиком, уставленным глубокими пиалами, глиняным чайником литра на два и многочисленными тарелочками со всякими южными сладостями и вкусностями.
– Садитесь, говорить будем, – обстоятельно произнес Зенгар, проведя пальцами по усам.
Я забралась на диванчик, постаравшись устроиться поудобнее, Логинов разместился рядом. Хозяин взял чайник, начал разливать по пиалам темно-коричневый пахучий напиток и, когда закончил, спросил:
– Что вы принесли мне?
А я снова удивилась: откуда Зенгар знает, что мы что-то принесли? Роман же сказал, что совета хочет спросить. Кстати, смотрел шаман на меня, будто знал, что именно в моих карманах улики. Я достала амулет и сильрит и протянула ему.
– Вот, – пояснила, поскольку Логинов молчал. – Это нашла случайно, – я ткнула в амулет, – а камень – на месте преступления, около высушенного трупа, с которым провели какой-то нехороший ритуал. Можете что-нибудь сказать?
Зенгар забрал у меня вещдоки, я же обхватила пиалу и поднесла к лицу, вдохнув пряный, с фруктовыми нотками, аромат, и осторожно пригубила. По языку растекся потрясающий вкус, и я зажмурилась от удовольствия, сделав полноценный глоток. Шаман между тем внимательно рассмотрел амулет и камень, провел по ним пальцем и задумчиво протянул:
– «Драконьи слезы». Чуют свою кровь, притягивают тех, в ком она есть, а он потом приходит за ними.
Если бы мои уши были как у эльфов или я была бы оборотнем, они бы встали торчком. Моментально все беспокойные мысли о Логинове сожрало голодное любопытство, и я превратилась в слух.
– Как это, притягивают? И что за своя кровь, какая своя? – выпалила я прежде, чем придержала язык.
Вроде как это Роман тут главный, и он собирался спрашивать, а я вылезла со своей неуемной жаждой знаний… Краем глаза заметила, как понимающе усмехнулся мой спутник, невозмутимо отхлебнул чай и заел каким-то медово-ореховым печеньем. Тут же кровь бросилась в лицо, я уткнулась в пиалу, чувствуя себя с каждой минутой все более неуютно под перекрестными веселыми взглядами Зенгара и Логинова. Ну елки, да, не сдержалась, что тут такого?! Никто не говорил, что я должна молчать и слушать мудрые разговоры старших! Сжав губы, справилась с замешательством и покосилась на шамана. Он же, поставив пиалу, пошевелил усами, взгляд глаз-маслин сделался задумчивым.
– Квиллы почитали драконов, мудрых и сильных зверей, – неторопливо начал Зенгар явно издалека, с предыстории. – Они верили, что драконы спускаются с небес и живут среди людей, неся им драгоценные знания. И когда эти звери вдруг исчезли, после них остались только «драконьи слезы», и квиллы считали, что это окаменевшие слезы тех, кто скорбел, оставляя свой народ без присмотра в этом мире. А еще они заметили, что сильрит находили те, в ком текла хоть капля драконьей крови, и они становились носителями мудрости, шаманами. Но постепенно потомки рассеивались по свету, шаманов становилось все меньше, и поверье превратилось в легенду, как и сами драконы.
– Стойте-стойте, а что, драконы оставляли после себя полукровок? – уцепилась я за нелогичность – ну нет же драконов, это миф, в самом деле! – Они существовали, значит?
Зенгар по-доброму усмехнулся, хлебнув еще чаю из пиалы.
– Существовали, Огненная, иначе откуда «слезы» появились? И конечно, драконы оставляли после себя потомков здесь, на земле. Кто-то выбирал себе пару из обычных людей, и у них рождались полукровки. Только теперь кровь сильно разбавлена, и все-таки здесь, на полуострове, люди до сих пор находят сильрит.
– И кто потом за ними приходит, за этими людьми? – негромко спросил Логинов, возвращая разговор в прежнее русло.
Шаман перестал улыбаться, густые брови нахмурились, а лицо стало суровым.
– Есть одна легенда, темная, нехорошая, – проскрипел он совсем другим голосом, и по спине пробежала холодная змейка мурашек, я едва не поежилась. – Что если наполнить каменную чашу в Белой пещере драконьей кровью и выпить, можно самому обрести мощь дракона и стать им.
В комнате повисла тишина, тяжелая, вязкая. Слова шамана повисли в ней, как мушки в паутине, и я сглотнула горький ком, запив чаем. Связать описание ритуала и найденное утром высушенное тело без капли крови не составило труда.
– Ищи темного шамана, Крылатый. – Голос Зенгара вдруг упал до едва различимого шепота. – Или того, кто перенял его учение. Темные знания опять вышли на свет, беда грядет…
Ну все, теперь я не отстану от Логинова, пусть даже придется регулярно ходить с ним на свидания. Тут же такое интересное наклевывается, хоть и страшненькое!
– Значит, напившись крови с частицей силы дракона, человек сможет превратиться в него? – уточнила я, справившись с мимолетным приступом страха от слов Зенгара.
– В Призрачного дракона, – поправил Зенгар и тяжело вздохнул. – Полноценно человек не обернется, только если хлебнет чистой драконьей крови, тогда случится оборот. А Призрачного дракона не убить никаким оружием, и ему подвластна сила мертвых. Плохая история, Крылатый, очень плохая, – тихо произнес шаман, глядя на Логинова.
– К-какой еще Призрачный дракон? Я ничего о таких не слышала, – пробормотала, нахмурившись.
– Потому что драконов вообще считают мифом, – пожал плечами Роман. – Значит, темный шаман, да? И он собирает тех, в ком есть драконья кровь, с помощью сильрита? – уточнил он. – Но этот камень магически инертен, его невозможно обнаружить.
– Да, невозможно, – совсем-совсем тихо ответил Зенгар, не сводя пристального взгляда с Логинова. – Но ты ведь можешь, Крылатый. Зов крови.
Я окончательно перестала понимать происходящее, казалось, эти двое понимают друг друга без слов и общаются другим каким-то способом. Мой неожиданный знакомый медленно кивнул, янтарные глаза блеснули.
– Он не человек, да? – негромко спросил Логинов. – Человек бы не ощутил сильрит.
Шаман улыбнулся уголком губ, погладил усы.
– Ты все знаешь, Крылатый, – уже нормальным голосом произнес Зенгар. – Ищи темного, иначе быть большой беде. И береги свою Огненную, – с прежней усмешкой добавил он, и я чуть не поперхнулась чаем.
Да что он заладил, а! Злость помогла справиться с очередным приступом замешательства, я отставила пустую пиалу и выразительно посмотрела на шамана.
– Я уже говорила, мы просто знакомые, – повторила с нажимом.
– Твоя душа ранена, но огонь ее излечит. – Зенгар вдруг подмигнул и спрятал хитрую улыбку в усах. – Не отталкивай его.
– Спасибо, уважаемый. – Логинов тоже оставил посуду на столе и поднялся, и я поняла с некоторым разочарованием, что беседа закончена.
Только вопросов больше, чем ответов, лично для меня. Я тоже встала и вежливо кивнула.
– Всего хорошего, – постаралась, чтобы раздражение не прорвалось в голос – все-таки Зенгар помог нам, незачем срывать на нем свое плохое настроение.
Мы вернулись к машине, и едва Логинов завел, я дала волю любопытству, ставшему причиной многих шуток еще во время учебы.
– А почему Крылатый? – озвучила первый вопрос, с запозданием поняв, что он касался самого Романа.
Черт. Я вовсе не хочу знать о нем больше, чем уже есть! Но слово вылетело, ничего не поделаешь.
– Я с парапланом прыгаю, – без всякого ехидства и подколок ответил Логинов. – Потому Зенгар и называет так. Не хочешь попробовать? – неожиданно предложил он, выруливая из деревушки на дорогу, и покосился на меня. – Это здорово, страшно только первый раз шагнуть. А потом это как наркотик, пустота под ногами и небо над головой… – Его голос стал тише, глуше, а на лице появилось мечтательное выражение.
Я поежилась и покачала головой.
– Нет, спасибо, мне на твердой земле хорошо живется, – решительно отмела сомнительное предложение.
Адреналина и в работе хватает, чтобы еще искать его в экстремальных увлечениях. От Романа долетел смешок, и я внутренне насторожилась, подозревая какой-то подвох.
– Для огненной ведьмы ты слишком осторожна, Элис. А где же авантюрная жилка? – не обманул моих ожиданий Логинов, в его последних словах сквозила мягкая насмешка.
– А где написано, что огненные ведьмы обязательно безрассудные и ничего не боятся? – буркнула я, чувствуя, как шевелится внутри раздражение.
Ну вот чего прицепился, а? Не желая дальше цапаться, я поспешила перевести разговор в конструктивное русло:
– Кто такие темные шаманы? В школе нам о таких не рассказывали.
– И правильно, потому что в свое время их уничтожили. – К моему облегчению, Логинов не стал ехидничать дальше. – Но, видимо, не всех, – чуть понизив голос, добавил он, нахмурившись.
– Так кто они? – повторила я вопрос, покосившись на спутника.
– Вот же любопытная, – усмехнулся он. – Это те, кто использовал ритуалы квиллов в темных целях, пытаясь добиться могущества драконов и жаждая власти любой ценой. В том числе и через кровавые обряды. Но вот о вызове Призрачного дракона я не слышал до сих пор. – Голос Логинова стал задумчивым, мужчина перестал улыбаться и прищурился. – Это кто-то, кто знает слишком много о верованиях квиллов…
– И как его искать? – Я нахмурилась. – Он ведь наверняка не остановится на этом убийстве.
– Подозреваю, что это не первое, – огорошил Логинов. – Просто раньше трупы не находили. Кто же знал, что тебя понесет к пещерам, в этом темный просчитался, – хмыкнул он. – А как искать, я подумаю… Элис, кто твои родители? – неожиданно спросил Роман, и я недоуменно покосилась на него.
При чем здесь они?
– А какое отношение это имеет вообще к делу? – настороженно поинтересовалась, вообще не желая разговаривать на столь личную тему.
– У тебя уже два сильрита, которые ты нашла вроде как случайно, – пояснил Логинов, и я замолчала, переваривая новость.
Признаться, его слова озадачили и насторожили, потому как сразу вспомнились слова Зенгара о связи этих камешков и носителей древней крови… А мама никогда не упоминала, кто был мой отец. С кем она спуталась?!
– Да бред, – вырвался у меня недоверчивый смешок. – Я никогда не знала, кто мой отец, и вряд ли кто-то из потомков забрел в столицу…
– А спросить можешь? – обронил Логинов, и мое лицо закаменело.
Мелькнули воспоминания пятилетней давности, и в груди болезненно кольнуло. Не до конца пережила еще и не хочу лишний раз ворошить.
– Нет, – коротко ответила, дав понять, что причины обсуждать не хочу. – Есть другой способ проверить, течет во мне эта драконья кровь или нет? – ровно спросила, глядя на дорогу – мы уже ехали по трассе к Мирстону.
– Есть, – так же кратко ответил Логинов. – Ритуал квиллов, сильрит пригодится.
– Договорились. – Я кивнула. – А Белая пещера…
– Ты кроме танцев и работы еще чем-нибудь интересуешься? – крайне невежливо перебил меня Логинов с возмутительно ехидными нотками.
Хотела огрызнуться, но… А ведь и правда, я же с головой ушла в работу и в отпуск не хотела именно по этой причине: в моей жизни больше ничего не было. Редкие встречи с бывшими одноклассниками не считаются. Старые увлечения остались в прошлом, а новых так и не нашла. Друзей тоже не завела за время учебы…
– Может, все-таки полетаем? – голосом змея-искусителя снова спросил Логинов, но я не повелась.
– Вопрос закрыт, – после чего отвернулась к окну и молчала до самого города.
Роман, слава богу, не пытался больше меня разговорить. Только когда уже начались дома, поинтересовался:
– Пообедать не хочешь? Я проголодался.
– Дома поем, – дернула я плечом.
До меня донесся очень выразительный вздох, на который я не отреагировала.
– Где живешь хоть? – последовал вопрос. – Куда тебя везти?
– На героев Сорна, на остановке высади, – отрывисто ответила я.
Адрес не скажу, еще не хватало, чтобы он знал, где меня искать.
– Телефон не забудь оставить. Вечером созвонимся, – разбил мою робкую надежду Логинов.
Черт, а я уже размечталась, что он забыл о нашей договоренности. Подавив вдох, кивнула.
– Записывай.
– Запомню. Говори номер, – сказал Логинов, сворачивая на уже знакомую улицу.
Я продиктовала, отметила, что времени еще немного и успею сходить на море до вечера. Впереди показалась знакомая остановка, только вот почему-то на ней толпилось подозрительно много людей, стояли полицейская машина и «Скорая». Внутри заскреблось нехорошее предчувствие, и я тут же позабыла о собственных проблемах.
– Оп-па-а, – протянул Логинов, подъехав к тротуару и остановившись. – И что тут такое?
Я вышла, увидев между любопытствующих мелькнувшее озабоченное лицо Михалыча, и предчувствие превратилось в уверенность, что неприятности, начавшиеся с утреннего трупа, продолжаются. Пробралась вперед и остановилась, глядя на тело на асфальте. Около него суетился Сергей, врачи стояли чуть поодаль и курили, дожидаясь, когда можно забрать пострадавшего. Рядом лежал разбитый мотоцикл, Юра, хмурясь, разглядывал его и фотографировал, но мой взгляд не отрывался от залитого кровью лица.
– Михалыч, что тут случилось? – подошел Логинов, изучая место происшествия.
– Да вот, лихач какой-то разбился. – Подполковник почесал в затылке. – Проверим на алкоголь на всякий случай, но может, и голову напекло, жарко сегодня. – Он снял фуражку и обтер шею и лицо платком. – По документам – Дмитрий Антонович Гладышев, матери уже позвонили, она с работы едет.
Мои пальцы нащупали в кармане вчерашний амулет, и я, не сводя взгляда с разбитой головы парня – шлем валялся чуть поодаль, поцарапанный и расколотый, как скорлупа, – медленно произнесла:
– А я его знаю.
На меня разом уставились все оперативники с одинаково удивленными лицами – кроме Логинова. Похоже, он тоже вспомнил парня.
– Вчера в баре виделись, – коротко пояснила я, глядя на него.
Он чуть прищурился, перевел взгляд на тело, потом молча кивнул и отошел к байку. Присел, вытянул ладонь, и воздух над остатками мотоцикла слегка задрожал, а моя татушка слегка нагрелась – Логинов использовал магию. До меня долетели шепотки невольных зрителей, а потом в ладонь мужчины с земли плавно поднялся винтик. Роман тихо хмыкнул, выпрямился и подошел ко мне, показав находку. Деталь была полностью покрыта ржавчиной.
– И? – Я вопросительно посмотрела на Логинова.
– Что-то интересное? – к нам присоединился Михалыч.
– Проверь, когда парень ТО проходил, на всякий случай, но вообще тут магия замешана, – пояснил Логинов.
– Я посмотрел, на первый взгляд байк вроде не старый, в хорошем состоянии. – Юра тоже остановился с нами. – Что это? – Он кивнул на винтик.
– На него «солитер» прицепили, – не совсем понятно объяснил маг. – Дрянная штука, очень, – мрачно прибавил Логинов. – И почти не обнаружимая, кстати.
– Что за дрянь? – опередил меня с вопросом Михалыч.
– Разрушает материальные вещи. Превращает их в труху, – ответил маг. – Здесь тормоза все проржавевшие, а началось все вот с этого винтика. – Роман подкинул находку на ладони. – Потому парень и разбился.
– Юра, на тебе экспертиза. – Михалыч мотнул головой. – Забирай байк и дуй в лабораторию, к вечеру мне отчет.
– Есть, шеф, – козырнул он и отошел выполнять.
– Тело будешь осматривать? – подполковник обратился к Логинову.
Роман отошел к трупу, снова провел над ним ладонью и вернулся.
– Алкоголя и наркотиков нет, парень вменяемый, физически тоже в порядке, – отчитался он и покосился на меня со странной задумчивостью. – Можно забирать.
Михалыч отошел к «Скорой», и мы остались вдвоем.
– Кому он мешал? – пробормотала я, наблюдая, как санитары запаковывают труп в пластиковый мешок.
– Тому, кто не хотел, чтобы узнали, откуда у него амулет, – негромко произнес Логинов, засунув руки в карманы, и мне снова достался прищуренный взгляд.
Стало зябко, и я поежилась.
– Значит, кто-то видел, что я его забрала? – тихо озвучила логичный вывод.
– Сегодня проведем обряд, – твердо заявил Логинов, и возражать ему не стала. А он вдруг усмехнулся и добавил: – Как с города вернемся. Работа работой, а отдыхать тоже надо, Элис. Защитную магию знаешь? – осведомился он.
– Учили, – отрывисто ответила, поглаживая в кармане амулет. – Может, куда-нибудь, где сохраннее будет? – озвучила мысль, не желая быть наживкой.
Я все-таки отдыхать приехала, и полноценно участвовать в расследовании… Ну, ладно, хотелось, но не до такой степени.
– Давай мне. – Логинов кивнул. – Тебя он мог и не запомнить, а если попробует по камням искать, его ждет сюрприз, – на его губах мелькнула хищная усмешка. – И возможно, дело распутаем быстро, не придется и пещеру искать.
Отдала ему находки, еще раз огляделась.
– Ладно, я пошла. – Больше мне здесь делать нечего, а на море поваляться хотелось. – До вечера.
– До вечера… – рассеянно отозвался Логинов, разглядывая сильрит и о чем-то думая. – Так, есть у меня одна идея, надо проверить, – пробормотал он, сунув амулет и камень в карман штанов.
Вот и славно. Надеюсь, ему не придет в голову дурная идея следить за мной. Отойдя немного от остановки, я специально притаилась за кустом и убедилась, что маг сел во внедорожник и уехал. Все, теперь море и солнце. И обед, кстати, я успела проголодаться со всеми этими поездками. Решив сэкономить время и поев в чебуречной по пути, заскочила домой, нашла на кухне записку от тети Вари, что она на несколько дней уехала к родственнице под Мирстон, и поднялась к себе. Быстренько переоделась и сбежала на пляж, понежиться под солнышком и поплескаться и хоть ненадолго отвлечься от трупов и квилловских легенд. Даже прихватила какой-то любовный роман в мягкой обложке, который нашла на полке в гостиной. Ну, как и полагается, непременный атрибут отпуска.
Я даже ухитрилась задремать, и почему-то снился дракон, парящий в небе, и его чешуя отливала старым золотом, а глаза с вертикальными зрачками казались странно знакомыми… И я сидела на загривке, вцепившись в костяной гребень, ветер бил в лицо, внизу проплывала земля с маленькими домиками и зелеными рощами, и от восторга перехватывало дыхание. А с губ не сходила широкая улыбка, и смех щекотал грудь…
Резко сев на подстилке, я помотала головой, избавляясь от остатков странного сна. Вот наслушаешься всякого, а потом снится ерунда. Надо окунуться последний раз, обсохнуть, да домой, солнце уже почти село, пора, наверное, собираться. По пути домой мысли невольно вернулись к сегодняшнему насыщенному дню. Аж два тела, да еще и убийства, и второй парень слишком вовремя погиб. Готова спорить на что угодно, в нем тоже есть частица драконьей крови, только зачем убивать? Неужели место, где Дмитрий нашел амулет, может дать какую-то зацепку? Или… не место? Может, кто-то подарил парню безделушку с сильритом? Черт, и не узнаешь же теперь!
Занятая размышлениями, зашла в дом и поднялась к себе. Часы показывали начало девятого, солнце почти село, и на небе догорал оранжевый закат. Некстати вспомнился сон на пляже, я тихо фыркнула и взялась за ручку двери в свою комнату. Даже если бы драконы в самом деле существовали, никакая сила не заставила бы меня решиться на подобное безумство. Как же, кататься на такой зверюге, без ремней, без страховки! Бр-р-р. Так, все, мыться и переодеваться, Элис. Только вот зайти к себе я не успела: в конце коридора щелкнула задвижка ванной, дверь открылась, и… оттуда вышел мой, надо понимать, сосед. М-мать.
– Какой сюрпри-из, однако, – протянул он, расплывшись в широкой, довольной ухмылке. – И весьма приятный, надо сказать. Привет, Элис.
Я буквально приросла к полу, челюсть натурально стала в два раза тяжелее и норовила встретиться с разноцветным половичком, а взгляд медленно скользил вверх. По обнаженным ногам, покрытым светлыми волосами, вполне стройным для мужчины. По узкому полотенцу, небрежно повязанному низко на бедрах. По… дорожке, тянувшейся от пупка и прятавшейся под не слишком надежным, по моему мнению, прикрытием. Глаза чуть задержались на прекрасном рельефе пресса, по которому хотелось провести пальцами, чтобы проверить, настоящий ли он, поползли вверх, на литые мышцы груди… застряли на шикарной морде дракона, уходившей на плечо с правой стороны торса, и прежде, чем я мысленно заорала себе «СТОП!!!», все-таки посмотрели на лицо обладателя столь выдающихся статей. Хотя я и так знала, кого увижу.
– Даже звонить не придется, – низким, пробирающим до костей голосом произнес мой случайный знакомый, упершись руками с внушительными бицепсами в стены неширокого коридора. – Полагаю, адрес из тебя и под пытками не вытащить было бы.
До меня с трудом доходило происходящее, сознание буксовало, отказываясь верить в такую знатную подставу от судьбы. Передо мной стоял Логинов. Голый. Полотенце не считается, оно держалось на честном слове. И он мой сосед. А я пялилась на него, не в силах оторвать взгляд, и по телу блуждали волны мурашек, кровь будоражили странные, непонятные и оттого пугающие эмоции. Стало внезапно жарко, в горле пересохло и жутко захотелось пить, а еще к лицу прилила, казалось, вся кровь, и оно горело, как будто я стояла вплотную к раскочегаренной печке.
– П-привет, – пробормотала я непослушными губами, дала себе мысленный подзатыльник и юркнула к себе, закрыв дверь и прислонившись к ней спиной.
Сердце набатом бухало в груди, в ушах тихонечко звенело, пульс зашкаливал, а перед глазами стояло только что увиденное. Обнаженный торс Логинова с драконьей головой. И его ухмылка, от которой слабели коленки. И взгляд… Черт возьми! Он мой сосед. Я тихо сползла на пол, и, признаться, мелькнула малодушная мыслишка собрать вещи и подыскать себе другой дом.
– Не дури, а, – фыркнула я под нос, кое-как поднялась и сделала несколько глубоких вдохов, унимая распоясавшиеся эмоции.
Нет, я не первый раз вижу голых мужчин, в конце концов, в школе не раз на той же физкультуре одноклассники не смущались заниматься в одних шортах. На сборах тоже летом футболками не заморачивались. С какой радости меня сейчас так шибануло?! Но, черт возьми, Логинов в самом деле был хорош, мои однокашники с ним и рядом не стояли. Пацаны же, хоть и хорошо сложенные. А тут – мужчина, взрослый, опытный… Знающий, чего хочет… От раздавшегося стука я едва не подскочила на метр, резко развернулась и испуганно уставилась на дверь. Так, стоп, Элис, отставить панику. Никогда мы не бегали от трудностей и не прятались, и трусостью не страдали. Ну сосед, ну и что? Всего лишь поставлю защелку на дверь и простенькую сигналку, и можно еще для надежности ведро над дверью на ночь. Последняя мысль вызвала нервный смешок: картинка мокрого Логинова в облепившей торс влажной футболке вызвала волну горячей дрожи, и я поспешно отогнала ее. Эмоции, стоп.
Тряхнула головой, подошла к двери и резко распахнула.
– Что? – коротко спросила, храбро взглянув в янтарные глаза, сейчас похожие на колодцы с жидким золотом.
– Про платье или хотя бы юбку помнишь? – Логинов выгнул бровь, опершись на косяк, а я с трудом уговаривала себя смотреть только на его лицо и не опускаться ниже.
Можно было повредничать, конечно, и влезть в любимые шорты и рубашку, но… Детская выходка какая-то. Нарваться на очередную ехидную реплику или тем более спровоцировать Логинова на что-нибудь опасное. Я не сомневалась, что ему хватит наглости вытряхнуть меня из этих шорт и заодно таки выяснить, какое белье я предпочитаю. Поэтому изобразила на лице непринужденную улыбку и кивнула:
– Провалами в памяти не страдаю, – после чего захлопнула перед ним дверь и длинно выдохнула.
Так. Душ, перехватить что-нибудь на кухне и успокоиться. Отличный план. Главное, не наткнуться на Логинова снова. Господи… Ни один мужчина за пять лет не вызывал во мне таких бурных эмоций, как он, и это несказанно пугало и нервировало. Даже к Антоше, чтоб ему хорошо жилось, болезному, не испытывала ничего похожего. Удивительно, но впервые за все время мысль о бывшем женихе не вызвала ничего, кроме пренебрежения. Выздоравливаю? Или это убойная сила обаяния Логинова не терпит соперников даже в мыслях?
Хмыкнула, передернула плечами и прихватила полотенце с халатом. Обаяние там или нет, но ничего лишнего я ему не позволю, что бы он там ни надумал.

Глава 4

В душ я пробиралась как заправский партизан, на цыпочках и не сводя настороженного взгляда с двери соседа. За ней царила тишина, к моему облегчению. Юркнув в ванную, с наслаждением там плескалась, смывая соль и на время выкинув Логинова из головы, потом вытерлась, завернулась в халат и рысью вернулась к себе. Достала из сумки сарафан, встряхнула, окинув его критичным взглядом. На тонких лямках, с открытой до середины спиной, плотным верхом и летящей юбкой до колена, в бледно-оранжевый мелкий цветок. Пойдет. Тряхнула влажными волосами, покосилась на фен, потом поймала в зеркале свой беспокойный и взволнованный взгляд и громко фыркнула.
Я пять лет не ходила на свидания и буду еще для какого-то полузнакомого наглого типа прихорашиваться? Так высохнут, полотенцем только пройдусь. Одевалась быстро, стараясь лишний раз не думать, как отреагирует Логинов на мое появление, настраивала себя на нейтральный лад и придумывала темы для разговоров кроме расследования. Конечно, очень хотелось выспросить Романа, что он днем узнал по поводу смерти того мотоциклиста, Дмитрия, но мне хватило ума понять, что Логинов вряд ли подержит такой разговор. Скорее, про меня начнет выспрашивать… Значит, надо заранее обдумать, куда сворачивать разговор с неприятной темы.
Закончив с одеждой, глянула на себя в зеркало. Всего лишь на мгновение там, в зазеркалье, мелькнуло отражение той девушки, которую я оставила пять лет назад в роскошном особняке… Зажмурилась и отвернулась, отодвинув болезненные воспоминания. Пусть там и остается, по ту сторону стекла, а у меня другая жизнь, и я другой стала. Черт, я пять лет не ощущала себя девушкой и сейчас чувствовала себя все-таки не слишком уверенно. Напарница, ведьма, следователь, дружбан по попойкам, кто угодно, но не девушка в платье.
– Так, подруга, берем себя в руки, и вперед и с песней, – ободряюще пробормотала себе, прихватила рюкзачок, сунула ноги в балетки и вышла из комнаты, не оставив себе больше ни минуты на малодушие.
Стучаться не стала, решила подождать внизу, только не угадала: Логинов уже был готов и стоял у окна, скрестив руки на груди. Светлые брюки, рубашка с коротким рукавом и расстегнутым воротом и довольная ухмылка на физиономии.
– Привет еще раз, – преувеличенно бодро поздоровалась я и помахала ладонью, спускаясь по лестнице.
– Привет, привет, – протянул Логинов, и очень некстати я посмотрела ему в глаза.
И замерла, едва не споткнувшись, тело облила волна жара, и в горле стало сухо. В янтарной глубине горело неприкрытое восхищение, там плавали настоящие сгустки огня, и мои нервы натянулись и задрожали от неясного предчувствия.
– А платья тебе идут, между прочим, – мягко вплелся в мои сумбурные эмоции голос Логинова, и я, вздрогнув, очнулась от наваждения.
Мелькнула обреченная мысль, что мои надежды на просто дружбу вряд ли оправдаются, но я упрямо дала ей пинка. С независимым видом дернув плечом и отведя взгляд, обронила:
– Спасибо. Поехали?
Логинов хмыкнул, окинул меня еще одним волнующим взглядом и открыл передо мной дверь. Выходя во двор, я была уверена, что кое-кто воспользовался джентльменским воспитанием и совсем не по-благородному пялился на мои ноги и то, что повыше. Хотя видел же меня в шортах уже в баре! Я невольно ускорила шаг, подходя к машине, и заставила себя разжать пальцы, собственное волнение вызывало глухое раздражение и беспокойство. Что было такого в этом мужчине, что мои эмоции сошли с ума и как с цепи сорвались, перестав поддаваться контролю?! Мы знакомы всего один день! Мигнула сигнализация, я забралась вперед, глядя перед собой и глубоко дыша. Логинов занял место за рулем и выехал со двора.
– Ты ведь хорошо знаешь окрестности Мирстона? – завела я разговор, и даже голос не дрожал, к моему удовлетворению.
Волнение удалось загнать в глубину души и более-менее успокоиться. Только бы еще не отвлекаться на исходивший от Логинова бодрящий аромат можжевельника и лаванды…
– Неплохо, – согласился он. – А что?
– Куда посоветуешь поехать, какие тут достопримечательности есть? – Вполне нейтральная тема, тем более я действительно собиралась посмотреть интересности, не все же в Мирстоне торчать.
– Много всего, только добираться до большинства мест надо на машине, – весело отозвался Роман. – Трассы туда не проложены. На Западном берегу есть пара дворцов прошлых правителей, туда автобусы ездят, ну а в основном – пещеры, древние города, горячие источники, заповедники – все раскидано по лесам и горам. Могу провезти, показать, рассказать, что знаю, – ожидаемо последовало предложение. – Я в этих местах много раз был.
Я уже открыла рот, чтобы вежливо отказаться, – ну, возьму организованную экскурсию, хотя не слишком любила шататься с толпами туристов, когда Логинов с отчетливой иронией добавил:
– Или боишься?
Пожала плечами, глядя на дорогу.
– Нет. Посмотрим, – уклончиво ответила, стараясь не коситься на него.
– Ты надолго в Мирстоне? Тут через неделю фестиваль реконструкторов, очень рекомендую, меня друзья зовут, – продолжил Логинов. – Можем и туда заехать.
Резвый такой, и почему меня тянет согласиться?!
– А как же расследование? – не удержалась от ехидного замечания. – У тебя же работа. Тут маньяк какой-то бегает, людей убивает, между прочим.
– Ну так будут факты, ниточки, будет и работа, – невозмутимо откликнулся он. – А изображать видимость бурной деятельности не в моих правилах. Вообще я придерживаюсь правила, что все разговоры о работе – в рабочее время, – с толстым таким намеком произнес Логинов, и я услышала смешок. – Сейчас мы отдыхать едем. Когда у тебя дар активизировался? – неожиданно сменил он тему.
– Пять лет назад. – Я не видела смысла скрывать этот факт. – Два года как работаю оперативником. А у тебя?
Мой собеседник ответил не сразу.
– С рождения, – наконец коротко произнес он, сворачивая на очередном перекрестке.
Я с недоверием уставилась на него.
– Да ладно, а такое бывает? – переспросила, потому что в школе нам как раз говорили, что обычно дар спит и может даже за всю жизнь не дать о себе знать.
– Бывает, Элис, – по губам Логинова скользнула странная задумчивая улыбка, и мои мысли вдруг скакнули.
Перед глазами мелькнула неприличная картинка, как эти полные губы приближаются к моим и накрывают рот… Ч-черт. С какого перепугу я думаю о поцелуях с Логиновым?! Вообще ни в какие ворота не лезет! И не буду вспоминать его обнаженный торс с татуировкой, вот не буду!
– И как, нравится быть ведьмой? – Голос Романа снова стал нормальным, с едва уловимыми насмешливыми нотками.
– Очень, – искренне ответила я.
По крайней мере, жизнь гораздо насыщеннее, чем… до инициации.
– А ты сам откуда? – решила я увести разговор от моей скромной персоны.
– Из маленького городка, название тебе вряд ли знакомо. Так, ну, приехали. – Логинов свернул на парковку, высматривая свободное место.
Выходя из машины и прислушиваясь к шумевшей весельем набережной, я поймала себя на том, что опять начинаю тихонечко волноваться. Заводные южные ритмы будоражили кровь, а к музыке я всегда была неравнодушна, особенно к такой. И будь одна, отдалась бы на волю желаний, но… со мной Логинов. Вспоминая нашу встречу вчера, уверена, сегодня меня ждут парные танцы. Что-то подсказывало, мой спутник очень даже неплохо двигается…
– Ну, пойдем? – ворвался в нервные размышления голос Логинова, и мужчина остановился рядом, с широкой улыбкой посмотрев на меня. – Предлагаю сначала поужинать, а потом найдем местечко повеселее. Как тебе план?
– Поужинать – это хорошо, – согласилась с предложением.
– Есть тут прекрасный морской ресторанчик, у них все свежее и вкусное. – Роман вдруг ухватил меня за руку и уверенно повел за собой, легко пробираясь через толпу гуляющих. – Надеюсь, ты не вегетарианка? – Он оглянулся на меня.
Я же была настолько ошеломлена собственной реакцией на прикосновение, что только кивнула, шагая за ним. Сильные пальцы были теплыми, немного шершавыми, держали аккуратно, но крепко, не давая ладони выскользнуть. И до самого локтя по коже волнами разбегались горячие мурашки, а сердце мячиком скакало в груди, мешая нормально дышать. Н-нет, не надо мне!.. Опомнившись, я дернула руку в попытке высвободить, только Логинов и не думал отпускать, лишь вопросительно покосился, словно не понимая.
– Тут много людей, легко потеряться, – не дав мне ничего сказать, невозмутимо пояснил он.
Пришлось проглотить возражения и надеяться, что ресторан не очень далеко. К моему облегчению, так и оказалось. Мы пришли к заведению с внутренним двориком, где журчал фонтан и стояли столики, заняли одно из немногих оставшихся свободными мест, и к нам тут же подошел официант. Я выбрала креветки на гриле и какой-то легкий салат, Логинов взял себе жареную рыбу и выбрал вино.
– Ты же не против пары бокалов? – уточнил он, и я молча покачала головой.
Когда официант отошел, мой спутник добавил, с прищуром посмотрев на меня:
– Надеюсь, попыток заплатить за себя не будет, да?
Признаться, подобная мысль мелькала. Как-то с друзьями у нас всегда поровну было, когда отправлялись кутить, ну а о свиданиях я уже говорила. Но, наткнувшись на решительный янтарный взгляд, поняла, что мои возражения на этот счет попросту не услышат.
– Поскольку я пригласил, я и развлекаю, – спокойно произнес Роман, откинувшись на спинку стула и усмехнувшись.
– Хорошо, – коротко согласилась я.
За ужином мы почти не разговаривали, поглощенные вкусной едой – креветки в самом деле оказались выше всяких похвал, от них даже еще слабо пахло морем. Ужин и вино благотворно подействовали на меня, напряжение внутри отпустило, правда, ровно до тех пор, пока Логинов не поднялся, протянув мне руку.
– А теперь – танцевать, – с предвкушением произнес он, не сводя с меня взгляда.
Ой. И не отговориться, это я прекрасно понимала, как завороженная глядя в переливавшуюся янтарную глубину глаз Логинова. А самое грустное, что танцевать хотелось, еще как. Огонь в крови требовал выхода, волновался, и мое дыхание стало частым, прерывистым. Видя, что я медлю, Логинов молча выгнул бровь, и пришлось встать и вложить пальцы в его ладонь, и мурашки опять защекотали кожу чуть не до самого плеча.
Эмоции сошли с ума, сознание плавало в тумане, и я лишь краем глаза заметила, что мы вышли из ресторана и направились вперед, откуда доносилась зажигательная музыка. Через несколько минут показалась большая танцплощадка, по периметру которой висели разноцветные фонарики, и народу там было довольно много. Только Логинов ухитрился найти свободный пятачок, развернул к себе, и я оказалась очень близко к нему, а ладонь Романа легла на мою талию. Уверенно и властно, не давая отстраниться, и я лишь судорожно сглотнула, обмирая от пряного волнения, растекшегося по венам.
– Зажжем, Элис? – мягко улыбнулся Логинов.
Снова пришло отчетливое понимание, что просто дружить этот странный мужчина не согласится. А я осознала, что, хотя мы знакомы всего ничего, впервые за очень долгое время мне не хочется оставаться просто друзьями. Испугаться не успела, потому что музыка заиграла снова, и ладонь партнера чуть сместилась на бедро, уверенно направляя и заставляя двигаться. Вторая аккуратно сжала мои пальцы, и выхода у меня не осталось. Тело легко подхватило ритм, глаза тонули в расплавленном янтаре напротив, пульс зашкаливал, а дыхание срывалось. Пять лет я не подпускала к себе близко ни одного мужчину. Пять лет никто не прикасался ко мне… Пусть даже в танце. Шаг, поворот, ладонь скользит вверх по телу, касается спины, и я прогибаюсь, широко распахнув глаза от всплеска эмоций.
Шальной взгляд Логинова, такая же улыбка, его губы очень близко от моих, и я рванулась в сторону, испугавшись того, что может сейчас случиться. Однако мой партнер оказался слишком хорошим танцором, чтобы так просто дать мне уйти. Уверенное движение, и я оказываюсь в кольце рук, крепко прижатая к широкой груди спиной, и горячее дыхание щекочет шею, заставляя дрожать и замирать от смутного предвкушения. В груди гулкая пустота, сердце давно болтается где-то в пятках, а танец продолжается. Заводной, жаркий, игривый, мелодия проникает в каждую клеточку и толкает на маленькие безумства, и сопротивляться ей невозможно. Мой огонь, моя сила не дает мне остаться безучастной и слишком осторожной, прикосновения Логинова, вроде как случайные, оставляют на коже огненные искры. И снова объятия, слишком крепкие для простого танца, и теплые губы невесомо скользят вдоль шеи. Я дернулась, резко повернувшись, и слова вырвались сами:
– Что… ты делаешь?..
А голос уже охрип, и эмоции окончательно вырвались из-под контроля. Место прикосновения горело, до него хотелось дотронуться пальцами, и я не знала, чего сейчас желаю сильнее: удрать подальше или все-таки продолжить… танцевать.
– А на что похоже? – шепнул Логинов прямо в губы, привлекая к себе и наклоняясь совсем низко.
Испуганно вздохнув, я вцепилась в его плечи и отшатнулась, прогнувшись назад, лишь бы избежать… Избежать. Сумасшествие!
– Н-не надо, – беспомощно пробормотала я, послушно откинув голову и прикрыв глаза, перестав понимать себя.
Со мной никогда такого не было, даже с бывшим женихом. Никогда по венам не тек чистый огонь вместо крови только оттого, что рядом мужчина. Страх смешался с волнением в пряный коктейль, туманя разум, тело двигалось словно само по себе, послушно следуя туда, куда направляли руки партнера, и я с растерянностью осознала, что… ловлю кайф. Хмельное удовольствие волной ударило в голову, внутри со звоном распрямилась невидимая пружина, и я сдалась во власть танца, заводных ритмов и Логинова. Прикрыла глаза, полностью переключившись на ощущения, плавясь от прикосновений и впервые за очень долгое время позволив себе расслабиться. И, наверное, именно в этот момент поняла, что значит страсть в танце. Чистая, опьяняющая, горячая. И когда затихли последние аккорды, я не сразу вынырнула из омута удовольствия, смутно осознав, что меня обнимают, я прижата к сильному мужскому телу и, кажется, меня сейчас поцелуют…
Последняя мысль оказалась сродни ледяному душу, глаза сами распахнулись, а ладони уперлись в грудь Логинову. О нет, нет, танцы танцами, но… Я не хочу!
– Рома, а давай дружить? – с нервным смешком выпалила я, напряженная, как струна, не в силах отвести глаза от оранжевых колодцев, наполненных огнем.
Он покачал головой, горячая ладонь медленно провела по спине, заставив беззвучно охнуть.
– Не получится, Элис, – бархатисто произнес Логинов, и я поняла, что попала. – Я не хочу дружить с тобой, Искорка. И я собираюсь поцеловать тебя сегодня… – он сделал выразительную паузу, и я затаила дыхание, не заметив, как смяла его рубашку на груди, – позже. Продолжим? – с предвкушением ухмыльнулся он, выгнув бровь.
И снова музыка, уводящий за собой ритм, умелый партнер, в руках которого я непозволительно расслабилась, несмотря на его провокационные заявления. Мои движения, все более провокационные, дразнящие, замирающее от сладкого ужаса сердце и кружащий голову, упоительный терпкий воздух южной ночи. Время потерялось где-то снаружи, и в какой-то момент ошеломляющее осознание странной свободы, здесь и сейчас, накрыло с головой. Свободы мимолетной, как касание крыла бабочки, и ах, как захотелось вдруг продлить ее… Ровно до тех пор, пока уголка губ не коснулись другие губы, обжигая и возвращая в реальность. Очередная песня закончилась, и я поняла, что пора уходить, иначе… Черт. Срочно надо проветрить голову и вернуть мозги на место! Не нужны мне отношения, мужчины, от них одни беды, и так хорошо!
Я отвернулась и завозилась, настойчиво пытаясь выбраться из рук Логинова.
– Я устала, – пробормотала я и даже не соврала.
Коленки подкашивались, дыхание срывалось, и по телу разливалась предательская слабость. Эмоции никак не хотели успокаиваться, и, кажется, кому-то не помешает ледяной душ… Около уха раздался тихий смешок, и чьи-то слишком наглые пальцы медленно провели по моему плечу, оставляя россыпь обжигающих мурашек, и я нервно дернулась.
– Хорошо, пойдем, поищем местечко поспокойнее, – невозмутимо откликнулся Логинов, отпуская меня, но только затем, чтобы прочно завладеть моей ладонью.
Еще и тихонько погладил большим пальцем, добавив переживаний. Пожалуй, хватит с меня на сегодня волнения, Логинов и так получил больше, чем надо, от этого вечера.
– Лучше домой, – поправила я, глядя в сторону и остро чувствуя на себе его пристальный, чуть насмешливый взгляд.
– Ладно, как скажешь, – к моему слабому удивлению, не стал спорить и уговаривать Логинов.
Мы выбрались из толпы гуляющих, причем он так и держал меня за руку, крепко, но аккуратно, а я слишком была поглощена собственными сумбурными эмоциями, чтобы пытаться высвободиться. От смеси страха и волнения кружилась голова, и в ней не осталось ни единой связной мысли, я даже благополучно позабыла на время о теле, странной смерти мотоциклиста и амулетах с сильритом. Как и об обещанном ритуале по проверке моей крови. Да я вообще не могла думать ни о чем, кроме идущего рядом мужчины, близкое присутствие которого заставляло все волоски на теле вставать дыбом. Ко всему прочему, еще свежи были воспоминания нашего безумного танца… Поймав себя на мысли, что хочу повторить, я едва не споткнулась, поперхнувшись вдохом.
– Все нормально? – Логинов поддержал, и его ладонь моментально оказалась на моей талии.
– Д-да, в порядке, – пробормотала я, поспешно выпрямившись и попытавшись отстраниться.
– Не дергайся, трусиха, – беззлобно проворчал он, лишь крепче обняв. – Если бы тебе не нравилось, не трогал бы.
Я с возмущением, за которым пряталось замешательство, покосилась на него и огрызнулась:
– Ты крайне самоуверенный тип! И с чего вообще взял, что… мне нравится?! И я не трусиха!
Он хмыкнул и одарил веселым взглядом.
– Ты слишком сильно волнуешься, Элис, и смущаешься тоже. Садись. – Ой, оказывается, мы уже пришли к машине и передо мной услужливо распахнули дверь.
Я забралась на сиденье, глубоко вздохнула, сцепив дрожащие пальцы и глядя перед собой. Логинов сел рядом, и мы выехали. Тишина в салоне густела с каждым мгновением, я поймала себя на том, что лихорадочно ищу повод нарушить ее, но он, как назло, не находился. Перед глазами мелькали картинки танца, перемежаясь с воспоминаниями о полуголом соседе, и коктейль в крови лишь становился насыщеннее.
– Знаешь, какой вкус у твоего волнения? – вдруг негромко спросил Роман, и я чуть не подскочила от неожиданности. – Вишня с корицей. А смущение – как лимонный леденец с мятой.
Озадаченно моргнув, уставилась на него с легким недоумением, у меня вырвался смешок.
– Вампир, что ли? Эмоциями питаешься? – ляпнула, пытаясь успокоить скачущее сердце.
– Нет, просто я их очень хорошо чувствую, – ответил Логинов и продолжил чуть тише: – А еще твой страх. Он горчит, как полынь, и обида, вяжущая, как незрелая хурма. Чего ты боишься, Элис? Кто тебя так обидел?
Я прерывисто вздохнула и отвернулась. Запрятанные глубоко в душе переживания вдруг вспыхнули огненным факелом, лизнули изнутри, и пальцы сжались до хруста.
– Неважно, – отрывисто ответила, сглотнув ком в горле.
– После этого твой дар проснулся? – не отставал Логинов.
Вот настырный, а. Мотнула головой, упорно отмалчиваясь.
– Ладно, все равно расскажешь, – уверенно заявил он.
Не дождешься. Это… слишком личное и… Не хочу снова переживать эти воспоминания. И жаловаться на жизнь тоже. Прикусила до боли губу, чувствуя себя странно беззащитной сейчас, в душе все смешалось, и все из-за Логинова! Он заставил меня почувствовать себя по-другому, раскрыться и потерять контроль… И увидел это, меня настоящую, которую я тщательно прятала все эти годы. Черт. Надо срочно переводить тему, пока я тут позорно не разревелась, неизвестно от чего.
– Что это за ритуал по проверке крови? – Голос не слушался и звучал, как чужой, пришлось откашляться. – Когда ты его хочешь провести?
До меня донесся вздох.
– Чем быстрее, тем лучше. Можно даже сегодня. Ночью удобнее, никто не увидит, – тем не менее ответил Логинов. – Если днем, придется искать безлюдное местечко.
– Давай… завтра. – Нет, сегодня мне нужно побыть одной и успокоиться.
– Хорошо, – согласился он.
Остаток пути мы ехали в молчании, и оно уже не было таким напряженным. По-прежнему плотным, я ощущала присутствие Логинова каждой клеточкой, но оно не нервировало. Мы въехали во двор дома – окна оставались темными, либо тетя Варя уже спала, либо еще не вернулась от родственников. Я вышла из машины, не дожидаясь Логинова, быстрым шагом дошла до двери, открыла и переступила порог. И даже успела подняться на второй этаж, когда меня догнали – совершенно бесшумно, между прочим. Талию обвила рука, и около уха раздался вкрадчивый, безумно волнующий голос:
– Убегаешь, Искорка?
Тут же вспомнились его слова там, на танцполе… Я успела только судорожно вздохнуть, как оказалась развернута и прижата к стене, а взметнувшиеся руки Логинов легко поймал и, сжав запястья пальцами одной руки, не дал оттолкнуть его.
– Я же сказал, что поцелую, – хрипло выдохнул он, обжигая расплавленным янтарем взгляда, и я задохнулась от волны странного восторга, смешанного со сладким ужасом.
Тело моментально обмякло, и я не успела ничего ответить: к моим губам прижались мужские, мягкие, теплые и слегка шершавые. М-мамочки!.. Мелькнула глупая и неуместная мысль, что я и целоваться-то толком не умею, Антоша баловал лишь целомудренными и далеко не такими страстными поцелуями, а Логинов… Его язык нежно провел по моему плотно сжатому рту, пощекотал уголки, потом еще раз и еще. Пальцы зарылись в волосы на затылке, начав тихонько поглаживать, и позвоночник расплавился от этой нехитрой ласки, а мышцы превратились в желе. Я беспомощно замерла, млея от происходящего, и сама не заметила, как мой рот приоткрылся под нежным, настойчивым напором.
Это было как нырнуть с высоты: мгновение свободного полета, когда от страха и предвкушения в груди гулкая пустота, а потом… Дыхание Логинова почему-то имело терпкий вкус граната, таявший на языке и заставлявший покоряться. Его губы скользили по моим, язык дразнил, исследуя открывшиеся просторы, а я послушно позволяла ему целовать, утопая в странных, новых и необычных эмоциях… Захотелось вдруг обнять широкие плечи, прильнуть самой, и в какой момент я начала отвечать, даже не поняла. Просто это казалось правильным, логичным, самой прикоснуться к его губам, не задумываясь, откуда такие желания, и тело окатила жаркая волна, дышать стало тяжело, и голова закружилась сильнее. Поцелуй потерял томность, с коротким выдохом Логинов прижал меня сильнее, пальцы аккуратно ухватили пряди на затылке, и я словно ухнула в горячее озеро, плавились уже кости, делая тело податливым, как воск, и страх потерялся в этих захватывающих ощущениях. Опомнилась я, только уловив краем уха тихий, беспомощный всхлип, и поняла, что это мой собственный.
Дернулась, разрывая восхитительное безобразие, уставилась на Логинова шальным взглядом, тяжело дыша, а он, все еще не отпуская меня, медленно улыбнулся и погладил мои дрожащие, припухшие губы большим пальцем, придерживая за подбородок.
– Надо чаще тренироваться, как-то не слишком уверенно у тебя получается, – с тихим смешком произнес он, пока я пыталась вынырнуть из омутов расплавленного золота напротив. – Если хочешь услышать, что я нашел по убийству мотоциклиста, жду утром за завтраком, – хитро прищурился Логинов, и его улыбка стала шире. – Ну или можешь сбежать, конечно, сменить дом и телефон и дальше отдыхать в свое удовольствие. Спокойной ночи, Искорка. – Чмокнув меня в кончик носа, Логинов наконец отпустил, подмигнул напоследок и подошел к своей комнате, пока я пыталась прийти в себя и наскрести силы на шаг к двери. – Только, Элис, – он вдруг стал серьезным, и я невольно затаила дыхание, – я же все равно найду тебя.
После чего сосед скрылся в своей комнате. А я, сглатывая сухим горлом, ввалилась к себе и без сил сползла на пол, прикрыв глаза. Эмоции окончательно сошли с ума, потому что мне одновременно хотелось улыбаться, как идиотке, вспоминая поцелуй, и метаться по комнате, цепенея от страха. Признаться, порыв собрать вещи и свалить с утра пораньше был, конечно. Но вот чего я не делала, так это не бегала от сложностей или не трусила перед проблемами. Логинов словно знал, что сказать напоследок. А его фраза про то, что найдет, вселяла странное чувство предвкушения, от которого в груди воцарялась гулкая пустота. И ведь я знала, что так и сделает, найдет. Черт. Что в нем такого, откуда такая убойная харизма, сопротивляться которой просто нереально?!
Пребывая в растрепанных мыслях, я почти на автомате разделась, умылась и забралась в постель, но сон приходить не желал. Вертелась, вила гнездо из одеяла, становилось то жарко, то, наоборот, зябко. Подушка казалась неудобной, комната – душной, но даже открытая форточка не помогла. Проворочавшись больше часа, я длинно выдохнула, пробормотала раздраженное ругательство и встала. Угрюмо покосилась на стенку, за которой наверняка безмятежно дрых наглый Логинов, завернулась в тонкий халат и тихо вышла из комнаты, спустившись вниз. Может, погуляю полчасика на заднем дворе, проветрюсь, мысли с эмоциями наконец улягутся, и смогу уснуть. По пути через кухню залезла в холодильник, глотнула холодненького сока и вышла на веранду, вдохнув воздуха, напоенного ароматами цветов и моря, и запрокинула голову, разглядывая низкое небо. Крупные звезды перемигивались, похожие на бриллианты, Млечный Путь алмазной крошкой засыпал черный бархат, и казалось, космос неудержимо затягивает.
Я сделала несколько шагов босиком, прямо по мягкой травке, наплевав, что ноги могут испачкаться. Помою потом… Напряжение и впрямь стало отпускать, и его место занимало умиротворение. Южную ночь заполняли звуки: едва слышный шелест волн от близкого моря, стрекот сверчков, иногда долетал отдаленный звук машин. Мелькнула шальная мысль, что надо бы как-нибудь выбраться ночью на берег моря, послушать прибой, помедитировать…
– Что, не спится, Искорка? – раздался вдруг сверху веселый голос, разбивший все очарование летней ночи, и я едва не подпрыгнула от неожиданности.

Глава 5

Конечно, он слышал, как Элис вышла из своей комнаты. И конечно, уснуть он тоже не мог. Господи, да какой сон, когда за стеной такой фейерверк эмоций, что впору захлебнуться?! И совсем не хочется закрываться, а хочется пить, пока перед глазами все не поплывет, и как же хорошо, что он не умеет по-настоящему отбирать эмоции людей… А вот пропускать через себя и наслаждаться – это да, это отличный способ взбодриться.
Логинов встал с кровати и неслышно подошел к окну, открыл его, дожидаясь, пока Элис выйдет во двор. Оперся ладонями на подоконник, и мысли уплыли в сегодняшний вечер, Роман прикрыл глаза, смакуя воспоминания. Как она танцевала, как послушно двигалась в его руках, рассыпая вокруг искры и обдавая апельсиново-коричным с мятными нотками волнением. Радость Элис таяла на языке вкусом дынного сорбета, и чего ему стоило не поцеловать ее прямо там, на танцполе, наплевав на окружающих, одни безымянные боги знают. Даже то, что он узнал днем, когда ездил по лавкам, продающим редкие составляющие для разных зелий и артефактов, отошло на задний план, все мысли Логинова занимала огненная ведьма. А уж поцелуй…
Рома зажмурился и едва не замурлыкал, как большой довольный кот, изнутри донесся отголосок низкого рыка – нет, ему не показалось в прошлый раз, запертый в клетке зверь тоже отзывался на присутствие Элис. Поцелуй хотелось повторить. Вообще не хотелось ее отпускать сегодня, но – надо было. Она слишком пугливая, и если Логинов хотел двигаться дальше в отношениях с Элис, то для начала стоило добраться до истоков ее страха. И обиды тоже. Мужчина чуть нахмурился, внутри заворочалось недовольство. Обидчика хотелось найти и как следует навалять, потому что из-за него Элис была похожа на пугливого ежа, при малейшей попытке сблизиться выставляла колючки. Логинову это категорически не нравилось, ему не хотелось ощущать перечную горечь страха. Вишня с корицей и малина в сливках куда лучше.
Со двора донесся тихий звук, и Роман вынырнул из мечтаний, найдя взглядом светлую фигурку в тонком халате, замершую посреди двора. Невольно залюбовался запрокинутым лицом, сейчас расслабленным и умиротворенным, и взгляд задержался на губах Элис. Интересно, она отвечала так неуверенно из осторожности или в самом деле имела не слишком много опыта? Вопрос интересный, кстати. И Логинов, поддавшись шальному, хулиганскому настроению, широко улыбнулся и весело поинтересовался:
– Что, не спится, Искорка?
Прозвище ей очень подходило. Но вот ответа девушки он не дождался…

Мое сердце скакнуло к горлу, и на несколько мгновений дар речи изменил, я только и могла возмущенно открыть рот, уставившись на полуголого Логинова, выглядывавшего из окна. Хоть бы футболку надел, что ли! Широкие плечи с бицепсами и татуировку я отлично разглядела… А вот дальше стало не до разговоров. В спину словно морозом дыхнуло, я резко развернулась, выставив перед собой ладони и обшаривая настороженным взглядом темный двор, сразу переставший быть безопасным и уютным. Острое ощущение чужого присутствия, опасного присутствия, включило рефлексы, и прежде, чем успела понять, что делаю, я встряхнула кистями, и сила, отзываясь, мягко толкнулась изнутри горячими лапами. В дальнем углу у кустов мелькнула смазанная тень, и оттуда в мою сторону полетел рой светлячков, оставляя за собой светящиеся нити. Очень быстро полетел, времени на раздумья и попытки распознать магию не оставалось.
В пальцах моментально оказался мой любимый огненный хлыст, но воспользоваться им я не успела.
– В сторону! – рыкнули за моей спиной, и чья-то рука дернула за плечо, отодвигая назад.
Логинов сделал плавное круговое движение ладонями перед собой, воздух пошел рябью, и светлячки завязли в нем, мигнули и исчезли, а нити рассыпались искрами, быстро потухшими, даже не долетев до травы. До меня донеслось досадливое шипение, и тут же по земле зазмеились зеленоватые молнии, с непостижимой скоростью приближаясь к Логинову. А я снова заметила движение впереди, в густой тени. Не сомневаясь, что сосед справится, заодно отвлекая, я шагнула из-за его широкой спины и, пригнувшись, выбросила вперед руку с хлыстом, намереваясь зацепить ноги нападавшего и стреножить его. Только вот не ожидала, что таинственный нападавший без всякого страха ухватит мой хлыст прямо голыми руками и…
Рывок, мой хлыст зашипел, как будто в воду попал, и натянулся, а потом по нему прошла судорога, до самых моих пальцев. Меня как током ударило, я не удержала болезненного вскрика и пошатнулась, тряся обожженной рукой. Перед глазами поплыли разноцветные круги, краем уха услышала ругательство Логинова, шорох впереди, и мою талию обвила крепкая рука, прижимая к обнаженному телу.
– Цела? – хмуро поинтересовался он, и его пальцы крепко ухватили меня за подбородок, вынуждая смотреть на него.
Я, пытаясь отдышаться, не слишком уверенно кивнула – пальцы все еще чувствительно покалывало, а из тела не уходила противная слабость, от которой подгибались колени. Во рту пересохло, и от мыслей о прохладном соке я едва не закашлялась, язык превратился в кусок наждачной бумаги. От Логинова донесся вздох, а в следующий момент земля ушла из-под ног, я испуганно поперхнулась воздухом и… оказалась на руках соседа. Сознание моментально прояснилось, перед глазами перестали плавать круги, и я попыталась возмутиться.
– Да нормально все со мной, поставь… – начала было, но не закончила.
– Молчи, воительница, – фыркнул Роман, направляясь в дом, и в темноте блеснули его глаза.
Мне даже показалось, они отливали старым золотом, как у кошки.
– Ты зачем полезла, когда я сказал тебе отойти? – недовольно поинтересовался Логинов, неся меня дальше в дом, к лестнице. – Погеройствовать захотелось?
Я скрестила руки на груди – в том числе и потому, что вредные конечности так и тянуло обвиться вокруг мощной шеи, конечно, чтобы крепче держаться, – и поджала губы.
– При чем здесь это? – буркнула так же недовольно. – Я помочь хотела, поймать его!
– Не зная сил противника? – теперь в фырчании Логинова слышалась откровенная насмешка. – Элька, тебя чему в школе учили, а?
– Уж не тому, что есть умельцы, могущие схватиться голыми руками за огненный хлыст! – огрызнулась немного обиженно. – Против чистой стихии можно только артефактами да талисманами защититься, но не хватать так, будто это простая веревка! Я хотела, пока ты его отвлекал, стреножить и поймать! Или хотя бы лишить концентрации, – чуть тише добавила, упорно не сводя взгляда со своих коленок – обнаженный торс в такой непосредственной близости отодвинул случившееся на задний план, и зашевелилось волнение, обдавая жарким ветерком изнутри. – Кто это вообще был такой?
Логинов уже поднимался по ступенькам на второй этаж, но откладывать разговор на утро не хотелось. Всплеск адреналина окончательно прогнал сон, и до утра мое любопытство точно не выдержит, сожрет заживо и косточек не оставит.
– Охотник за сильритом, – невозмутимо откликнулся сосед. – Или за тем, кого этот сильрит притянул. – И мне достался пристальный взгляд. – Завтра ночью проверим твою кровь, – решительно произнес Логинов и… прошел мимо моей двери.
– Эй, мне сюда! – всполошилась я и завозилась в его руках, попытавшись высвободиться, сердце заметалось в груди испуганной птицей.
Это что это он удумал такое?! И вообще, на нем одни трусы, он почти голый, а… а я… Не хочу, вот! Этот же гад, не обратив на мои попытки никакого внимания, лишь крепче прижал к себе и ногой открыл дверь к себе, занося меня внутрь.
– Значит, так, Искорка, пока не поймаем этого умника, я тебя из виду не выпущу, поняла? – заявил категорично Логинов и поставил меня наконец на пол, только вот обе его руки лежали на моей талии, не давая никуда дернуться. И вообще, сам он стоял слишком близко… – Полагаться на всякие охранные амулеты и защитную магию можно только в том случае, если в предполагаемых злодеях не ходит сбрендивший маньяк, проводящий кровавые ритуалы и ищущий для них подходящие жертвы. Поэтому спать будешь здесь, рядом со мной, – непререкаемым тоном закончил он и строго посмотрел на меня. – Возражения не принимаются.
Я задохнулась от терпкой смеси возмущения и нервного волнения, уставившись на него круглыми глазами.
– Что-о?! – высоким голосом возопила, мимолетно порадовавшись, что хозяйки нет дома и мы не разбудим ее воплями. – Логинов, да ты охренел?..
Продолжить мне не дал прижатый к моим губам палец.
– Не ори, – спокойно оборвал мои излияния сосед. – Во-первых, я не имею привычки насиловать девиц, если ты беспокоишься о своей чести. – Он вдруг усмехнулся. – Во-вторых, у меня под боком – самое безопасное место в этом доме. Наш приятель теперь знает, что из нас двоих я опаснее, чем ты. И даже если он вдруг ухитрится залезть в твою комнату, парня ждет большой облом и парочка неприятных сюрпризов, которые я там оставлю.
В принципе он говорил дельные мысли, если убрать эмоции и включить разум. Но в том-то и дело, что эмоции категорически не хотели уступать место логике и устроили бунт на корабле, беспорядочно толкаясь и сбивая дыхание… А Логинов еще добавил переживаний, наклонившись почти к самому моему лицу и так и не убирая пальца от губ.
– Но вести себя прилично не обещаю, – честно признался он, и по телу от этих откровенных слов неожиданно прошла горячая дрожь странного предвкушения. – Я все-таки мужчина, а ты – очень симпатичная девчонка, к которой меня тянет со страшной силой.
Вот такого признания я точно не ожидала в конце этой сумасшедшей ночи. И кажется, оно послужило последней каплей. Из меня как воздух выпустили, навалилась усталость, и бодаться не осталось больше сил. Адреналин схлынул, и вот теперь очень вовремя подкралась сонливость, я хотела только лечь, свернуться калачиком и уснуть. Все разговоры, объяснения и предположения – утром, когда высплюсь и хоть немного приду в себя после ночного нападения. Длинно вздохнув, я прикрыла глаза и чуть отстранилась, пробормотав:
– Надеюсь, хотя бы этой ночью, точнее, за ее остаток, ты дашь мне поспать, защитничек? – последнее слово само вышло язвительное, на это силы еще нашлись.
Логинов хмыкнул, развернул меня и подтолкнул к широкой кровати, стоявшей в углу.
– Ложись, я пока охраной займусь, – скомандовал он, и я едва удержалась от очередной шпильки на тему «есть, сэр».
Халат, естественно, снимать не стала – под ним у меня только трусики, в такой жаре спать в ночнушке, даже самой открытой и легкой, глупость несусветная. Но ввиду непредвиденных обстоятельств придется пересмотреть свои взгляды и завтра навестить ближайший торговый центр, разжиться какой-нибудь пижамой с шортами и маечкой. Я заползла под простыню, игравшую роль одеяла, устроилась с самого краешка, подтянув колени к подбородку, и благополучно провалилась в крепкий сон, даже не услышав, как вернулся Логинов. Может, и к лучшему.

Мое пробуждение поутру не ознаменовалось никакими внезапными событиями, к моему облегчению. Проснулась я одна в широкой кровати. Хотя смутно помню, что, кажется, ко мне совершенно наглым образом прижималось чье-то горячее и тяжелое тело… Открыв глаза, сначала не поняла, почему не в своей комнате, но тут же нахлынули воспоминания о прошедшей ночи, и я резко села в кровати, ошалело оглядываясь. Примятая подушка говорила о том, что Логинов недавно лежал тут, но уже ушел. Ладно, помнится, был намек на интересный разговор за завтраком? Я встала и решительно направилась к себе в комнату, умываться, переодеваться и приводить себя в порядок.
Эмоции, слава богу, улеглись, лишь иногда при воспоминании о поцелуе волнение щекотало изнутри легкими пузырьками. Строго шикнув на себя, я надела шорты и футболку и спустилась вниз. С кухни доносилось шкворчание, долетали запахи чего-то жареного, и желудок откликнулся голодным урчанием, ноги сами ускорились на запах съестного. Логинов обнаружился у плиты, в фартуке и джинсовых шортах с обтрепанными штанинами. Я замерла на пороге, чувствуя, как нервно заколотилось сердце, не в силах отвести взгляда от мужчины. Он что-то мурлыкал под нос, трогая лопаткой сосиски на сковороде, и ничуть не выглядел грозным магом, а… таким домашним и милым. На столе уже стояли чашки, тарелка с хлебом, колбасой и сыром, масленка, банка растворимого кофе и упаковка с пакетиками чая. Из распахнутой двери виднелась веранда, накрытая кружевной тенью от винограда. Мирная, уютная картина…
Я успела сглотнуть вязкую слюну, накатившая непонятная тоска застала меня врасплох, почти так же, как в мой первый вечер здесь, когда тетка Варя кормила меня ужином. К счастью, Логинов заметил мое присутствие и повернул голову, одарив веселым и отчего-то довольным взглядом.
– Проснулась? Утречка, – бодро поздоровался он. – Как отдохнула, выспалась?
– Да, спасибо, – сдержанно поблагодарила я, избавившись от наваждения и поспешив подойти к столу и занять руки делом.
Пакетик в чашку, кипяток, сахар.
– К яичнице с сосисками как относишься? – не отставал сосед.
Сморщив нос, покачала головой и цапнула кусок белого хлеба и сыр.
– Предпочитаю гренки с сыром, – ляпнула, а потом запоздало осознала, что выдала этому хитрецу стратегическую информацию.
– О, буду знать, – раздался его голос.
Я дернула плечом, упорно запрещая себе коситься на крепкий зад, обтянутый выцветшей джинсой, а заодно и на спину с мощными мышцами, выступавшими красивым рельефом. Сделала чай, пару бутербродов и уселась за стол, терпеливо дожидаясь, пока Логинов приготовит себе завтрак. Наконец сосед устроился напротив, одарил веселым взглядом и принялся за мегаяичницу-глазунью из пяти яиц и минимум полпачки сосисок.
– Итак, – начал он немного невнятно, активно работая челюстями и взмахнув вилкой. – Как и обещал, делюсь сведениями. Вчера проверил лавочки, торгующие измельченным корнем орхидеи «Ночная бабочка». Слышала про такую? – осведомился он у меня.
– Нет, – мотнула я головой, прихлебывая чай.
– Это редкий и дорогой компонент, растет только тут, распускается ночью, поэтому найти трудно. Причем в неволе не растет, – пояснил Роман, налегая на яичницу. – Поэтому я и решил, что если кто-то покупал сей продукт, то его обязательно запомнили. И похоже, действовал правильно, потому что в одной из лавок хозяина не обнаружилось, несмотря на рабочий день, и ни записки, ни предупреждения. Попросил Михалыча проверить квартиру и возможные места обитания, как что обнаружит, если обнаружит, сразу позвонит. Подозреваю, владельца лавки в живых уже нет. – Логинов вздохнул и покачал головой. – И вполне возможно, труп или очень хорошо спрятан, или вовсе уничтожен.
– М-м-м, угу, – кивнула я и потянулась за следующим куском хлеба. – А зачем вообще было убивать этого парня на байке? – Я пожала плечами, радуясь нашему нейтральному разговору.
– Затем, Элис, чтобы мы не узнали, где он нашел сильрит. – Логинов поднял вилку и одарил меня пристальным взглядом. – Из этого вытекает, что сей индивид следил за убиенным Дмитрием, и видел вас в том кафе, и заметил, как ты подобрала камешек.
Я помолчала, нахмурившись и обдумывая выводы. Логично, в общем.
– А почему просто убил, а не ритуально? – дотошно поинтересовалась, зацепившись за несостыковку.
– Подозреваю, потому что время было неподходящее для следующего ритуала, а рисковать и дожидаться нужного парень не захотел, – пожал плечами Логинов. – Я послал запрос по запрещенным ритуалам, если у них что-то найдется, мне вышлют, проверим мою догадку.
Мое чутье тут же сделало стойку, я прищурилась и глянула на собеседника.
– И куда это ты послал такой запрос интересный? – настороженно переспросила, дожевывая кусок бутерброда.
Роман ухмыльнулся и подмигнул.
– Куда надо, у меня обширные связи, Искорка, – невозмутимо откликнулся он. – В общем, наш маньяк-ритуальщик в курсе, что сильрит ты забрала, по нему и вышел ночью и попытался забрать тебя и камешек. Но не думал, что наткнется на мага-универсала, – с явным снисхождением и превосходством добавил Логинов. – Я утром прогулялся по участку, оставил кое-какие сюрпризы, так что вряд ли в ближайшее время он сюда сунется. – Тут сосед стал серьезным, и я невольно внутренне подобралась, пятой точкой чуя подвох. – Только все равно я не хочу рисковать и выпускать тебя из поля зрения, Элис. Поэтому радуйся, будешь принимать непосредственное участие в расследовании, – снова усмехнулся Логинов. – И ходить везде со мной.
– Что, даже в туалет? – не могла не съехидничать я, нарушив торжественность момента.
Светлая с отливом в рыжину бровь поднялась, меня смерили выразительным взглядом.
– Клозет буду осматривать на предмет неприятных сюрпризов, – не поддался на провокацию Логинов.
– Как он вчера сумел избежать ожогов от моего хлыста? – задумчиво протянула я, вспоминая ночное нападение. – Неужели даже частично проведенный ритуал дает ему такую силу? – невольно поежилась, по спине пробежал холодок. – Противостоять стихийной магии?
– Возможно, – так же задумчиво отозвался Логинов, расправляясь с остатками яичницы и сосисок.
И тут я вспомнила еще кое-что.
– Он сумел почувствовать сильрит, – негромко произнесла я, и это был не вопрос. – И получается, ты тоже можешь его чувствовать, так? Я помню, что говорил Зенгар, – добавила, поймав мгновенно ставший настороженным взгляд Логинова. – Он сказал, этот маньяк такой же, как ты. Что это значит? Дело в драконьей крови, да? А почему тогда для меня сильрит просто камень? Или дело в концентрации?
Мой собеседник вдруг весело рассмеялся, откинув голову. Мельком покосилась на татуировку, и мне почему-то показалось, что драконья морда тоже скалится в ухмылке.
– Где у тебя кнопка выключения, Элис? – хмыкнул Логинов, успокоившись. – Ты прямо генератор правильных мыслей. Да, я могу ощущать сильрит, – уже спокойнее ответил он на один из моих вопросов. – И да, это связано с драконьей кровью. Больше пока не скажу, – неожиданно произнес он, и я едва сдержала разочарованный возглас, словно с размаху наткнувшись на невидимую стену.
– Почему? – вырвалось у меня слишком расстроенно, и я с досадой поджала губы.
– Это не самое безопасное знание, Элис, – обронил Роман и отодвинул пустую тарелку, принявшись за кофе. – Так что оставим тему. О наших дальнейших планах не хочешь узнать? – непринужденно осведомился он, с легкой улыбкой глядя на меня.
Наших, угу. Но черт возьми, приятно звучало! Мое любопытство было довольно и счастливо, да. Нас берут на расследование! И снова от Логинова донесся смешок.
– Одно удовольствие наблюдать за тобой и твоими эмоциями, Искорка. Они такие яркие и вкусные… Ты как к природе относишься? – резко сменил он тему, не дав мне возможности высказаться на его заявление.
Я моргнула, слегка растерявшись от вопроса.
– В каком смысле? – осторожно уточнила, не торопясь отвечать.
– Ну, помнится, ты хотела посмотреть окрестности Мирстона? – хитро прищурился Логинов. – Я хочу найти, где тут сильрит лежит, и прогуляться к этим местам, вдруг что-нибудь интересное обнаружу. Цикады, палатка, спальник, романтика гречки с тушенкой и кустиков в качестве туалета – как тебе, а? По-моему, отличный план. – Откинувшись на спинку стула, он подмигнул, и его усмешка стала такой широкой, что угрожала сойтись на затылке, а в янтарных глазах замерцал огонек предвкушения.
Признаться, я подумала, что он шутит.
– А зачем палатка? – наивно удивилась. – У тебя же машина есть.
– Элис, далеко не везде есть дороги, – хмыкнул Логинов. – Значит, согласна? Отлично, у меня палатка большая, поместимся. Спальник и пенку купим, кеды или кроссовки удобные есть? – перешел на деловой тон мой сосед, и я с тихим ужасом поняла, что он не шутит.
Нет, природу я как раз любила, сколько раз выбирались на озеро и шашлыки с одноклассниками и потом коллегами. Ночевка в спартанских условиях и еда на костре меня не пугали. А вот перспектива остаться с Логиновым наедине, в лесу, пугала гораздо сильнее.
– Я так понимаю, это предложение, от которого я не смогу отказаться? – хмуро поинтересовалась, стараясь поглубже спрятать возрастающую нервозность и невесть откуда вылезшее волнение.
Логинов одобрительно поднял большой палец.
– Не сомневался в твоей сообразительности, Искорка, – невозмутимо отозвался он. – Заодно, кстати, проведем ритуал спокойно и проверим твою кровь.
Убойный аргумент, ага. А на пляже ночью этого ну никак не сделать…
– Так! – Мой сосед отодвинул пустую тарелку и хлопнул в ладоши. – Ну, приступим. Сначала посмотрим, где нам сильрит искать…
Договорить он не успел – зазвонил его телефон. Достав трубку и бросив на меня взгляд, Логинов ответил:
– Да, Михалыч! Проверили? И что?.. М-м, ага… Да, понял, – в его голосе послышалась легкая досада. – Так, ладно. Если найдете кровь, волосы, маякни. Я на пару дней из города уеду, проверю кое-что по нашей мумии и маньяку. Все, договорились. – Он отключился и вздохнул. – Как я и думал, владельца лавки не нашли ни дома, ни у родственников. Никто его не видел уже несколько дней. Полагаю, эта ниточка оборвана.
– Ты не сказал о нападении сегодня ночью? – заметила я.
Логинов пожал плечами и поднялся, собирая со стола посуду.
– А смысл? Михалыч все равно не поймает его, даже если посадит здесь в засаде патруль. Во всем, что касается магии, эксперт я. – Роман хмыкнул и отошел к раковине. – Так что едем за сильритом.
– Почему ты думаешь, что мы там что-нибудь найдем? – Я нахмурилась, водя пальцем по скатерти и пытаясь прогнать вредную мыслишку, что Логинов просто пользуется удачным предлогом, чтобы осуществить свои намерения в отношении меня.
Кстати, какие? Просто соблазнить?
– Считай, интуиция. Сильрит абы где не валяется, Элис, и обычно это места, не особо посещаемые туристами, да и местные забредают случайно. – Голос Логинова приобрел задумчивые интонации. – «Драконьи слезы» находят в особых местах, древних и имеющих силу. Вот я и хочу посмотреть, где этот Дмитрий нашел амулет и есть ли там еще что-то подобное.
– А Белая пещера? Помнишь, Зенгар говорил? Может, заодно и ее попробуем найти? – Я уже смирилась с мыслью, что ближайшие пару-тройку дней придется провести в компании Логинова.
Все равно деваться некуда, толку истерить, шипеть и сыпать искрами, как хвоя в огне.
– Тут не все так просто. – Сосед закрыл воду и повернулся ко мне, опершись на край стола. – Я проверил по Сети, в окрестностях Мирстона четыре штуки таких, которые подходят по названию. Ты же не думаешь, что все будет так просто, и Зенгар говорил именно о Белой пещере? Такой тут нет, – хмыкнул Логинов. – Это иносказание. Есть Мраморная, Меловая, гроты Черепов и Костяной. Мрамор белый, мел тоже, черепа и кости соответственно. Так что сначала попробуем найти что-нибудь интересное там, где лежит сильрит, а потом пройдемся по пещерам. Как раз, думаю, по моему запросу придет ответ насчет подходящих для ритуала дней. Ну что, ты готова ехать? – резко сменил тему Роман, сняв фартук и снова страшно смущая меня голым татуированным и мускулистым торсом. – Сначала по магазинам, купим все нужное, потом определимся, куда дальше.
Поднимаясь к себе за рюкзаком и обувью, я поймала странное ощущение. Если не считать, что Логинов волновал меня как мужчина, то… мне было комфортно с ним. И работать тоже. И теперь к остальному вороху эмоций примешивались азарт и нетерпение. Если не вспоминать вчерашний поцелуй. Тряхнув головой, я дала пинка назойливым картинкам, погрозила пальцем робкому желанию повторить, подхватила рюкзак с кошельком и ключами и вернулась вниз. Слава богу, Логинов уже футболку натянул, к моей тихой радости и смутной досаде.
– Может, даже успеем искупнуться перед выходом, – обронил сосед, открывая передо мной дверь внедорожника. – Кстати, купальник захвати, тут много горных речек, и в некоторых пещерах есть подземные озера.
Черт. Как заманчиво звучало… Я соскучилась по природе, это верно, а в окрестностях Мирстона в самом деле было множество красивых мест, я фотки в Сети видела. И не думать, не думать, насколько все это похоже на… романтическую прогулку! Хорошо, поездка за покупками отвлекла от нервных мыслей. Роман категорично заявил, что все расходы берет на себя, ну а я могу купить что-нибудь из личных предпочтений, так и быть. Посмотрите, какой воспитанный, спасу нет. Уложились мы в два часа, в ближайшем к нам торговом центре нашлось все, что нужно для похода. Логинов даже мяса купил, авторитетно заявив, что поход без шашлыков – не поход. Купил с потрохами, шашлыки я обожала, и уже страстно хотелось оказаться у костра, вдыхать вкусный аромат жарящегося мяса и наслаждаться тишиной и природой…
Углубившись в мысли о предстоящем походе, я даже не заметила, как мы приехали. Нагруженный пакетами Логинов пошел на кухню, убрал продукты в холодильник и, ухватив меня за руку, направился к лестнице.
– Сейчас посмотрим, куда выдвигаемся, а потом займемся мясом, – обозначил он наши ближайшие планы.
А я вдруг поняла, что выдергивать пальцы не так уж и хочется. И страх затаился в самой глубине, почти не отсвечивая, и то волнение, которое рождалось рядом с Логиновым, очень даже приятно, и от него губы сами разъезжаются в улыбке… Пока я пыталась понять, что со мной происходит, мы уже пришли к комнате Логинова и даже зашли в нее. Меня усадили на стул у окна, сосед расстелил обычную бумажную карту на столе и положил на нее амулет и камешек. Последний Роман подвинул ко мне.
– Подержи пока, – коротко попросил он, потом бросил на меня пристальный взгляд. – Надеюсь, крови не боишься? – задал Логинов странный вопрос.
Мои брови поднялись, я насмешливо хмыкнула.
– Я за два года всякого насмотрелась, психика крепкая, – заверила его и тут же спросила: – А что? Будешь устраивать жертвоприношение?
– Не совсем, – вздохнул он и достал из кармана обычный многофункциональный складной нож. – Но близко к этому.
После чего сжал одну ладонь в кулак и резко провел лезвием по запястью… Я подавилась воздухом, застыла на стуле, сердце скакнуло к горлу. Логинов же с невозмутимым лицом отложил нож и взял амулет, подставив под густую бордовую струйку, потянувшуюся от пореза вниз. Мои пальцы вцепились в край стола, а взгляд не мог оторваться от происходившего… Кровь, едва достигнув сильрита, вдруг вспыхнула золотистым, превратилась в огненную нить, накрывшую камень, и он начал плавиться. Я не верила собственным глазам, от удивления распахнув рот, воздух, казалось, начал тихонечко звенеть от разлившейся в нем магии. Аж виски заломило, и татушка на плече обожгла, я аж дернулась.
– Ты в норме? – коротко спросил Роман, на его лице не дрогнул ни один мускул, словно это в порядке вещей, когда собственная кровь превращается в огонь.
Господи, да кто он такой?! Или маги-универсалы все такие, с особенностями?
– Ага, – пробормотала я, сглотнув вязкий ком. – И… что дальше? – кивнула на остатки амулета в руке Логинова.
– Ищем место, – отозвался он и медленно повел раненой рукой над картой.
От моей находки остались только осколки, а сам камень растворился без следа. Самое интересное и, чего уж, пугающее, что огненная нить, в которую превратилась струйка крови соседа, не обрывалась и не падала, будто в самом деле больше не была жидкой. Она ярко светилась, слегка покачиваясь, а потом вдруг вытянулась, наклонилась вопреки всем законам физики и прилипла кончиком к какой-то точке на карте.
– Нам сюда, – уверенно заявил Логинов, и его палец уперся в место. – Ну, ничего, там деревушка рядом есть, как раз докупим фруктов и оставим машину, дальше пешком.
Под моим ошарашенным взглядом он убрал руку, небрежно провел по запястью большим пальцем, и огненная нить рассыпалась в воздухе искрами, а порез на глазах затянулся. Еще и целительской магией обладает. Чудно. Ох, чую, надо бы, когда вернемся, прошерстить Сеть на предмет сведений по таким уникумам! Интуиция подсказывала, что с моим временным напарником все не так уж чисто.
– И речка горная тоже имеется, – добавил Роман, широко усмехнувшись и собрав карту. – Ну что, собираемся?

Глава 6

Я моргнула и нервно улыбнулась, глядя на него во все глаза.
– Мне тебя уже начинать бояться? – постаралась сказать с иронией, но голос предательски дрогнул.
Перед глазами стояла картинка крови, превращающейся в огонь… Логинов вдруг наклонился, опершись ладонями о стол, и его лицо оказалось очень близко от моего.
– Тебе меня бояться не надо никогда, Искорка, – неожиданно серьезно ответил он и подался вперед, прижавшись к моему приоткрытому рту в коротком смачном поцелуе.
Я лишь возмущенно мявкнула, не успев отстраниться, а Логинов уже выпрямился с крайне довольной ухмылкой на физиономии.
– Эй! – посмотрела на него ну очень выразительно, пытаясь вернуть сердце из пяток на место в грудь.
– Собирай вещи и неси их сюда, – невозмутимо скомандовал этот… маг. – Мы дня на два едем. Пока доберемся, пока осмотрим там все, думаю, только к завтрашнему вечеру вернемся, – продолжил Логинов, остановившись у шкафа и не обращая никакого внимания на мое сопение. – А может, и утром вообще. – Из недр появился объемистый походный рюкзак. – Понесу все я, – непререкаемым тоном добавил сосед, одарив меня грозным взглядом.
Прикрыв глаза, я глубоко вздохнула, поднялась, сунув оставшийся сильрит в карман, и кивнула, отвернувшись.
– Хорошо, – коротко ответила и поспешила выйти из комнаты к себе.
Чувствую, веселый поход будет. Очень. Во всех смыслах. Следующий час прошел в сборах и легкой суете, но подчиненной контролю Логинова. Свои вещи я собрала быстро, да много ли их было – купальник, полотенце, запасная футболка, шорты и предметы личной гигиены. Все уместилось в обычный пакет. Аптечка у соседа была своя, со всем необходимым. Я не удержалась и все-таки отпустила ехидное замечание:
– А зачем пластырь с перекисью, если ты исцелять умеешь?
Логинов неожиданно серьезно покосился на меня и поправил:
– Заживлять мелкие царапины и порезы, не больше. А вообще я предпочитаю подстраховаться от всяких случайностей, чтобы потом не рвать на себе волосы. – Он затянул стяжку на рюкзаке и скомандовал: – Так, осталось мясо, и можно ехать.
Время уже близилось к четырем дня, когда мы наконец выдвинулись. Настроение мое было бодрым, воодушевления – хоть отбавляй, и перспектива оказаться с Логиновым в лесу, наедине, не пугала так, как утром. Заманчивый аромат грядущего приключения перебивал все мои страхи, а в том, что это самое приключение будет, я отчего-то не сомневалась. Разглядывая карту и точку, куда мы ехали, я поинтересовалась:
– А что это за место такое? Город какой-то или храм?
– Почти угадала, и то, и другое, – отозвался Логинов, выруливая на дорогу с нашей улочки. – Священный город, там жили шаманы и находился один из крупнейших храмовых комплексов, посвященный драконам. Там запрещено было появляться с оружием, туда приходили за уединением и возможностью подумать и провести некоторое время в тишине и, возможно, обрести мудрость.
– Что-то вроде монастыря? – понимающе кивнула я.
– Можно и так сказать, – согласился мой сосед. – Место отдыха и медитации, священных ритуалов и праздников. Ходят слухи, что там даже сохранились катакомбы, где хоронили особо почитаемых шаманов и уважаемых людей, перед этим бальзамируя тела для большей сохранности. В принципе я не удивлен, что амулет показал на Менгер-кили – это город, – пояснил Роман. – Логично, что там могут быть такие вещи с сильритом. Только вот входа в те самые катакомбы, где есть вероятность обнаружить такие вещички, давно нет, – пробормотал Логинов, чуть нахмурившись.
– Ты там был? – с любопытством уточнила я, сложив карту.
– Да, недели три назад, – ответил мой собеседник. – Там уцелели только фрагменты внешней стены, одна привратная башня, несколько фундаментов от домов и центральная часть храма без крыши. Поскольку добраться довольно сложно, археологи восстанавливать не стали, просто обследовали, что можно, и ушли. Там вся территория заросла лесом. Да, собственно, и восстанавливать особо нечего, Менгер-кили не особо хорошо сохранился до наших дней.
– А где ты еще был? – Я поудобнее устроилась на сиденье – ехать все равно долго, и почему бы не послушать истории Логинова.
Он оказался в самом деле отличным рассказчиком и много знал о полуострове и квиллах, их легендах. Признаться, в какой-то момент я заслушалась, и перед глазами словно вживую проплывали величественные города, крепости, храмы. И драконы. Негромкий, звучный голос Романа погружал в сказания об этих древних существах, и я даже не заметила, как мы приехали к деревушке, где заканчивалась нормальная дорога.
– На месте, – удовлетворенно произнес Логинов, глуша мотор. – Отлично, до темноты часа полтора, успеем дойти. А завтра с утра начнем осмотр.
Мы выгрузились, мне торжественно вручили котелок и одну из пенок.
– Тропинка крутая и узкая, пойдешь впереди, – предупредил он. – Не заблудишься, там нет развилок и дорога одна. За фруктами уже завтра утром спущусь сам. В лесу еще светло, но на всякий случай, держи, – Логинов протянул мне фонарик.
Я сунула его за пояс шорт, поправила свой маленький рюкзак на плечах и, подхватив пенку и котелок, вопросительно глянула на спутника:
– Не боишься тут оставлять машину?
Вокруг стояли пять домов с белеными стенами и черепичными крышами, из трубы одного шел ленивый дымок, и в воздухе едва уловимо пахло жареным мясом. Деревенька стояла в большом распадке, выходившем на запад, и тут сумерки еще не спустились, зато обзор на полыхающий всеми оттенками оранжевого и красного закат открывался отличный. И золотистая полоска моря, как тонкая огненная нить на горизонте… Я слегка выпала из реальности, засмотревшись, очарование момента захватило с головой и вселило умиротворение в душу. И тишина, но не пустая, а насыщенная и плотная, перемежающаяся звуками природы. Сверчки здесь, кажется, пели особенно громко и вдохновенно, но это не раздражало, а наоборот, настраивало на романтический лад.
– Не боюсь, – уверенно заявил Логинов, кивнув на тропинку, начинавшуюся между кустарником за последним домом. – Кроме сигнализации, на ней еще кое-какие сюрпризы, да и местные тут в основном крестьяне, им такой монстр на фиг не сдался. – Он усмехнулся и подмигнул. – Пойдем, пока светло.
И мы пошли. Лес начинался чуть выше по склону, и там уже царила вечерняя прохлада и сумрак, правда, пока еще пробивалось солнце сквозь листву буковых деревьев. Тропинка в самом деле оказалась крутой и извилистой, с выступающими узловатыми корнями и стертыми, опасно скользкими камнями. Внизу, в глубоком овраге, шумела невидимая горная речка. Разговаривать, понятное дело, при таком подъеме было совершенно неудобно, и мы шли молча. Где-то минут через сорок тропа стала более пологой, круто завернула вбок, и речка превратилась в широкий ручей с перекатами на крупных валунах. Еще спустя какое-то время стали попадаться первые предвестники древних развалин: тропинка раздалась до удобной дороги, вымощенной ноздреватым потемневшим известняком, по бокам среди деревьев виднелись груды камней, отдаленно напоминавшие остатки каких-то строений.
– Не устала? – спросил Логинов, поравнявшись со мной. – Можем отдохнуть, хотя тут идти осталось всего ничего.
– Норм. – Я мотнула головой, в самом деле особо не чувствуя усталости. – По марш-броскам нас гоняли качественно, – добавила с усмешкой, вспомнив учебу в школе.
– Ну и отлично, тогда поднажмем. – Он вернул мне усмешку, блеснув глазами.
Наконец дорога сделала плавный изгиб, уходя за довольно крутой утес, заросший кустами и деревьями, речка с мерным шумом спадала с небольшого уступа в естественный, довольно глубокий бассейн. А под утесом находилась широкая поляна с кострищем и поставленными вокруг бревнами для сидения.
– Привал. – Логинов шумно выдохнул и снял рюкзак, оглядевшись. – Здесь переночуем, а завтра пойдем в город. Он в десяти минутах ходьбы отсюда. С палаткой справишься? – деловито осведомился Роман. – Я пока займусь костром и мясом.
Такое распределение меня вполне устраивало, и я на полном автомате сотворила парочку огненных шаров, подвесив их в воздухе, – сумерки уже сгустились, и скоро должно окончательно стемнеть. К моменту, как Логинов развел костер, палатка уже стояла, вода в котелке набрана, а я сидела на бревне и наблюдала за своим невольным напарником. Точные, уверенные движения, сосредоточенное лицо, огненные блики, играющие на рельефных бицепсах, – от Логинова исходили волны силы и той самой харизмы, внушающей незаметное спокойствие вопреки всем внутренним страхам. Это спокойствие проникало исподволь в каждую клеточку, растекалось по самым мелким капиллярам и наполняло тело теплом. Логинову хотелось довериться…
Я прерывисто вздохнула и поспешно отвела взгляд, уставившись на язычки пламени занимавшегося костра. Успела заметить, как Роман коротко посмотрел на меня и наверняка тоже ощутил мое пристальное внимание, и щеки потеплели. Я уловила тихое хмыканье, но никаких ехидных реплик не услышала, а Логинов занялся мангалом и шашлыками. Чтобы отвлечься и тоже поучаствовать в приготовлении ужина, я занялась нарезкой овощей и столом – таковой тут тоже имелся, вполне добротно сколоченный из широкой доски и круглого полена. А потом взялась нанизывать мясо, то и дело сглатывая слюну. Если уж маринад пах так потрясающе, представляю, какими вкусными будут шашлыки в уже готовом виде!
Так, в уютной тишине, наполненной треском костра, пением сверчков и шумом невидимой в темноте речки, мы приготовили наш ужин и, сложив шампуры на одноразовую тарелку, уселись за стол. Уплетая сочное, нежное, в меру пряное, с едва уловимым сладковатым привкусом, мясо и заедая его огурцами и помидорами, я жмурилась от удовольствия и ловила чистый кайф. Все-таки единение с природой – отличный способ постигнуть свой дзен и перестать дергаться по пустякам. И сидящий рядом Логинов совсем не напрягал своим присутствием. А вот после шашлыков, когда Роман все так же молча открыл бутылку местного вина и разлил по одноразовым стаканчикам, меня охватило странное предчувствие, от которого кожу закололи сотни невидимых иголочек. В воздухе повисло ожидание чего-то важного, что должно случиться этим вечером… Важного для нас обоих.
Я пригубила белое вино с приятным цветочным привкусом, повернула голову и пристально посмотрела на Логинова.
– Так кто ты, Рома? – тихо спросила, неизвестно почему уверенная, что сейчас точно получу ответ на этот вопрос.
В янтарных глазах блеснули огненные всполохи, а может, это отблески костра. Мой спутник чуть прищурился и тоже негромко произнес:
– Откровенность за откровенность, Элис. Ты взамен расскажешь, как стала огненной ведьмой.
На несколько мгновений дыхание пресеклось, я с трудом пыталась протолкнуть в легкие ставший вязким и плотным воздух. За пять лет в прошлое я если и возвращалась, то изредка и не углубляясь в смакование подробностей. Сначала в школе не до того было, потом ушла в работу, берясь за любое мало-мальски пахнущее магией дело. Предпочла запихать тот день в самый дальний и пыльный угол памяти, запретив себе испытывать что-то, кроме злости и холодной ненависти. Но не тоску и боль, ни в коем случае.
Конечно, я могла отказаться от условия Логинова. Он ведь в самом деле не обязан делиться со мной подробностями своей жизни, точно так же, как я не обязана исповедоваться ему. Но… С его стороны это было честное предложение. И мое любопытство ведь не даст покоя. Ладно, в конце концов, никто не требует от меня рассказа в красках, обойдусь парой общих слов, и все. Набрав воздуха, как перед прыжком в ледяную воду, я коротко кивнула:
– Хорошо, согласна.
Логинов одарил еще одним пристальным взглядом и повернул голову к костру. Поставил локти на колени, наклонился вперед и сказал всего три слова:
– Я – дракон, Элис.
Моя челюсть грохнулась на землю, я во все глаза уставилась на собеседника. Так и хотелось чисто по-детски ляпнуть: «А чем докажешь?!»
– М-м-м… Это ты решил так пошутить в тему расследования? – все же ехидство прорезалось в моем голосе.
– Какие шутки. – Логинов почему-то невесело усмехнулся, на его лице мелькнула тень. – Прости, зверя не смогу показать. Печати сам снять не смогу. Но ты видела мою кровь. – Он коротко глянул на меня. – Она в самом деле огненная. Как у всех драконов. И магия мне доступна практически любая, кроме ментальной. – Он протянул руку к костру, и оранжевые язычки вдруг начали ластиться к его пальцам вопреки всем законам физики.
Я зачарованно смотрела, как ладонь Романа буквально купается в пламени, не оставлявшем никаких следов на загорелой коже. Даже волоски не сгорели. Огненные змейки скользили между пальцами, обвивали запястье, а Логинов перебирал их, словно играл. И я не ощущала ни капли магии, вот вообще. Татуировка молчала. Черт. Логинов в самом деле не врет?!
– А… Что за печати? – осторожно спросила я, во все глаза рассматривая мужчину и пытаясь совместить услышанное с реальностью.
Дракон. Ну надо же. Значит, действительно не легенда?
– Меня должны были казнить, – глухо заговорил Логинов, не глядя на меня, и язычки зашипели, сыпанули искрами, словно уловив эмоции. – По ложному обвинению. На период расследования поставили печати, блокирующие внутреннюю сущность, фактически усыпляющие зверя. Конечно, очень короткого расследования. Мне помог сбежать отец, он отдал свои силы для открытия одностороннего портала, когда пришел навестить меня. – Роман помолчал, а я хлопнула ресницами, услышав еще одно непривычное словечко. Порталы еще какие-то, вот уж съездила в отпуск отдохнуть! Правда, что ли, ко мне приключения липнут? – Так что я теперь здесь в бессрочной ссылке, с заблокированным зверем, зато живой, – по губам Логинова скользнула кривоватая улыбка. – Такие вот дела, Элис.
– Значит, ты не из этого мира? – тихо уточнила я, начиная осознавать, что он в самом деле говорит правду.
– Нет, драконы ушли лет пятьсот назад по местному времени. – Роман покачал головой. – Наши старейшины решили, что этот мир должен дальше развиваться сам по себе, и открыли портал в другой.
– И что, прямо-таки все ушли? – недоверчиво переспросила я.
– Да, все, – подтвердил Логинов. – Зову крови невозможно противостоять, Элис, по крайней мере, я способов не знаю.
– Так, подожди-подожди, ты помнишь то время?! – щелкнуло у меня в голове, и на внутреннем калькуляторе стали мелькать цифры. – А…
– Мне было что-то около ста лет, когда мы с родителями ушли из этого мира. – Мой собеседник усмехнулся уголком губ, снова глянул на меня, и в янтарной глубине блеснул веселый огонек. – Драконы живут долго, Элис, об этом во всех книжках написано.
– Так… так то фэнтези же, придумано все авторами… – растерянно пробормотала я и тут же поняла, что сморозила глупость. – Значит, кто-то все-таки знает о вас правду, получается?
– Ну, некоторые люди очень восприимчивы к эфиру и видят сны про наши миры. – Логинов выпрямился, я обратила внимание, что его плечи заметно расслабились.
Лучше не буду думать о его возрасте, а то моя нежная психика не выдержит такого напора информации. Все-таки общение с живым драконом – это… Ну, это круче, чем участвовать с некромантом в упокоении восставшего кладбища. Зомби и ожившие костяки в моем сознании уживались лучше, чем создание из смутных легенд и художественных книг. Причем создание мужского пола, чертовски обаятельное и имеющее на меня конкретные виды. Нервный смешок я проглотила, не дав ему вырваться. Дела, дела, Элис…
– Поэтому ты так много знаешь о квиллах и драконах? – Еще один кусочек мозаики встал на место.
– Ага, – кивнул Логинов. – Я еще застал этот город, Менгер-кили, до того, как он пришел в полный упадок, – задумчиво обронил он, и я поспешила прервать поток откровений.
– М-м, давай не будем о прошлом, а то я начинаю себя чувствовать не просто маленькой, а вообще практически личинкой, – проворчала я, скрывая легкое замешательство. – А сильрит, что это на самом деле?
– Не поверишь, но это в самом деле слезы дракона. – Усмешка Логинова стала шире. – На высоте слишком большой ветер, и даже у таких больших зверей слезятся глаза. То, что достигало земли, превращалось в сильрит. Потому эти камешки и чуют кровь, и потому я могу их ощущать.
А я вспомнила, что говорил Роман о своем увлечении парапланеризмом… И поняла, почему его тянет в небо. Мда, грустная история.
– И что, эти печати в самом деле никак не снять? Ты пробовал? – тихо уточнила я, покосившись на собеседника.
– Пробовал, Элис, и обследовал все, что можно, на полуострове в поисках ответа. – Он хмыкнул. – Ну и на всякий случай, проехался по миру, хотя свою мудрость драконы передавали только квиллам. Теперь моя очередь задавать вопросы, – решительно заявил Логинов, и я едва заметно вздрогнула.
Любопытство съежилось и уползло в дальний угол, тело неосознанно напряглось, и я внутренне собралась, тоже уставившись в огонь. Хоть моя стихия и была схожей с этой, но вот так просто засунуть руку в пламя я не могла, не обжигало только мое собственное, не природное.
– Так как ты стала ведьмой, Элис?
Я помолчала, собираясь с духом и отгородившись от картинок, взметнувшихся в памяти разноцветными открытками. Это не я, это было не со мной. Это произошло давно с Елизаветой Самсоновой, единственной дочкой и изнеженной и наивной куколкой, которой давно уже нет. Пожала плечами и как можно небрежнее ответила:
– Просто. Сорвалась помолвка, застала жениха с… другой, – все-таки голос подвел, сорвался, и к горлу подступил горький ком.
Воспоминания резанули по сердцу застарелой болью и обидой, и пришлось срочно делать глубокие вдохи – меньше всего я хотела сейчас позорно разреветься, как какая-нибудь слабонервная истеричка. Ведь пережила уже все, переболела… Как оказалось, не до конца.
– Ты его так любила? – словно сквозь вату донесся негромкий голос Логинова, подстегнув новый виток эмоций.
– Да, – резко соврала, не желая копаться в прошлом и искать причины моей обиды.
Портить такой чудесный вечер не хотелось, а еще во мне вдруг проснулось страстное желание жить дальше. Так, как хочу, без оглядки на прошлое, не прячась за стенами и не отказывая себе просто радоваться, не искать постоянно подвох в словах и поступках окружающих.
– Врешь, – уверенно возразил Логинов, и я вскинулась, с возмущением уставившись на него. – Я это чувствую. С кем он изменил тебе? – Он чуть прищурился, очень точно угадав, на что же я злилась и обижалась эти пять лет.
Но отвечать было выше моих сил. Запертые до сих пор эмоции просились наружу, и мне жизненно необходимо хотя бы несколько минут провести в одиночестве, успокоиться. Я поднялась и развернулась, сдавленно пробормотав:
– Прости… Я сейчас…
Не оглядываясь, быстрым шагом направилась к краю поляны, в лес, обхватив себя руками. Нет, не буду реветь из-за тех, кто этого недостоин! Не буду, я сказала! Черт, и зачем Логинов полез в душу, мог же обойтись моим первым ответом! Я остановилась, судорожно вздыхая и кусая губы, запрокинув голову и глядя на темный потолок листвы над головой. Звезд почти не видно, только иногда какая-нибудь особо яркая мелькнет между листьев. И тишина. Такая, какой в городе не бывает никогда, насыщенная, плотная и наполненная шорохами, потрескиванием, шуршанием и шумом воды. На кой я опять позволила себе расклеиться всего лишь из-за пары вопросов? Ведь в самом деле не любила Антона, это я уже давно поняла и даже скорее рада, что помолвка таким неожиданным образом сорвалась.
Сильные руки вдруг обвились вокруг, притянули, прижимая к горячему телу, – Логинов двигался абсолютно бесшумно, ни одна веточка не треснула под его ногой. Я дернулась было, выныривая из того мутного болота, куда меня утянул экскурс в прошлое, но… Конечно, кто меня отпустит. Шею пощекотало дыхание, и по коже веером разбежались мурашки, всколыхнув волнение, и сердце заколотилось раза в два быстрее. Я даже не заметила, как желание пореветь всласть, жалея себя, куда-то улетучилось. И вместо него появились другие, странные и не совсем понятные.
– Глупая, радуйся, что этот ненужный человек не задержался в твоей жизни, – шепнул непривычно ласково Логинов, и его губы прошлись по моей щеке. – Не стоит плакать из-за такого ничтожества…
– Это была моя мать, – собственный спокойный голос несказанно удивил, как и то, что кома в горле больше не было. – Она сказала, что сделала это ради меня, проверяла его. Тогда я ушла из дома и больше туда не вернулась.
– Вот и молодец, – уверенно заявили мне на ухо, и – внезапно напряжение ушло.
Я чуть ли не физически ощутила, как распрямляется невидимая пружина, и хотя до прощения было еще далеко, но обида ушла. Как гной из раны. Еще болело немного, но вскоре и это пройдет. Что же до Антона… И правда, зачем ненавидеть того, кто этого недостоин? И уж тем более из-за него ставить на себе крест? Пусть лучше будет разочарование, это вернее. А для начала неплохо бы признать, что стоять здесь в объятиях Логинова и слышать спиной размеренный, сильный стук его сердца мне очень даже нравится. Вопреки всем страхам и опасениям, крепко засевшим в душе. И да, вот прямо сейчас мне хотелось, чтобы он поцеловал меня. Только я же совсем не имею опыта общения с мужчинами и не представляю, как… как дать понять…
Роман не разжимал рук, а я не пыталась выбраться. Его дыхание шевелило пряди около уха, и вдруг я почувствовала легкое прикосновение чуть ниже, на шее. Чутко прислушалась к ощущениям и поняла – приятно. Захотелось откинуть голову, прикрыть глаза и позволить… Сердце мячиком ухнуло в живот, едва представила, что стоит совсем немного повернуться, и мои смелые желания осуществятся прямо сейчас. Страх, настороженность, недоверие – все куда-то ушло, притаилось в глубине, капитулировав под могучим напором совсем других чувств. И кажется, Логинов отлично это все уловил. Вроде он говорил там что-то насчет своей восприимчивости к эмоциям?.. Ладонь Романа легла на мою щеку, мягко повернув голову, и его губы накрыли мои, прерывая поток сумбурных мыслей.
Прикосновение было очень нежным, осторожным, я бы сказала, и вместе с тем уверенным. Он придерживал, не давая отвернуться, однако откуда-то я знала, что если бы не захотела, Логинов отпустил. Волнение лизнуло изнутри огненным языком, по телу прошла дрожь, и под ласковыми, настойчивыми поглаживаниями языка я сдалась окончательно, приоткрыв рот. Сама не поняла, как вцепилась в плечо Романа, потому что коленки подгибались, волны жара и холода попеременно окатывали от макушки до пяток. Меня пробовали на вкус, вдумчиво изучали, и я снова не заметила, как втянулась в приятный процесс, пытаясь отвечать, пусть и не совсем умело. Но мне хотелось. Точно так же целовать, уплывать на волнах новых, непривычных эмоций и не думать ни о чем. Как мы опустились на землю, тоже не отследила, просто вдруг оказалась почти лежащей на руках у Логинова, а его пальцы поглаживали ключицу в вырезе рубашки, заставляя кожу вспыхивать огненными искорками. Сердце стучало все быстрее, кровь шумела в ушах, и внизу живота появилась странная горячая тяжесть.
Ладонь Романа переместилась на мою грудь, мягко погладила, и до меня не сразу дошло происходящее, а когда все же дошло, подняв целый вихрь из обрывков мыслей и сумбурных эмоций, Логинов отстранился первый. Уставился на меня тяжелым взглядом, окунул в расплавленное золото радужки, и я задохнулась от непонятного восторга и предвкушения чего-то…
– Иди в палатку, Элис, – хрипло произнес Роман и отвернулся, поднявшись вместе со мной и придерживая за талию. – Я сейчас вернусь, – и, подтолкнув меня к лагерю, скрылся в темноте.
До поляны я шла, обхватив себя руками и спотыкаясь, вспоминая и вспоминая поцелуй и прикосновения. Мне не хотелось оттолкнуть Логинова, и возмущаться наглостью тоже. Где-то в глубине души притаилось опасение и беспокойство, как перед любым неизведанным – я же только теорию знала, что происходит между мужчиной и женщиной. Но… Я готова попробовать? Уж во всяком случае, дракон лучше, чем первый встречный с мутными намерениями. У меня вырвался нервный смешок, я заползла в палатку, накрылась спальником и свернулась калачиком. Эмоции успокаивались с трудом, низ живота тянуло, а между ног жарко пульсировало, и мне хватило сообразительности, чтобы понять, что это такое. Я хотела Логинова. Черт. С шумом выдохнула, облизнув пересохшие губы, зажала ладони между коленей, крепко зажмурившись. Попала, Элька… Подумаю утром, что с этим делать.
Роман быстро шагал по ночному лесу, направляясь к шумевшей в темноте речке, а дыхание все не хотело успокаиваться. Губы еще хранили сладкий вкус поцелуя и вишнево-коричный ее эмоций, щедро сдобренный терпкой страстью. Такая отзывчивая, чуткая и слегка неумелая. Последнее чуть не сорвало все тормоза, отрезвила Логинова только мысль, что секс в лесу для первого раза как-то не слишком романтично. Хмыкнув своим мыслям, он остановился на берегу горной речки, скинул одежду и нырнул в бодрящую, весьма освежающую воду. Отличная замена холодному душу. Отфыркиваясь, Роман в несколько мощных гребков переплыл речку, потом снова погрузился в воду и встал под небольшой водопад, зажмурившись и чувствуя, как постепенно успокаивается. Вот так гораздо лучше, не дело набрасываться на Элис, как оголодавший на кусок мяса. Она слишком хорошая для случайного перепихона, который можно получить, лишь наведавшись вечером в одно из многочисленных кафе на набережной. Только Логинову не этого хотелось, и уж не от Элис точно.
То, что он испытывал к ней, на мимолетный интерес точно не походило, за свою долгую жизнь Роман научился разбираться в оттенках эмоций и чувств. И меньше всего он хотел обидеть девушку.
– Поэтому держим себя в руках, приятель, – пробормотал Логинов, вылезая на берег и встряхиваясь, как большой кот.
Подхватив одежду, он вернулся в лагерь, вытерся и оделся, а потом забрался в палатку. Элис уже тихонько сопела, свернувшись калачиком, и крепко спала, до носа укрывшись спальником. Неслышно вздохнув, Роман забрался под него, аккуратно обнял девушку, прижавшись к ее спине, вдохнул тонкий, нежный аромат, исходивший от ее волос. Элис только слабо пошевелилась, но не проснулась, а через некоторое время и дыхание Логинова выровнялось. Утро вечера всяко мудренее.

А на природе спится просто отлично. Несмотря на волнующее завершение вечера и услышанные откровения, уснула я быстро и незаметно, без всяких кошмаров или снов с эротическим подтекстом. Когда же открыла глаза, обнаружила, что практически уткнулась носом в обнаженную грудь Логинова, а сам он меня обнимает. И тоже не спит уже. Ой. Ну хоть шорты на нем были, как поняла к собственному облегчению. А еще от его довольной улыбки я почему-то смутилась и отвела взгляд.
– Бодрого утра, – поздоровался Логинов, не торопясь отстраняться. – Как спалось?
– Отлично, спасибо, – пробормотала я и осторожно завозилась, стараясь дышать ровно.
– Тогда – завтракаем, и в город, – сообщили мне о наших дальнейших планах, а потом чмокнули в губы и проникновенно сообщили. – Ты так трогательно сопишь во сне.
Пока я опять сражалась с приступом волнения и смущения, Роман отпустил меня и выпрямился, бессовестно щеголяя голым торсом. Так, пора идти умыться в горной речке, слегка охладиться. Ничего не ответив Логинову, я поспешно вылезла из палатки, потянулась, разминая слегка затекшие конечности, и поспешила к воде, чистить зубы. Дышим ровно и не вспоминаем вчерашний сумасшедший поцелуй и собственную гормональную бурю, не вспоминаем, я сказала! У нас вообще поиски маньяка-шамана, вздумавшего провести древний ритуал, а не сеанс психоанализа с помощью древнего существа из легенд…
И все-таки мне стало легче, с удивлением отметила, пока плескалась в речке. Отпустило что-то в душе, и кажется, я готова идти дальше. По крайней мере, хотя бы попробовать изменить свою жизнь, пусть и не так резко, как пять лет назад, но… позволить себе чувствовать, испытывать эмоции. А там посмотрим, смогу ли я не повторить прошлых ошибок. Посмотрев на свое отражение в воде, несмело улыбнулась и шепнула:
– Попробуем пожить по-новому?
Конечно, это не значило, что я тут же начну вешаться кое-кому на шею, позволяя ему лишнее. Но уж чего точно не стану больше делать, так это возвращаться в прошлое. Тряхнув влажными кудрями, я выпрямилась и вернулась в лагерь.

Глава 7

Закончив с завтраком, мы после некоторых раздумий лагерь сворачивать не стали. Просто закинули вещи в палатку, Роман поставил защиту и сигналки – на всякий случай, Дмитрия же занесло в эту глушь, и отправились в Менгер-кили.
– Так что, ты в самом деле ничего не знаешь о своем отце? – пока шли по тропинке, поинтересовался Логинов.
– Нет, мать никогда не говорила о нем. – Я пожала плечами, чутко прислушиваясь к себе и радуясь, что при упоминании о прошлом больше никаких болезненных дерганий. – У нее была куча любовников, полагаю, она сама не помнит сколько, – хмыкнула, поправив лямки рюкзачка. – Может, и затесался кто с драконьей кровью.
– Ладно, закончим с осмотром, – кивнул мой спутник. – Менгер как раз очень подходит для такого дела, лучше места не придумаешь.
– Ага, – согласилась я, и в следующий момент мы вышли из-за скалы и у меня вырвался восхищенный возглас: – Офиге-еть!
Передо мной раскинулся древний город квиллов. Остатки стены с воротной аркой, дальше над деревьями высился полуобвалившийся купол. Под ногами лежали известняковые плиты, которыми когда-то были вымощены улицы. Конечно, лес брал свое, и древние строения оплел плющ, во дворах и на фундаментах проросли деревья и кусты, но все равно развалины впечатляли. Я шагала за Логиновым, вертя головой и только успевая делать фотки. Остатки главной улицы привели к храму, еще производившему впечатление, несмотря на плачевный вид.
– Держись ближе. – Роман оглянулся на меня, и я отвлеклась от созерцания. – Тут могут быть провалы, под Менгером целый лабиринт подземных ходов, – предупредил он.
Я послушно приблизилась к моему проводнику и сама не заметила, как моя рука нашла его ладонь. А когда опомнилась, было уже поздно: сильные пальцы аккуратно сжали, и не думая отпускать. По телу прокатилась волна мурашек, дыхание на пару мгновений сбилось. Безобразие, даже от такого простого знака внимания уже впадаю в нервное волнение! Да что со мной такое, а? Удержавшись от фырканья по поводу собственной реакции на Логинова, сосредоточилась на окружающем: мы уже переступили границы храма. Центральная часть в самом деле сохранилась неплохо, несмотря на полуобрушенный купол, на стенах еще смутно виднелись кое-где остатки росписи, а на полу – мозаика. Впереди виднелось что-то вроде алтарной ниши, до половины заваленное грудой камней.
– И что ты будешь делать? – полюбопытствовала я, оглядываясь и пытаясь отвлечься от собственных вышедших из-под контроля эмоций.
– Попробую прощупать пространство на предмет странностей, – туманно ответил Логинов и выпустил мою руку. Потом строго посмотрел на меня и добавил: – Рядом сидеть не заставляю, но далеко не углубляйся, ладно? Мне минут двадцать понадобится.
– Хорошо, я вокруг поброжу, – послушно кивнула, сама не собираясь отходить далеко от храма.
Рядом с Романом оно как-то поспокойнее все-таки. Он встряхнул кистями, отошел в центр храма, прикрыв глаза и сделав несколько глубоких вдохов. Я, поглядывая на спутника, пошла к проему в боковой стене, не желая мешаться под ногами, и слегка затормозила – посмотреть на настоящую магию. С кончиков пальцев Логинова сорвались золотистые искорки, закружились вокруг неподвижного дракона – с ума сойти, до сих пор с трудом в голове укладывалось! – поднимаясь над ним, и поплыли в воздухе, постепенно расходясь. Полюбовавшись еще несколько мгновений на сосредоточенное лицо Романа, я отвернулась и вышла в проем.
Там оказался короткий коридор, на удивление хорошо сохранившийся, и вывел он меня в какую-то небольшую комнату, точнее, ее остатки. Крыши не было, одна стена обвалилась, и в углу вырос пышный куст. Наверное, здесь жил смотритель храма или служитель. Я пошла дальше, к пролому, вдоль внешней стены храма, послушно не удаляясь в дебри и даже по едва заметной тропинке. Только вот совсем не ожидала, что нога соскользнет с отполированного временем и многочисленными ногами камня, я не удержусь на узкой полоске земли под стеной и с коротким вскриком улечу прямо в высокую траву и кусты, совершенно не зная, что там внизу.
Несколько минут полежала, считая звезды перед глазами и проводя ревизию – падала невысоко и обошлась только парочкой ушибов. Кряхтя, поднялась и начала продираться – похоже, когда-то тут был подвал, но провалился, и небольшой котлован зарос растительностью. Отплевываясь от травы и раздвигая ветки кустов, я попыталась выбраться из ямы и подойти к краю, чтобы понять, где лучше вылезать, и мои ладони вдруг наткнулись на стену. О, отлично, может, тут получится выбраться лучше, чем…
– Элис? – раздался встревоженный голос Романа. – Элис, ты где? Все в порядке?
– Да, нормально, – бодро отозвалась я, подбираясь ближе к кладке и критично ее осматривая. – Просто тропинка узкая оказалась. – Я примерилась и ухватилась за выступавший чуть выше моего роста камень. – Сейчас выберусь…
Только меня снова ожидал сюрприз: камень вдруг поддался под пальцами, провалился, и… часть стены с шумом последовала за ним в образовавшуюся дырку, я едва успела отскочить, отплевываясь и чихая от пыли. Да елки, ну что такое, а! Буквально через несколько мгновений вокруг талии обвилась крепкая рука, и кто-то проворчал около уха:
– Я же сказал, аккуратнее! И без приключений желательно! Что тут такое?
– Понятия не имею, оно само, – честно ответила я, наконец проморгавшись и не торопясь высвобождаться.
Чувствовать спиной сильное тело и слушать ровное дыхание оказалось ужасно приятно и чуточку волнительно. Мысленно шикнув на некстати возникшие картинки вчерашнего вечера, я сосредоточилась на настоящем, а именно, на дыре в стене перед нами.
– Опа-а, – протянул удивленно Роман, дыша в ухо и заставляя ежиться. – Ничего себе сюрприз! Ну-ка! – Он решительно отодвинул меня в сторону и шагнул к проему, осторожно в него заглянув. – Хм, – раздался его задумчивый хмык, и дракон скрылся полностью.
Я поспешила нырнуть за ним, подвесив пару шариков для освещения, и огляделась. Похоже на келью, в дальнем углу виднелся засыпанный землей и камнями вход, полагаю, там раньше была лестница. У стены напротив проема, через который мы вошли, виднелись каменная скамья и такой же стол, потемневшие от времени. Пахло здесь сыростью, с потолка свисали мелкие корни. Роман оглянулся, его глаза блеснули в полутьме.
– Осторожнее, Элис, вдруг тут потолок ненадежный, – предупредил он и уверенно подошел к столу, осмотрел его. – И под ноги тоже поглядывай… – рассеянно обронил Логинов, его пальцы легко заскользили по шершавой поверхности, ощупывая.
– Ты знаешь это место? – полюбопытствовала я, осторожно подходя ближе и вытянув шею.
– Нет, но, учитывая, что оно долго было скрыто, здесь может оказаться что-нибудь интересное. – Он присел на корточки, чуть нахмурился, и с его пальцев прямо в камень вошли серебристые нити.
А потом вдруг на известняке вспыхнул контур такого же цвета, и часть боковой стенки стола растаяла.
– Обалдеть! – Я моргнула, совершенно не ожидая, что тут окажется тайник.
– Магия простенькая, но незаметная, так называемая «спящая», – пояснил Логинов, просовывая ладонь в образовавшийся проем. – Если не применять силу, то тайник невозможно обнаружить. Он совершенно не фонит.
– А ты знал, что искать? – Я подошла еще ближе и тоже присела.
– Не совсем, я просто решил проверить. – Роман вынул руку и…
В его пальцах оказался кожаный тубус, на крышке болталась восковая печать, а больше никаких отличительных знаков не наблюдалось. Мой спутник покосился на меня со странным выражением и выпрямился.
– А с тобой интересно ходить по историческим местам, Элис. – Логинов подкинул тубус на ладони. – То на трупы натыкаешься, то вот находки всякие…
– Можно подумать, я специально! – тут же насупилась я, вылезая из помещения. – Оно само как-то!
– Ага, само! – Он крепко ухватил меня за плечо. – Давай наверх, самостоятельная. – И Роман легко подтолкнул меня наверх – с другой стороны оказался вполне пологий подъем за кустами.
Мы легко выбрались, и я вспомнила, что мой напарник что-то проверял в храме.
– Обнаружил что-нибудь? – Я кивнула на остатки сооружения за нашими спинами.
– Остатки магии уловил, – кивнул Логинов, направляясь к ближайшим развалинам и крепко держа меня за руку – видимо, чтобы снова не нашла случайных приключений на пятую точку. – Но не успел понять, что тут происходило. Хотя могу предположить, что наш таинственный недруг решил усилить свойство сильрита. Поговорить бы с приятелями этого Дмитрия. – Он нахмурился и присел на остатки фундамента, усадив меня рядом. – Может, они знают, ходил он в Менгер-кили или вообще, может, упоминал это место… Ладно! – Логинов встряхнулся и решительно дернул за шнурок, ломая печать. – Посмотрим, что за находка.
Охваченная любопытством, я придвинулась ближе, невольно затаив дыхание, и сама не заметила, как прижалась к плечу Романа. Он вытряхнул из тубуса свиток, перевязанный черной лентой, и я поразилась, как все это сохранилось и не истлело.
– Сколько оно там лежало? – пробормотала я, озвучив свои мысли.
– Ну, столетия три-четыре точно. – Логинов потер большим пальцем пергамент и развернул его, аккуратно сняв ленту. – И писал служитель храма, да не рядовой какой, а один из главных шаманов-смотрителей… – голос Романа стал тише, глуше.
Я смотрела на старинные закорючки, терпеливо ожидая, когда напарник дочитает и перескажет, что там написано, и поглядывала на притягательный профиль. Только вот хмурившиеся брови мне совершенно не понравились.
– Что там? – наконец спросила я, не выдержав.
– Легенда, – медленно произнес Логинов. – По крайней мере, очень похоже. Легенда о Падших, тех из наших, кто возжаждал власти и захотел возвыситься над остальными. Их было пятеро, и они задумали провести темный ритуал, чтобы отнять силу у старейшин драконов, но одному из высших шаманов было видение, и он успел вовремя предупредить остальных. Двоих убили в схватке, а оставшихся подвергли справедливому суду и приговорили к вечной ссылке здесь, в этом мире, навсегда лишив их способности летать и оставив им ровно столько силы, чтобы они смогли выжить. – Он свернул свиток, лицо Романа приобрело задумчивое выражение. – Так вот почему наши решили уйти из этого мира, – проговорил Логинов, свернув свиток. – Чтобы не оставить даже малейшей надежды преступникам избежать наказания и найти способ вернуть себе силу.
Я уставилась на него круглыми глазами, чувствуя, как быстро колотится сердце в груди. От осознания, что каким-то невероятным образом меня угораздило прикоснуться к древней легенде, в животе невидимыми усиками щекотало волнение и поднимался совершенно детский восторг. Давно я не испытывала таких эмоций…
– Получается, это вполне может быть один из этих? – почему-то шепотом спросила я, кивнув на свиток в руках Романа.
Логинов повернул голову, посмотрел на меня долгим взглядом, а потом вдруг обнял одной рукой, притянув к себе, и чмокнул в кончик носа. Я от неожиданности фыркнула и уперлась ему в грудь ладонями, а он как ни в чем не бывало ответил:
– Так, огненная моя, пойдем-ка. – И Логинов решительно поднялся, потянув меня за собой, его рука переместилась на мою талию, и таким естественным это выглядело, что снова не возникло желания брыкаться и отстраняться.
– Куда? – на всякий случай насторожилась я, покосившись на спутника.
И даже одергивать, что я пока не его, тоже не хотелось…
– Проверим твою кровь, – и с такой интонацией Роман это сказал, что у меня по спине пробежали холодные мурашки. – Как-то уж больно удачно ты оказываешься в нужном месте в нужное время, – добавил он, усугубляя мое беспокойство.
– Это просто совпадения, не придумывай! – попыталась я заявить как можно решительнее, хотя внутри противный звоночек уже тихонько звенел, намекая, что меня ждет очередная порция новостей, а вот хороших или плохих, это как посмотреть.
– Я пока не придумываю, но мне интересно узнать подтверждение моим предположениям. – Логинов свернул обратно в храм. – Ну, или опровергнуть их, – добавил он после короткой паузы. – Так, вставай здесь, – скомандовал он, поставив меня примерно в центр зала, потом вручил складной нож. – Когда скажу, уколешь палец и стряхнешь каплю крови.
Он отошел на несколько шагов, глубоко вздохнул, встряхнув кистями, и прикрыл глаза. Потом поднял руки, и с его пальцев потянулись золотистые нити, сплетаясь вокруг меня в замысловатый узор. Я засмотрелась, чувствуя, как начала зудеть татуировка, воздух стал плотным и едва не гудел от концентрированной силы.
– Давай! – громко произнес Логинов, и я вздрогнула, приходя в себя.
Открыла лезвие, кольнула палец, и на подушечке тут же набухла темно-бордовая капля. Стряхнула, и она притянулась к рисунку, растаяла в узоре, который вдруг застыл на мгновение, а потом вспыхнул радужными переливами, и у меня зародилось нехорошее предчувствие. Особенно когда увидела задумчивое лицо Романа. Светящиеся линии растаяли, воздух очистился, и я настороженно уставилась на напарника.
– И… что? – осторожно поинтересовалась я.
– Даже не знаю, обрадовать тебя или огорчить, – проговорил дракон, поглаживая пальцами подбородок.
Дыхание перехватило, и я выставила перед собой ладони, догадываясь, что мне сейчас озвучат.
– Стой! Нет, я не хочу знать ничего! – выпалила, почему-то страшась подтверждения своих мыслей…
– Ну, правда от этого не изменится, так? – Логинов улыбнулся уголком губ, а я зачем-то зажмурилась, с обреченностью понимая, что молчать он не будет. – Судя по ритуалу, а он никогда не ошибается, ты полукровка, Элис.
В душе поселилось неуютное чувство. Я обхватила себя руками и покосилась на небрежно заткнутый за пояс шорт Логинова тубус со свитком.
– Значит… мой отец – один из этих? – глухо спросила я, кивнув на находку. – И это все-таки не легенда?
Быть дочерью преступника ой как не хотелось, но от моего желания ничего не зависело, Роман прав. Он прищурился, окинул меня внимательным взглядом и протянул руку.
– Пойдем, – произнес он. – Есть у меня уверенность, что больше ничего интересного мы тут не найдем.
– А где найдем? – вяло отозвалась я, пришибленная новостями, скорее для того, чтобы что-то сказать.
– Полагаю, в архиве. – Ответ Логинова удивил. – Там хранятся все хроники до нашего ухода.
– Эм-м-м, что? – Я чуть не споткнулась. – А есть такой архив?
– Есть, – кивнул Роман. – Здесь, в Менгере, жил главный летописец, и в его обязанности входило записывать все, даже не слишком приятные страницы нашей жизни, – продолжил рассказывать он, пока мы возвращались к лагерю. – Таково было желание старейшин, и оно выполнялось. А если был суд, значит, должны быть и записи о нем, и хоть какие-то сведения, кто эти Падшие. – Логинов чуть нахмурился. – Жаль, не узнать, кто и зачем спрятал этот свиток здесь, но очень удачно, что мы на него наткнулись.
– И где этот архив? А про него кто-нибудь знает, кроме тебя? – зачастила я вопросами, желая отвлечься от темы моего происхождения.
– Архив в одном из дворцов на Западном берегу, и нет, не думаю, что кто-то в курсе, что находится в подвалах этого дворца, – хмыкнул Логинов. – Там жила семья одного из старейшин, они с моим отцом были хорошими друзьями. Так что, Эля, едем в царство высшего света и роскоши, – не скрывая ехидства, добавил он. – Дворец сейчас в частном владении, но там довольно часто устраивают всякие приемы. Надо сначала осмотреться, проверить, многое ли изменилось, а потом отправимся на дело. Думаю, с приглашением проблем не возникнет, – уверенно заявил Логинов.
– Эй, притормози, а! – осадила я замечтавшегося напарничка. – Ни на какие приемы я не пойду, даже не надейся! Я вообще не рассчитывала на светские рауты, когда приехала отдыхать сюда, – язвительно отозвалась, скрывая беспокойство.
Не хватало еще случайно встретиться с кем-нибудь из прошлого, нет уж, не хочу. Закрыла туда дверь, все.
– Давай я тебя лучше подожду, а ты быстренько сходишь и проверишь все, а? – Я с надеждой посмотрела на Логинова.
Он же, одарив меня веселым взглядом хитро блеснувших глаз, выгнул светлую бровь, и по его ухмылке я поняла, что маневр не удался.
– Ну да, и лишиться возможности посмотреть на тебя в вечернем платье? – не обманул он моих мрачных ожиданий. – Э, нет, Искорка, не пройдет. Отправимся вместе, – твердо заявил Логинов. – Тем более, как уже говорил, одну я тебя не оставлю, пока не найдем этого… кем бы он ни был, – с едва заметной паузой, чуть тише и серьезнее закончил он. – Второй раз так быстро нападать не станет, но рисковать я все равно не хочу. Так что подумай, какое платье предпочитаешь, и вспомни светский этикет. – Этот нахал снова ухмыльнулся и подмигнул.
Я молча закатила глаза, выражая свое отношение. Однако при мысли, что Логинов увидит меня в образе светской дамы, дыхание слегка участилось и щеки потеплели в неожиданном приступе смущения. Приехали, вот еще не хватало из-за ерунды волноваться…
– Кстати, пока думаешь… – Роман достал телефон и набрал номер. – Михалыч? Приветствую. Что-нибудь с продавцом лавки выяснили? Нет? Ну, следовало ожидать, – не слишком огорчился известиям мой спутник. – Да, думаю, и не найдем тело, эта ниточка точно оборвана. – На его лице мелькнула тень досады. – Слушай, у меня тогда другая просьбочка. Поспрашивай приятелей этого Дмитрия, мотоциклиста, не упоминал ли он в последнее время Менгер-кили, что хочет сходить сюда или в каком-то другом контексте, ладно? – Логинов помолчал, слушая ответ, потом кивнул: – Да, появилась тут кое-какая зацепка, призрачная, правда… Мы с Элис на пару-тройку дней на Западный берег съездим, проверим одну версию, если что, звони. Ага, договорились. – Он отключился и посмотрел на меня: – Ну что, пообедаем – и в город? Предлагаю поехать завтра утром, сегодня провести рейд по магазинам, и ты еще на море успеешь сходить, как тебе план?
Я возражений не имела, особенно насчет моря – все-таки речка для меня оказалась слишком холодной, купальник точно не пригодится.
– Хорошо, давай, – кивнула, подходя к палатке. – А ты еще говорил, тебе что-то там по ритуалам должны прислать? – вспомнила я наш недавний разговор.
– Да, вернемся, я проверю, – кивнул Роман. – И про пещеру помню, не беспокойся, – усмехнулся он.
Мы поели, собрали лагерь и отправились обратно в деревню, к машине. Когда вышли, солнце уже забралось высоко и жарило будь здоров, мысль о море становилась привлекательнее с каждой минутой. Прохладный кондер в салоне оказался весьма кстати.
– Элис – твое настоящее имя? – спросил Логинов, когда мы уже выехали на дорогу.
Я помолчала, потом коротко ответила:
– Нет.
– И? – Он покосился на меня и выразительно поднял бровь.
Вернула ему взгляд и предупредила:
– Скажу, только если пообещаешь не называть им.
– Оно так тебе не нравится? – хмыкнул мой собеседник.
Поджала губы и мотнула головой, неосознанно стиснув край сиденья.
– Я уже давно не та нежная девочка-куколка, – буркнула, насупившись.
– Ладно, давай уже, признавайся.
– Елизавета, – нехотя призналась, чувствуя, как внутри все напряглось.
Все-таки не хотелось возвращаться в прошлое, даже в воспоминаниях. Вроде вчера вечером отпустила и помахала ручкой. Несколько долгих минут в салоне царила тишина.
– Да, не подходит, – согласился Роман, и я едва шумно не выдохнула с облегчением. – Слишком мягкое.
– Угу, – рассеянно отозвалась я, глядя в окно, и предпочла перевести тему: – Расскажи еще о драконах. То, что я полукровка, чем мне грозит? – Лучше поговорим о настоящем, чем о моем прошлом.
– Да ничем особенным, оборачиваться ты точно не сможешь, – успокоил Роман. – А вот использовать тебя в ритуале могут, да, – задумчиво обронил он нерадостное известие.
Я помолчала, собираясь с мыслями.
– Считаешь, это может быть… мой отец? – Я поежилась, по спине рассыпались холодные мурашки.
– Чтобы делать какие-то выводы, нужно изучить документы по тому делу, – пощадил мою нежную психику Роман. – Ты же помнишь, их осталось трое. – Давай пока не будем забегать вперед и возьмем за исходные данные, что наш маньяк не знает о твоей крови и действует сам по себе.
– Но я ведь нашла сильрит, аж две штуки, – напомнила Логинову.
– Оба – у тех, кто нашел его раньше, – поправил он, подняв палец. – Это может сбить с толку. Тем более что в Менгере, кажется, проводился ритуал усиления зова, что дополнительно указывает на то, что мы на правильном пути. Это магия высшего порядка, драконья, потому что с сильритом можем работать только мы.
– Понятно, – кивнула я, надеясь, что охоту на меня не откроют и это нападение было не на меня, а на сильрит.
И что Логинов отпугнул этого типа. До дома мы добрались к обеду, оставили вещи, переоделись и поехали дальше, готовиться к посещению Западного берега. Я внутренне поморщилась, не желая возвращаться даже временно в прежнюю жизнь, но – придется ради дела. И, черт, мне предстояло купить вечернее платье. Первое за пять лет. И босоножки. На каблуках! Подавив тяжкий вздох, напомнила себе, что это ненадолго – надеюсь, – и твердо решила ограничиться одним торговым центром и потратить на покупки не больше полутора часов. На море еще хотелось, естественно.
Мы доехали до одной из центральных площадей Мирстона и отправились на поиски. Точнее, Роман меня сопровождал, а я, разглядывая витрины, пыталась мучительно сообразить, что же хочу, чтобы не слишком выделяться и чувствовать себя комфортно в подобной одежде. Отвыкла, да, а еще смущали косые задумчивые взгляды Логинова. Складывалось ощущение, что он что-то замышляет, и наконец мое нервное волнение достигло высшей точки.
– Что ты так смотришь на меня? – проворчала, останавливаясь около очередной витрины с вечерними платьями.
Пышными, длинными, ужасно пафосными и с какими-то пошлыми стразами и блестками. Бр-р-р. Фигня полная, еще и цвета вырви глаз: ярко-синие, желтые, розовые, красные. Не то все… А Логинов, заглянув в отдел, вдруг ухватил меня за руку и уверенно потащил за собой.
– Идем-ка, я знаю, что тебе надо примерить.
Ну вот еще, только не хватало, чтобы мне платье выбирали! Я уперлась, попытавшись выдернуть ладонь.
– Логинов, пусти, сама как-нибудь справлюсь! – тихо прошипела, не желая закатывать громкий скандал.
– Мы уже полчаса бродим, и ты ни одно не примерила и, судя по отчетливому кислому привкусу лимона твоего раздражения, даже не знаешь с чего начать, – невозмутимо парировал нахал, и не думая отпускать. – Уверен, ты не хочешь потратить остаток дня в этом центре, поэтому упрячь свои колючки и возьми вот это, – его палец уперся в манекен. – Оно тебе точно пойдет.
Я уставилась на выбор Логинова, чувствуя, как медленно теплеют щеки. Весьма короткое, по фигуре, из черного тонкого кружева. Под ним – шелк того же цвета, плечи открыты и декольте весьма смелое. Представила себя в нем… И уже открыла рот, чтобы отказаться, почему-то картинка родила жаркую волну, прокатившуюся до самого низа живота, и там разлилось горячее озерцо, смущая еще сильнее.
– Девушка, мы хотим вот это посмотреть, – не дожидаясь моей реакции, Роман громко позвал продавщицу, и через несколько минут обескураженная я уже стояла в примерочной, сжимая платье.
Вот черт. Развернув его, я возмущенно выдохнула: у наряда сзади оставалась открытой спина до самой поясницы, и судя по жесткому верху, белья сюда не предполагалось… Я такое не носила и в бытность Елизаветой, слишком смелое для скромной девочки на выданье. А вот для огненной ведьмы Элис в самый раз. Только собственное желание покрасоваться в нем перед Логиновым напугало прежде всего своей внезапностью. Пять лет я не надевала ничего подобного, пять лет не испытывала желания выглядеть для мужчины привлекательно…
– Элис? – раздался голос Логинова. – Тебе помочь?
– Нет! – нервно выпалила я и стянула футболку, молча костеря дракона.
Даже удивительно, как точно он выбрал, засранец. И сидит как влитое, и ноги в нем кажутся длиннее и стройнее, и такая соблазнительная ложбинка – я даже не знала, что она у меня вообще имеется, как-то не обращала внимания. Посмотрела на себя в зеркало и сглотнула, не узнавая эту загадочную незнакомку с немного испуганным взглядом широко распахнутых темно-синих глаз. Ой, это я, да? Внутри поселилась уверенность, что больше искать ничего не надо, и где-то на самом дне души робко постучалась мысль, что после этой поездки на Западный берег в моей жизни многое поменяется. Думать о том, что именно, не стала. И так щеки алеют, как у первокурсницы перед первым свиданием, выдавая с головой. Задержав дыхание, я дрогнувшими пальцами взялась за шторку и резким движением отдернула, стиснув зубы и постаравшись сохранить невозмутимое лицо.
– Да, наверное, ты прав, надо взять это, – протараторила я, вцепившись в плотную ткань и не собираясь давать Логинову возможность разглядывать меня слишком долго и пристально. – Ладно, пойдем босоножки искать.
Только вот задернуть обратно так быстро мне не дали. Сильные пальцы сомкнулись на моем запястье, не давая скрыться в кабинке, пристальный взгляд, горящий откровенным восхищением, медленно оглядел.
– Отлично, – тихо произнес он всего одно слово, и стало еще жарче, а в горле пересохло.
На несколько долгих мгновений реальность отодвинулась, оставив нас вдвоем, и я совершила ошибку, посмотрев в янтарные омуты. В них и утонула, чувствуя, как ослабли колени. Качнулась навстречу, со сладким ужасом осознав, что, кажется, сейчас упаду на Логинова прямо в этом пикантном наряде…
– О, приветик! Куда-то собираетесь вечером? – раздался вдруг смутно знакомый голос, разбивая очарование момента, и я очнулась от наваждения, резко отпрянув в глубь кабинки.
За спиной Романа стоял Юра, один из оперативников бригады Михалыча, только в штатском, и с чисто мужским интересом разглядывал меня. Резко стало неуютно, захотелось спрятаться от его взгляда – я слишком хорошо знала это выражение, но почему-то внимание другого мужчины было неприятно.
– Привет! – Я махнула рукой и поспешно дернула шторку – Логинов, слава богу, отпустил уже запястье.
– Смотрю, свидание удалось, да, Ромыч? – весело спросил Юра, и некоторая развязность его манеры царапнула. – Эх, и почему мне такие девушки не попадаются…
Да я бы с тобой никуда не пошла, даже если бы в моей жизни не появился Логинов, мысленно ответила этому любителю женского общества, поспешно переодеваясь.
– Юр, я не хочу обсуждать эту тему, – спокойно ответил Роман.
– Ладно, я тут вообще с сестрой, давай, удачи, – понятливо попрощался Юра, к моему облегчению.
Я выждала еще несколько минут и только потом вышла, убедившись, что его в отделе нет.
– Не люблю бабников, – буркнула, направляясь к кассе. – А этот тип точно из них.
– У Юрки просто такая манера общения. – Логинов пожал плечами. – Не обращай внимания.
Короткая встреча помогла справиться с эмоциями, и из торгового центра я выходила уже почти успокоенная. В пакете лежали босоножки и платье, и еще оставалась пара часов, чтобы поваляться на пляже под ласковыми лучами заходящего солнца, гревшего, но уже не обжигавшего. Тетки Вари дома не было, я оставила покупки, переоделась и поспешила на пляж, одна. Звать с собой Логинова не стала – ну что со мной случится среди людей, в общественном месте? А как начнет темнеть, вернусь. И вообще хотелось немного побыть одной и уложить мысли, отдохнуть от общества Романа. Слишком уж волновал он меня, и беспокойство до конца не уходило.

Глава 8

На пляже еще оставалось довольно много народу, но я нашла себе свободное местечко немного в стороне от остальных. Плавала, грелась под уже нежаркими лучами заходящего солнца и думала, думала… О том, кем оказался Логинов, об оживших легендах квиллов, об открывшихся фактах моей биографии. Называть одного из тех, кто проводил темный ритуал, своим отцом даже в мыслях не получалось. Разговорить бы мать, конечно, однако обращаться к ней после пяти лет молчания очень не хотелось, даже ради расспросов о моем происхождении. Обойдусь…
Еще пару раз сплавав, вернулась на подстилку, прикрыв глаза и уплыв в дрему, и мысли свернули к моему соседу. Тут же сердце забилось быстрее, разгоняя кровь по венам, в голову полезли воспоминания о наших поцелуях, целых двух уже. О сильных руках. Глубоком, пронизывающем взгляде. Рельефном торсе со скалящимся драконом… Черт. Рвано выдохнула и перевернулась на спину, чувствуя, как внизу живота становится горячо и хочется сильнее свести колени. Определенно Логинов меня волновал, и еще как. Первый за пять лет мужчина, на которого я реагировала подобным образом. Да вообще, по-моему, первый. И снова любопытство с примесью опасения защекотало изнутри, образовав в животе гулкую пустоту. На сей раз, кажется, страха было меньше, чем желания узнать, как это, и дойти до конца.
Испустив еще один нервный вздох, я снова перевернулась, не открывая глаз и погруженная в мысли. А на самом деле, чего я боюсь? Что снова поверю и влюблюсь, а меня предадут? Что мешает сделать это без… чувств? Ведь для секса совсем не обязательна любовь, это у меня какие-то глупые установки, оставшиеся еще с тех времен, когда я была Лизонькой Самсоновой. Рискнуть? Ведь мне же хочется, и очень…
Из размышлений вырвало неожиданное прикосновение к животу теплых губ, и я едва не подскочила, в последний момент удержав испуганный вопль. Резко выпрямилась, распахнув глаза, и поймала смеющийся, с озорными искрами, взгляд Логинова. Он сидел рядом, в футболке без рукавов и в шортах, бесстыдно привлекательный, и весело ухмылялся. Народу, кстати, уже почти не было, и немудрено: солнце наполовину скрылось за морем, отбрасывая золотую дорожку на спокойную воду.
– Сдурел, так пугать? – сердито огрызнулась я, стараясь не обращать внимания на разбежавшиеся по коже от его поцелуя жаркие змейки.
– Не удержался. – Он нахально подмигнул. – Ну, искупнемся и домой? Я гостиницу забронировал на три дня, завтра как раз прием, приглашение будет. И еще кое-что интересное, за ужином расскажу, – невозмутимо добавил Логинов.
– Я накупалась. – Подтянув колени к подбородку, обхватила их руками. – Иди, если хочешь.
Сердце никак не желало успокаиваться, и я старалась дышать ровно, глядя на закат. Роман поднялся, скинул одежду, оставшись в плавках, и стоило больших трудов не пялиться на него, и без того хватало переживаний. И все-таки, пока Логинов шел к морю, мой взгляд не отрывался от его спины, на которой красиво перекатывались мышцы, скользил вниз, до поясницы, и буквально прилип к крепкой заднице, обтянутой плавками. Че-о-орт!! Осознав, что именно рассматриваю, я едва не застонала от могучего приступа смущения и спрятала лицо, уткнувшись в колени. Не буду, не буду смотреть на него! И уж тем более рассматривать пятую точку Логинова! Даже если она такая… притягательная. Фыркнув, поднялась и развернулась спиной к морю, начав одеваться. Фиг тебе, дракон вредный.
Когда сосед вернулся, я уже сидела на гальке, одетая и готовая идти. Роман же, подхватив полотенце, принялся вытираться. Я упрямо смотрела на догоравший закат, а перед глазами стояло рельефное тело, покрытое капельками воды, которые так хотелось стереть пальцем…
– Пойдем? – раздался голос предмета моих напряженных дум, и я поспешно поднялась.
До дома дошли уже в темноте – здесь, на юге, сумерек практически нет, солнце садится, и сразу ночь. В доме горели окна, и Логинов подтвердил мои мысли:
– Варвара вернулась, но сказала, завтра рано утром уедет на весь день. Ну, собственно, мы тоже, я предупредил. – Он распахнул передо мной дверь.
Я с некоторым облегчением сбежала к себе, переодеться и принять душ, и уже даже не пыталась выгнать из мыслей нагло поселившегося там соседа. Утомленно покачав головой и сдавшись, я расчесалась и спустилась в кухню, откуда вкусно тянуло жареной картошкой.
– Вот, садитесь, своя, молодая, с маслицем и укропчиком. – Тетка Варя поставила в центр стола большую сковородку. – Помидоры квашеные, сама делала, колбаска вот, рыбка соленая, покупаю у Матрены. Ее муж сам ловит, а она солит…
Так, под уютное журчание хозяйки, я принялась ужинать, и на сей раз никакого кома в горле, только приятное тепло в груди. Логинов спустился чуть позже, устроился рядом на стуле и потер ладони, осматривая стол.
– Варвара, чур, я мою посуду, – заявил он решительно, накладывая ужин.
– Ну, хочешь – мой, – добродушно проворчала женщина, споро складывая в раковину, потом вытерла руки. – Приятного аппетита, пойду я к себе. – И улыбнувшись напоследок, тетка Варя вышла, оставив нас вдвоем.
– Значит так, – тут же взял деловой тон Роман, отхлебнув холодного домашнего кваса. – Насчет моего запроса по особенностям ритуалов. Тут у нас парад планет намечается, на следующей неделе. И последнее убийство произошло, когда еще одна планета встала на одну линию с остальными.
– О как! – Я уставилась на него, мигом позабыв про свои недавние переживания. – И сколько осталось всего?
– Две. – Логинов покосился на меня и тут же предупреждающе ткнул вилкой. – Не зная, кто он, мы не сможем предупредить следующее убийство, Элис! – строго произнес Роман. – Судя по тому, что всплесков я не ощущаю, он или хорошо экранируется, или эти ритуалы не производят больших возмущений. Так что завтра мы едем на Западный берег и покопаемся там в архивах, может, заодно что-нибудь о Белой пещере найдем, – закончив речь, он вернулся к ужину.
Я же сидела, ковыряясь вилкой в остатках картошки, и, мрачно хмурясь, понимала, что он прав. В окрестностях Мирстона слишком много удобных для ритуала изъятия крови мест, чтобы попытаться поймать маньяка в ночь, когда он его будет проводить.
– И, кстати, думаю, что тело в этот раз мы тоже не найдем, – придавил железобетонным аргументом Логинов.
Настроение упало еще на несколько пунктов, и я отодвинула тарелку. Есть уже не хотелось, я упорно гнала мысли, что совершится еще одно убийство и этот неизвестный окажется на шаг ближе к своей цели.
– Драконам в самом деле не страшна стихийная магия? – немного невпопад уточнила я, вспомнив, как неизвестный нападавший схватился за мой хлыст.
– Ну да, мы же сами – универсальные маги, – кивнул Логинов. – В том числе и стихийные. И да, тот тип был из наших. – Он пристально взглянул на меня. – Еще одна причина, по которой одну я тебя никуда не отпущу, Элис. Тем более мы точно не знаем, кто он такой.
Не хотелось думать, что… убийца может иметь ко мне отношение. Я кивнула и поднялась, не глядя на Логинова.
– Я к себе. Когда завтра выезжаем? – уточнила у него, повернувшись к выходу с кухни.
– До Эльты ехать два с половиной часа, прием завтра в восемь вечера. Думаю, лучше не позже двенадцати, – невозмутимо ответил Роман, словно не замечая моего состояния. – Надо еще осмотреться в городе, на всякий случай.
– Хорошо, – кивнула и направилась к себе.
В комнате, завалившись на кровать, попыталась отвлечься, полазав в Сети, но поймала себя на том, что пытаюсь найти сведения по квиллам, драконам и прочему.
– Да елки, – сердито пробормотала и отложила планшет, скрестив руки на груди.
Противное чувство вины никак не хотело покидать, я все думала о том, кто окажется следующей жертвой, и… Черт. В самом деле предотвратить невозможно. А сильрита может оказаться много и в самом Мирстоне, и в окрестностях, и как понять, где какой камень и вообще какого его обладателя постигнет печальная участь?! Мои невеселые мысли прервал стук в дверь, и она распахнулась, не дожидаясь моего ответа. На пороге стоял Роман, опираясь на косяк, и не сводил с меня внимательного взгляда.
– Двенадцать уже, не хочешь баиньки? – негромко поинтересовался он, выгнув бровь.
Я пару мгновений смотрела на него с недоумением.
– Ты моим папочкой решил заделаться, что ли? – хмыкнула, не понимая, с чего это сосед проверяет, сплю я или нет.
Логинов же улыбнулся как-то подозрительно ласково и произнес:
– Эля, забыла? Пока не поймаем этого чудика, от меня ни на шаг. В том числе и ночью. Хочешь еще за планшетом посидеть – ради бога, только в моей комнате, – категорично заявил этот… дракон вредный.
А меня вдруг бросило в жар, едва вспомнила, что пижамкой так и не обзавелась за всеми приключениями. И спать или в короткой шелковой ночнушке, или в халате. Тоже тонком и коротком. Я длинно вздохнула и выразительно посмотрела на Логинова.
– Уйми свою паранойю, – как можно невозмутимее ответила, тщательно скрывая волнение. – Если он не дурак, а я подозреваю, что нет, второй раз не сунется. Тем более если ты защиту поставил.
– Рисковать не хочу, – не сдавался упрямый сосед. – Мне спокойнее будет, пока мы не знаем, кто это, и что у него на уме.
Я закатила глаза и фыркнула.
– Ром, прекращай. – Я тоже не собиралась уступать. – Глупо.
Он же окинул критическим взглядом мою комнату и хмыкнул.
– Не, ну можем, конечно, здесь спать, но на твоей кровати нам точно тесно будет, – выдал Логинов.
– Да хватит! – уже не скрывая раздражения, отозвалась я и отложила планшет. – Ром, прекращай…
Меня не дослушали. В два шага преодолев расстояние от двери, мой наглый сосед молча наклонился, и через мгновение я уже болталась на его плече, возмущенная донельзя.
– Эй, офигел?! – выпалила и стукнула по спине. – Поставь немедленно!
– Не кричи, Варвару разбудишь, – назидательно произнес Логинов, вынося меня из комнаты.
Я сжала губы и шлепнула его по… ну, куда дотянулась. Не по спине в этот раз. За что немедленно получила ответный шлепок, по той же части тела, и не удержалась от возгласа.
– Не буянь, – проворчал чертов дракон, распахнув дверь в свою спальню.
– Мне переодеться надо! – пропыхтела я, упершись ладонями в его поясницу и предприняв последнюю попытку откреститься от совместной ночевки.
Или хотя бы оттянуть ее…
– Могу свою футболку дать, как раз за ночнушку сойдет тебе. – Меня наконец поставили на пол. – Не фырчи, – усмехнулся Логинов и коснулся кончика моего носа пальцем. – Для твоей же безопасности и моего спокойствия.
После чего подошел к шкафу, достал упомянутую футболку и бросил на кровать. Потом оглянулся, внимательно посмотрел на меня, уже без улыбки.
– Я умываться.
Он вышел, я же покосилась на дверь, обдумывая соблазнительную мысль сбежать к себе. Но отказалась: Логинов настроен решительно и вернет обратно. Или останется в моей комнате, а кровать там в самом деле узкая. Сердито хмыкнув под нос – причем злилась я на собственные расшалившиеся нервы, – подошла к кровати и быстро переоделась, стараясь не думать о том, что очень скоро окажусь в одной постели. Рядом с мужчиной, который меня очень… волнует. Щекам стало тепло, я поспешно выключила верхний свет, оставила только светильник на тумбочке и юркнула под покрывало, свернувшись калачиком на краю спиной к выходу. Старательно зажмурилась, дыша размеренно, но сон затаился где-то на границе сознания, не спеша приходить. Вот черт.
Я чутко прислушивалась к звукам. Вот едва слышно закрылась дверь в ванную, открылась в комнату, тихий, на грани слуха, шорох шагов, шелест снимаемой одежды… Я незаметно сглотнула, снова стало жарко. Потом свет совсем погас, кровать слегка прогнулась под весом Логинова, и я невольно затаила дыхание, ощущая, как гулко колотится в груди сердце. И вдруг сильные руки обняли и уверенно придвинули к теплому телу. Моя спина прижалась к его груди, я испуганно напряглась, забарахтавшись, во рту стало сухо от зашкалившего волнения.
– Да тихо ты, Эль, – фыркнул мне в затылок Логинов. – Спи уже спокойно.
Рук, однако, не разжал. Как и не стал объяснять свой поступок. Я же замерла, каждой клеточкой чувствуя дракона, и от этого пульс лишь учащался. На Романе было только нижнее белье, и это добавляло смущения в ворох эмоций, туманивших голову. Как-то даже позабылись собственные переживания насчет невозможности предотвратить еще одно ритуальное убийство… А вот эта мысль слегка отрезвила и охладила пылающие щеки, только я упустила из виду, что Логинов чувствует эмоции.
– Не считай себя виноватой, Элис, – тихо произнес он, погладив поверх футболки живот. – Неизбежное зло, предотвратить которое ни ты, ни я не в силах. Просто постарайся не думать об этом.
– Хорошо, – прошептала я, прикрыв глаза. – Попробую.
– А тот нападавший приходил сюда, – вдруг добавил он, и у меня все застыло внутри от тревоги. – Прощупывал защиту, но трогать не рискнул. Попытался следилки оставить, тоже не вышло. – Логинов усмехнулся. – Так что осторожность – наше все, Элька.
Его пальцы неожиданно взлохматили мои кудряшки, и по спине скатилась волна горячих мурашек – очень приятное ощущение, тут же захотелось подставиться еще под порцию ласки. А следом, не дав мне толком разобраться в природе собственного желания, к основанию шеи прижались теплые губы. Нежно, осторожно, мягко. Ой-й. Я и не знала, что здесь у меня такое чувствительное место, и от поцелуя вниз по позвоночнику словно горячая капля скатилась, растеклась по пояснице жаркими змейками. Внизу живота поселилась уже знакомая истома, и прерывистый вздох сдержать не удалось. А этот… нехороший дракон отстранился, обнял крепче, прижимая к себе, и шепнул:
– Спокойной ночи, Искорка.
Он издевается?! Какое спокойствие, когда мне под кожу как углей насыпали, а от выходки Логинова и его близости сознание туманилось до пошлых звездочек перед глазами? Как тут спать, скажите на милость? Я выдохнула с перерывами, осторожно пошевелилась, чувствуя, как размеренно поднимается грудь Романа. По закону подлости, захотелось сменить позу, зазудело сразу все тело, и я старалась не думать, к чему именно прижимается моя пятая точка. Черт, и так от смущения не знала, куда деваться. Интересно, когда Логинов уснет, смогу тихонько выбраться из его рук и проветриться немного в окне?
Около уха раздалось неразборчивое ворчание, а потом сосед перевернулся, развернул и меня и решительно уложил мою голову на свое плечо.
– Спи уже, Элька, – пробормотал он, снова запустив пальцы в мои волосы и тихонько поглаживая.
Как ни странно, это помогло. Волнение уползло в дальний угол и свернулось там теплым клубочком, я тихо млела под лаской, и глаза закрылись сами собой, а дыхание постепенно выровнялось. Сон подкрался незаметно, и я провалилась в бархатную темноту, прижимаясь к сильному телу и ощущая, как под ладонью размеренно бьется сердце Логинова. И было так хорошо…

Утро началось с поцелуя. Причем не знаю, как Роман угадал, что я уже не сплю, глаза мои оставались еще закрытыми, и я сонно осознавала, что по привычке лежу практически в позе морской звезды… Только подо мной волнующе обнаженное тело, а футболка задралась почти до груди, и чья-то нахальная конечность лежит на моей пояснице, в опасной близости от обтянутой трусиками попы. Что за беспредел вообще! Кто разрешение давал!
– С пробуждением, – весело известили меня, крепкие пальцы ухватили за подбородок, приподняв голову, и Логинов смачно поцеловал.
Я еще успела заметить искры веселья в янтарных глазах, но возмущенный возглас так и застрял в горле. Роман почти сразу отстранился, широко ухмыльнулся и выпрямился, аккуратно отстранив, пока я сопела, собирая растрепанные мысли и эмоции.
– М-м-м, начинать утро с твоего малинового смущения и волнения с корицей очень… вкусно, Элька, – с выразительной паузой произнес он, я же судорожно одергивала футболку, чувствуя, как неудержимо краснею.
То, что меня вообще-то видели на пляже, из головы совершенно вылетело, и вообще я как бы не в купальнике, а в нижнем белье! Черт. И он, между прочим, тоже…
– Так, умываться, одеваться, собираться, и – выдвигаемся! – бодро скомандовал Логинов, ничуть не стесняясь собственного вида, поднялся и направился к выходу из комнаты.
Пришлось срочно отворачиваться и давать себе мысленный подзатыльник, чтобы не пялиться на его задницу. А потом рысью бежать к себе, прихватив одежду. Немного суматошные сборы помогли отвлечься от переживаний по поводу пробуждения, и после позднего завтрака уже около полудня мы наконец выехали на Западный берег. По пути я задремала, убаюканная негромкой музыкой и мерной дорогой, и благополучно проспала до самого приезда. Только ощутив, что мы остановились, встрепенулась, открыла глаза и огляделась.
– Прибыли, – довольно сообщил Логинов, глуша мотор.
Я огляделась. В Эльте как-то была, после третьего курса, кажется, мы приезжали сюда отдыхать на лето, но жили в горах, на роскошной вилле, и самого города я толком так и не видела. Знала, что он располагался у подножия гор, спускаясь до самого моря узкими серпантинами улочек, на широкой набережной по вечерам любили гулять отдыхающие, и, пожалуй, все. Гостиница, которую выбрал Роман, находилась как раз на одной из таких улочек, красиво вписанная в обломок скалы, с приятным внутренним двориком за высоким забором. Здесь даже ухитрились втиснуть стоянку для постояльцев, где мы и остановились.
– До дворца десять минут езды, пляж внизу по этой дорожке, – махнул Логинов в сторону довольно крутого спуска, терявшегося в тени деревьев. – Но пляж городской, и обычно там народу как тюленей на лежбище. – Он поморщился, вытаскивая из багажника объемную сумку с нашими вещами. – Есть тут пара мест приличнее и спокойнее, завтра можем сходить, все равно до вечера надо время скоротать. Пойдем. – Логинов направился к гостинице, и я поспешила за ним.
В прохладном холле работал кондиционер, у стойки стояла женщина средних лет с приветливой улыбкой, а вот дальше меня ждал сюрприз: администратор, протягивая Роману два электронных ключа, произнесла:
– Номер на двоих с террасой, третий этаж, лифт около лестницы. Завтрак с половины восьмого до десяти утра, ресторан на первом этаже.
В принципе ожидаемо, что он взял один на двоих номер, но… уверена, там не раздельные кровати, и ночевать придется снова вместе. В одной постели. Уф. Логинов уже шел к лифту, и я поспешила за ним, понимая, что момент для возмущения упущен. Да и было бы чем возмущаться, это выглядело бы глупо с моей стороны. Подавив вздох, я зашла за напарником в лифт, мы поднялись на нужный этаж, к нашему номеру.
– Так, у нас есть часа четыре свободных, которые нужно потратить с толком, – заявил Логинов, поставив сумку на пол. – Предлагаю осмотреть окрестности дворца – парк там открыт для свободного посещения, потому как вечером на это времени не останется. А пути отхода на всякий случай посмотреть стоит, – добавил он, пока я осматривалась.
– Хорошо, – рассеянно отозвалась, бросив косой взгляд на широкую кровать, застеленную светлым покрывалом.
С упомянутой террасы открывался красивый вид на море внизу и обрывистую гору слева, на фоне которой белоснежный дворец, частично скрытый растительностью, выглядел игрушечным.
– Но перед этим – пообедаем, – донеслось из номера.
Заботливый какой. Моих губ неожиданно коснулась усмешка, я покачала головой. Напарничек на мою голову… Через некоторое время, освежившись под душем, мы отправились в город. Роман привел в небольшой ресторанчик в конце набережной, где, по его словам, подавали вкуснейшие блюда из свежепойманной рыбы, и мы уселись за столиком. Я взяла уху на пробу и что-то жареное, название не запомнила, Логинов тоже сделал заказ, и когда нам принесли наши тарелки, мы приступили к совещанию.
– Значит, так, – начал Роман, энергично жуя. – Архив находится где-то в подвалах, и туда можно попасть, напросившись посмотреть коллекцию нынешнего хозяина дворца. Мы немного знакомы, он собирает всякие древности, сам имеет археологическое образование. Как я найду вход, осмотрим там все и вернемся в гостиницу. – Логинов бросил на меня косой взгляд. – А завтра вечером пойдем на дело. – Он весело усмехнулся и подмигнул. – Чтобы никто не мешал.
– Звучит как-то не слишком законно, – промычала я, уплетая в самом деле вкусную уху. – А может, если вы знакомы, просто попросишь разрешения честно, а?
Брови Логинова поднялись, он насмешливо фыркнул.
– Дорогой Георгий, в подвале твоего дворца находится архив мифической расы, когда-то существовавшей на земле, можно, мы спустимся и посмотрим его? – с непередаваемой интонацией произнес он. – Так, что ли, попросить? Не дрейфь, Элька, все чисто сделаем, никто и не заметит, что мы там были. Дворец на стандартной сигнализации, электроника, – с пренебрежением добавил Логинов. – А у нас магия в арсенале, и не самая слабая.
Он, конечно, все правильно говорил, но почему-то червячок сомнения никак не желал униматься. Но о своих опасениях я промолчала. После сытного обеда мы отправились осматривать дворцовый парк. Признаться, когда прошла через изящные кованые ворота, внутри невольно все напряглось: а ну как встречу кого-то из прошлой жизни?.. Потому что в этом парке очень любили гулять отдыхающие с соседних вилл, это я отлично помнила. И даже сжимающая мои пальцы ладонь Логинова до конца не прогнала настороженность. Парк спускался к самому берегу моря красивыми террасами, с разноцветными клумбами, розовыми кустами и живыми изгородями из подстриженной туи. Красивыми свечками поднимались кипарисы, тень создавали платаны, каштаны, деревянные решетки с плющом и виноградом. Конечно, имелись уютные уголки отдыха с журчащими фонтанами, в чашах которых плавали золотые карпы и цвели розовые лотосы, ажурные беседки, рукотворные пруды со скамейками в тени. Каскады искусственных водопадов, уединенные гроты – все, чтобы гуляющие получали удовольствие, несмотря на жаркое солнце.
Однако мне было не до романтики, несмотря на то что рядом шагал Логинов. Начать с того, что натягивать сарафан я, естественно, не стала, обошлась шортами и футболкой. Ну и мой спутник вовсе не прогулочным шагом обследовал огромный парк. Конечно, мы не носились галопом, но к концу осмотра я чувствовала каждую мышцу в ногах и с ужасом думала о предстоящем вечере. Босоножки же пришлось брать на каблуке, пусть не очень высоком…
– Так, ближе всего через Верхний парк, в Нижний лучше не ходить, – пробормотал Логинов спустя четыре с половиной часа, когда мы сидели на мраморной, нагретой за день скамейке у одного из фонтанов и любовались на клонившееся к закату солнце.
Точнее, делали вид, что любуемся. Лично я просто кайфовала от того, что сижу, и до окружающих красот мне уже никакого дела не было. Насмотрюсь еще, полагаю. Да и не ради них пришли сюда. Прикрыв глаза, я глубоко дышала, откинувшись на спинку скамейки и вытянув ноги, вполуха слушая Логинова. Он и местную охранную систему успел изучить, пока я послушно изображала глазеющую туристку.
– Камеры слежения только по периметру забора, их легко обмануть отводом глаз, – продолжил делиться наблюдениями напарник. – Датчиков слежения я не заметил, скорее всего они только во дворце на ночь включаются. Ты как? – наконец на меня обратили внимание, и пришлось натягивать на лицо бодрую улыбку.
– В норме. – Я выпрямилась. – Только есть хочется.
– Тогда идем готовиться, времени не так много. – Логинов поднялся и протянул руку. – Поужинаем в гостинице, перед выходом, а то на этих вечерах только фуршеты с закусками. – Он поморщился.
– Знаю, – обронила ухватившись за его руку и постаравшись не застонать – натруженные ноги дали о себе знать.
Давно я таких нагрузок не получала, однако. Занятая тем, чтобы не кряхтеть, как старуха, пока мы шли уже нормальным шагом к выходу, не сразу обратила внимание на зудящее ощущение между лопатками. Чей-то пристальный взгляд буравил спину, и ее моментально обсыпало ледяными мурашками, я напряглась, подавив порыв немедленно обернуться. Вместо этого глубоко вздохнула и негромко произнесла:
– Кажется, за мной кто-то наблюдает. Не из знакомых…
Логинов даже не дернулся. Только сузились вмиг похолодевшие глаза. А потом он как ни в чем не бывало обнял за талию и привлек к себе, наклонившись поцеловать в макушку. От вспыхнувшего волнения я сбилась с шага и чуть не споткнулась, лицу тут же стало жарко, и всему телу тоже. Однако в следующий момент я поняла, что дело не в том, что на Логинова нахлынул порыв нежности.
– Слишком много народу, – раздался его досадливый шепот – Роман ухитрился, не привлекая внимания возможного наблюдателя, осмотреть гуляющих. – Магии не ощущаю, и применять ее самим сейчас очень нежелательно… Придется быть осторожнее. Этого следовало ожидать, – буднично добавил он, выпрямившись, но руки так и не убрал. – Осталось узнать, как этот тип узнал, где мы. Слежку я бы заметил…
– Сильрит? – предположила я. – Или, может, он узнал, что мы нашли этот свиток с легендой?
– А возможно, случайность, и ему просто нужен архив, чтобы найти там что-то, – пожал плечами Логинов. – В любом случае, мы знаем, что он где-то тут. Если это тот, кого ищем, конечно, а не его помощник.
– Может, я вообще ошиблась и это кто-то из тех, кто знал меня раньше, – совсем тихо пробормотала, совсем не возражая против его ладони на своей талии.
– Мы просто будем осторожнее, – повторил Роман. – Не думаю, что об архиве знали многие. В любом случае строить предположения на пустом месте бесполезно.
С этим тоже спорить не стала. Беспокойство никуда не делось, но приутихло, затаившись в глубине души. Мы доехали до гостиницы, сразу поели – до вечера оставалось полтора часа. А поднявшись в номер, я с тоской покосилась на новые босоножки, всерьез раздумывая, не взять ли с собой любимые повседневные, на плоской подошве и ужасно удобные.
– Иди первая, – кивнул Логинов на дверь ванной, и я поспешила воспользоваться великодушием напарника.
Вода принесла временное облегчение, но массаж был бы лучше, конечно. Не просить же Романа о такой деликатной вещи… Запахнув тонкий халат и потуже завязав пояс, я вышла обратно в комнату, шикнув на разошедшиеся эмоции. Разгулявшаяся фантазия подсунула картинку сильных пальцев, касающихся лодыжки, и тело бросило в жар. Переживаний добавил внимательный взгляд сидевшего на краю кровати Логинова, и я нервно выпалила:
– Что?
– Ну-ка, ложись, – скомандовал вдруг он и похлопал ладонью по покрывалу.
Я поперхнулась вдохом и ошарашенно уставилась на него. Даже дар речи пропал от такого, мягко говоря, неожиданного предложения. А Роман хмыкнул, и на его лице появилась довольная ухмылка.
– Не знаю, что ты там себе придумала, Эля, но я всего лишь хочу размять тебе ноги, чтобы в босоножках легче было, – невозмутимо сообщил он, чем вогнал меня в еще большее замешательство.
Напридумала, да, испорченная девчонка. И почему сразу подумала о… о том самом?! Хотя массаж ног та еще интимная процедура, как по мне, но отказаться от соблазнительной идеи силы воли не хватило. Пряча взгляд и сердясь на себя за сумбур в мыслях и эмоциях, я молча подошла, устроилась на кровати, и Логинов тут же положил мои ноги себе на колени.
– Будет немножко больно, но только вначале, – предупредил он, и… его пальцы коснулись натруженной за время долгой прогулки голени.

Глава 9

Разволноваться окончательно не успела: сначала это в самом деле было болезненно. Логинов сильно, уверенно разминал мышцы, я шипела и морщилась, и ни о каком смущении речи не шло. Однако вскоре прикосновения стали нежнее, мягче, а когда он перешел к пальчикам, мне стоило больших трудов сдержаться и не дышать, как загнанная лошадь. Лицо и так горело, и пальцы сжали покрывало, я едва не кусала губы, чтобы не постанывать каждый раз, как сильные руки ласково гладили ступни и лодыжки. Тело закололи сотни невидимых иголочек, жаркие змейки поползли по ногам до бедер, и знакомая истома превратила мышцы в желе. Я облизнула пересохшие губы и пробормотала:
– Это уже не похоже на массаж…
Этот же… не торопясь прекращать безобразие, провел горячей ладонью по щиколотке, аккуратно обхватил и поднес к губам. Я вздрогнула от поцелуя, чуть не закашлялась, подавившись вздохом, и дернула ногу.
– Получше стало? – непринужденно поинтересовался Логинов, отпустив и посмотрев на меня.
В янтарных глазах плясали смешинки, хотя лицо оставалось серьезным. Гад, знал, чувствовал, что со мной происходит! Я резко села, отведя взгляд, и коротко кивнула:
– Да, спасибо. Иди, у нас полчаса, – поспешно встала, отвернувшись, и направилась к шкафу, за одеждой.
Всей спиной ощущая, как на меня смотрят, еле дождалась, когда Логинов скроется в ванной, и не удержалась, показала закрытой двери язык.
– Ходят тут всякие, соблазняют! – едва слышно проворчала и сдернула с вешалки платье.
Когда облачилась в выбранный наряд, под которым, кстати, только трусики из нижнего белья, почувствовала себя одновременно и неуверенно, и волнительно. Отражение показало слегка испуганные глаза, художественный беспорядок в рыжих кудрях и стройное тело, обтянутое тонкой тканью. И не прошлая куколка с пухлыми губками и наивным взглядом, но и не задиристая пацанка, предпочитающая штаны и шорты платьям… В груди что-то екнуло, и я поспешно отвернулась, не желая заниматься самоанализом. Ничего не изменится, после этого вечера наряд отправится в дальний угол шкафа, и вряд ли я еще когда-нибудь его надену.
Очень вовремя из ванной вышел Логинов. И опять, зараза такая, в одном полотенце! Я не удержалась от ехидной реплики, пряча за ней замешательство и смущение:
– А что, халат маленький оказался?
Взгляд Романа прогулялся по мне, оценивающе так, по-мужски, и щеки снова вспыхнули румянцем.
– Я тебя смущаю? – бархатным тоном поинтересовался провокатор, неторопливо подходя к шкафу.
Хорошо, я стояла в нескольких шагах, но все равно уловила знакомый терпкий аромат можжевельника и лаванды, от которого участилось дыхание и пульс скакнул в два раза.
– Да вот еще, – фыркнула я, закатив глаза, и с самым независимым видом прошествовала к стоявшим у стены босоножкам. – Ходи в чем хочешь, ради бога…
За спиной раздалось веселое хмыканье, потом снова хлопнула дверь ванной, и я осталась одна в комнате. Очень вовремя, как раз переведу дыхание и приду в себя. Перед глазами стояло мускулистое тело, кое-где на нем поблескивали капельки, и ехидно скалилась морда дракона на груди… Нервно вздохнув, чуть не оторвала ремешок и дала себе мысленный подзатыльник, строго напомнив, что мы не развлекаться идем, а на дело. И стоило бы правильно настроиться, а не витать в розовых облаках непристойных мечтаний, Элька! Осознав, что называю себя так же, как Логинов, чуть не выругалась вслух. Вот же ж… Дракон наглый!
Конечно, к моменту появления полностью готового напарника ни фига я не успокоилась, волнение бродило в крови щекочущими пузырьками. Глянув же на Романа, поняла, что пропала. Светлая рубашка с коротким рукавом подчеркивала загорелую кожу, несколько расстегнутых сверху пуговиц демонстрировали ямочку между ключицами, светлые же брюки дополняли образ и… Черт. Знакомое мягкое томление волной прошлось по телу, отчего коленки ослабли, и я сглотнула, ощущая настоятельную потребность промочить горло. Можно даже не водой…
– Ну, пойдем? – как ни в чем не бывало сказал Логинов, протянув мне руку и словно не замечая моего волнения.
– Угу, – промычала я, демонстративно не глядя на его ладонь, и шагнула к двери.
Вот еще, чтобы он увидел, как дрожат мои пальцы?! Хватит и того, что эмоции наверняка ощущал.
– Стой! – Едва я поравнялась с Логиновым, вокруг талии обвилась рука и притянула к нему. – Кое-что в качестве дополнения к твоему образу. – Теплое дыхание пощекотало чуть ниже уха, и я едва не поежилась, в первый момент растерявшись и замешкавшись.
А потом рука Романа исчезла, и спустя еще пару секунд передо мной появилась цепочка с каплевидным крупным кулоном из камня, похожего на рубин. Почему похожего? Ну не бывает рубин почти с полпальца величиной, по крайней мере, я не видела. Или?..
– Это что? – Я через плечо покосилась на Логинова.
– Страховка, – невозмутимо пояснил он, поднеся кулон к моей шее и застегивая замочек. – Простенький амулет на моей крови, по нему я найду тебя, если вдруг что случится. Цепочка не рвется, и через голову не снять, – добавил он, и я ощутила тяжесть теплых ладоней на плечах.
А потом изгиба шеи коснулись губы, обжигающе горячие. Я вздрогнула, волнение лизнуло изнутри раскаленным языком, и сердце гулко стукнулось в груди. Логинов уже выпрямился, и его рука медленно провела по спине – обнаженной, между прочим! – добавив мне нервных переживаний, и замерла на пояснице, легонько подтолкнув к двери.
– Теперь точно готовы, – удовлетворенно произнес Логинов.
Мы вышли, и я, справившись с разошедшимися эмоциями, на всякий случай уточнила:
– Так какой план действий?
– Приезжаем, полчасика потолкаемся среди гостей, потом незаметно выходим из общих залов и ищем спуск в подвал, – обрисовал Роман, пока мы спускались на первый этаж. – Основное правило – не разделяться ни в коем случае. Подвалы здесь большие, я смотрел план. Какая-то часть отведена под коллекцию, есть еще винотека, и подозреваю, нам в нее и надо.
– И как будем искать этот архив? – Я через плечо посмотрела на Логинова, выходя из гостиницы.
– Вход заперт магией, и я ее почувствую, – уверенно заявил он, шагая к машине. – Как найдем, сразу возвращаемся, детально все обследовать будем завтра, в спокойной обстановке.
Я кивнула, мы сели в авто.
– Хорошо, поняла.
– Если вдруг заметишь или почувствуешь что-то странное или необычное, сразу говори, – предупредил Логинов, заводя мотор.
Ну это само собой, понятно. Мы доехали до дворца за двадцать минут, оставили внедорожник на стоянке и направились к сиявшему огнями особняку из белого мрамора. Я чинно держала Романа под руку, вокруг нас тоже шли гости самой разной наружности, но объединяло их одно: роскошь и богатство. Пожалуй, я выглядела скромнее остальных, но и элегантнее, а отсутствие статусных цацек на мне, кроме кулона, не причиняло никакого неудобства. Все равно никто из этих людей меня не знает, а я не знакома с ними, вижу первый и последний раз, так какое дело, что там они обо мне думают? Расправив плечи и глядя прямо перед собой, я поднялась по широким ступенькам на крыльцо, дождалась, пока Логинов покажет наше приглашение, и мы вошли во дворец.
Внутри было много пространства и света и почти никакой вычурности. Белая лепнина, резьба по камню, белый или слоновой кости шелк на стенах. Разбавляли это царство сдержанности и холодности яркие пятна цветов, картин, позолота, наборный пол из мрамора разных оттенков и сортов, и в общем и целом дворец производил приятное впечатление. Мы шли по длинной анфиладе гостиных, минуя открытые стеклянные двери на террасу, где тоже прогуливались гости. Радовало, что не приходилось ни с кем здороваться и раздавать направо и налево дежурные улыбки. Я вообще старалась смотреть поверх голов присутствующих, не желая наткнуться внезапно на какой-нибудь привет из прошлого.
А вот Логинов пару раз кому-то кивнул, как я заметила.
– Это парадная часть, за главной залой начинаются уже отдельные комнаты для отдыха, – по пути пояснял негромко Роман. – Там же спуск в подвал. На втором этаже личные покои, туда не пускают гостей, естественно.
– Не слишком большой дворец, – заметила я, переступая порог парадной залы.
– Ну так бывшие владельцы не любили роскошь, – хмыкнул мой спутник, чуть замедлив шаг. – Они же не королями даже были или кем-то подобным. Просто старейшинами, – понизив голос, добавил Логинов.
Откуда-то из глубины зала доносилась приятная музыка, причем живая, и я на всякий случай предупредила, покосившись на Романа:
– Танцевать здесь не буду, даже не проси.
Его рука обвилась вокруг моей талии, мягко привлекла ближе, и чертов провокатор шепнул на ухо:
– Не собираюсь. Станцуешь мне позже, Искорка.
Вот же ж… Очень удачно мимо проходил официант с подносом, и я цапнула бокал с вином, нервно ополовинив его парой глотков.
– А нынешний хозяин дворца тут есть? – выпалила, попытавшись осторожно отстраниться, но кто меня отпустит.
– Да не вижу пока. – Логинов, вытянув шею, пробежался взглядом по гостям. – Хотел подойти, вежливо поздороваться…
Договорить он не успел: к нам приблизился один из местной прислуги, как я поняла из его форменной куртки с золотыми пуговицами.
– Господин Логинов? – уточнил он у моего спутника.
Я ощутила, как под рукой напряглись мышцы, хотя Роман виду не подал, что его что-то насторожило. Повернул голову к молодому человеку, одарил вопросительным взглядом:
– Да?
– Господин Егоренко просил передать, что ждет вас в Ореховом кабинете, здесь, на первом этаже, – передал посыльный. – Он хотел обсудить вопрос приобретения новинки для своей коллекции.
– А что же господин Егоренко не подошел ко мне лично? – с безмятежной улыбкой вежливо уточнил Логинов.
Предплечье под моими пальцами стало каменным, но на лице Романа не дрогнул ни один мускул. Посланец с искренним недоумением посмотрел на моего спутника.
– Не знаю, меня не известили, – тем не менее ответил он на вопрос. – Так что передать господину Егоренко, вы подойдете?
Роман покосился на меня, в его взгляде мелькнуло сомнение, и я отлично понимала почему. С одной стороны, похоже на правду: Логинов же сказал, они шапочно знакомы с хозяином дворца. С другой… это может быть попытка разделить нас. Наконец он все-таки решился и кивнул:
– Да, подойду. Я знаю, где Ореховый кабинет, не надо провожать.
Молодой человек скрылся среди гостей, а Логинов повернулся ко мне и одарил строгим взглядом.
– Отсюда – ни ногой, Элис, поняла? – негромко произнес он. – Здесь достаточно много народу, случайных свидетелей, чтобы тебе попытались причинить вред. Ничего не пей и не ешь, – добавил Логинов, и его пальцы коснулись кулона, погладили.
Я едва не отпрянула, когда подушечки словно невзначай задели кожу, оставив на ней россыпь колких мурашек, но возмутиться не успела: от камня вдруг пошло тепло и внутри вспыхнула едва заметная звездочка.
– Я вернусь через полчаса самое большее. – Роман серьезно посмотрел мне в глаза. – Даже если тебя будут куда-то настойчиво звать, убеждая, что я попросил прийти, жди здесь.
– Хорошо, – так же серьезно ответила я и кивнула.
Изнутри скреблось противное предчувствие, но ничего настораживающего в зале я не замечала и не чувствовала. Ни чужих взглядов, ни враждебной магии. Однако невидимое напряжение в воздухе росло, мне очень не нравился этот внезапный вызов Логинова к хозяину дома. В самом деле, почему он сам не подошел и не позвал? Настолько пафосен и высокомерен, что ли?
– Осторожнее там, – обронила, обняв себя руками и скользнув рассеянным взглядом по гостям.
Никого опасного или подозрительного. Роман улыбнулся уголком губ и коснулся пальцем кончика моего носа.
– Приятно, что беспокоишься. – Он подмигнул и отошел, скрывшись в направлении второго коридора.
Я же, постаравшись унять нервную дрожь, отошла к окну, обхватив себя руками и отвернувшись от всех. Все чувства оставались обостренными до предела, я внимательно прислушивалась и к интуиции, и к магии, но все оставалось тихо… Ровно пять минут после ухода Логинова. А потом за спиной раздался удивленный, давно забытый голос с нотками недоверия:
– Елизавета?.. Лиза? Это ты, Лиза?
Мои плечи вздрогнули и закаменели, я вцепилась в них так, что ногти наверняка оставят следы. Как не порвала тонкое кружево, не знаю. Вот и накаркала, Элис, прошлое все-таки нашло тебя. Мышцы скрутило в тугой узел так сильно, что к горлу подкатил горький ком тошноты. Но черт меня возьми, если снова впущу его в свою жизнь. Я сильная, я смогу. Вздернув подбородок, медленно оглянулась, внутренне подобравшись, и встретилась взглядом с той, о которой старалась не вспоминать эти пять лет. Растянула губы в холодной равнодушной улыбке и небрежно ответила, не отводя глаз:
– Простите, вы ошиблись. Меня зовут Элис.
Мать почти не изменилась за эти годы, разве что высокомерия поубавилось. Высокая прическа, сапфировый с бриллиантами гарнитур из колье и серег, длинное платье из темно-синего шелка, облегавшее фигуру, с глубоким декольте и разрезом спереди выше колена, от которого юбка расходилась красивыми волнами. Как всегда, безупречна, элегантна и притягивает взгляды окружающих. Светская львица.
– Да нет же, Лиза, это ты! – не поняла намека она, жадно вглядываясь в меня. – Только зачем ты постриглась, у тебя были такие красивые волосы…
– Вы не поняли, мое имя – Элис, – чуть резче, чем хотела, повторила я, молча проклиная все на свете и поглядывая на вход – может, Логинов вернется раньше?
Женщина слегка нахмурила идеальные брови, сжав тонкими пальцами ножку бокала с вином.
– Ты что, до сих пор злишься на меня за…
Не дослушав, я молча развернулась и вышла на террасу, наплевав на просьбу Логинова и возможные последствия. Здесь тоже достаточно народу, проветрюсь, прогуляюсь немного и вернусь. Надеюсь, до матери все же дойдет, что я не желаю с ней общаться. Интересно, что она тут делает? Отдыхает? Кажется, я заразилась паранойей от Романа и теперь везде подозревала подвох, в случайность нашей встречи не верилось. С другой стороны, мой напарник раздобыл приглашение в последний момент, а мать всегда все заранее делала и не могла точно знать, что я тут буду. Или… могла? Нахмурившись и не обращая внимания на окружающих, я медленно брела вдоль резных каменных перил террасы, углубившись в напряженные размышления.
Допустим, она не теряла меня из виду эти пять лет, держась на расстоянии, и знала, что я уехала из столицы в Мирстон отдыхать. Но всех нюансов моего отпуска этой женщине точно не могло быть известно. Случайность или нет? И если последнее, кто ей сказал и как этот кто разведал мою биографию?! Между прочим, мое настоящее имя нигде больше не упоминается, и по официальной версии Елизавета Самсонова уехала из столицы за границу, по приглашению в солидную фирму. Мать сохранила в тайне мой проснувшийся дар. Конечно, такой конфуз. Тогда какого черта она решила сейчас подойти ко мне, если все эти пять лет держалась на расстоянии, не пытаясь помириться? Я остановилась, уставившись в темноту прищуренным взглядом. Сначала приглашение Логинову, потом эта встреча для меня. Кто-то хотел нас разделить, ясно, как день.
– Лиза, ну подожди! Подожди же! – раздался за спиной ненавистный голос.
Она попыталась ухватить меня за руку, и эмоции рванулись по венам жидким огнем. Меня как током ударило. Ярость, злость, обида – я еле удержала магию, резко развернувшись и перехватив тонкое запястье, сжав его с такой силой, что браслет врезался в ладонь. Увидела испуг в глазах и почувствовала удовлетворение.
– Не смей. Меня. Касаться, – отчеканила, балансируя на грани.
Очень хотелось отпустить силу и оставить на белоснежной коже безобразные ожоги, но – не стала устраивать скандал на глазах у всех. С отвращением отбросила руку и отступила назад, а потом развернулась и зашла обратно в зал. Логинов, черт возьми, где тебя носит?! Неужели и правда хозяин дворца что-то хотел обсудить?.. Окинула взглядом помещение, не нашла напарника и стремительно направилась к тому коридору, где он скрылся. Голова вдруг резко закружилась, в ногах появилась слабость, и я едва не споткнулась. Зар-раза, что такое? Воздуха стало не хватать, я почти выбежала из зала, завернув в первую же комнату, оказавшуюся пустой к моему облегчению. Упала на диван, тяжело дыша, тело била крупная дрожь, и по спине холодной змейкой скользнул страх. Уверенность, что встреча не случайна, окрепла, только что это дало? Мать не обладала никакими способностями, я ничего не пила, не ела, и как понимать собственное состояние?!
– Элис? Эля, что случилось? – А вот этот голос я была безумно рада слышать.
Сфокусировала взгляд на появившемся в комнате Логинове, его встревоженном лице и даже смогла криво улыбнуться.
– Н-неприятная встреча, – выдавила, делая глубокие вдохи. – Привет из прошлого…
Роман стремительно пересек комнату и опустился рядом на диван, внимательно глядя на меня, его рука крепко обхватила мою талию, а ладонь медленно провела вдоль тела, не касаясь. Он поморщился, пробормотал нечто, похожее на ругательство, и встряхнул кистью, будто убирал что-то невидимое. На мгновение кожи словно коснулись липкие нити, от неприятного ощущения перехватило горло и подкатил горький ком. А потом воздух вокруг вспыхнул багровыми искрами, и дышать стало легче, головокружение тоже прошло.
– И что это было? – спросила я охрипшим голосом, чувствуя, как уходит слабость.
– Простенькая, но действенная дрянь, – хмуро сообщил Логинов, продолжая внимательно смотреть на меня. – Если бы не мой кулон, ты бы уже валялась без сознания, а эта хрень бы растворилась, забрав с собой часть твоей силы. И мы бы сейчас не за архивом лезли, а везли тебя домой. Амулет дал мне знать, что что-то не так, и заодно принял на себя часть магии, замедлив ее действие. А теперь по порядку, с подробностями, что случилось. – Он окинул меня недовольным взглядом: – И какого черта ты ушла из залы!
– Сначала скажи – была встреча или нет? – уверенным голосом спросила я, ощущая, как возвращаются силы, и села, заодно подвинувшись дальше от Романа.
Слишком уж он подавлял и слегка нервировал, нависая надо мной.
– Георгий хотел поговорить, это так, но не на этом вечере. – Логинов, к моему облегчению, не стал спорить. – Мы встретились, когда я возвращался от его кабинета, не дошел до него. – Напарник хмыкнул. – Может, и меня там сюрприз какой поджидал.
Я сдвинула брови, не слишком довольная услышанным.
– А тот парень, который передавал тебе послание? – Подозрение в том, что все эти нелепые случайности подстроены специально, превратилось в уверенность.
– А вот это я проверить не успел. – Логинов чуть наклонился вперед, упершись второй ладонью в сиденье дивана опасно близко с моим бедром, и я невольно вжалась в мебель. – Моя очередь задавать вопросы. Рассказывай, – потребовал он. – Все подробно, даже мелочи.
Задвинув эмоции поглубже, я бесстрастно поведала о встрече с матерью, глядя поверх плеча Романа. Мой голос даже не дрогнул, звучал ровно и спокойно. Черт, я не думала, что это так всколыхнет меня. Приходилось прикладывать усилия, чтобы не думать о… о прошлом, в общем. Когда я закончила, Логинов подобрался, в янтарных глазах вспыхнул огонек.
– Значит, она до тебя дотронулась? – уточнил он, и я кивнула, едва не передернувшись от воспоминаний.
В самом деле, от этого прикосновения хотелось помыться. Нет, свежа еще обида, и простить эту женщину в ближайшем будущем я точно не прощу. Может, когда-нибудь, много позже.
– А украшения на ней были какие-нибудь? Кольца там, что-то такое? – снова спросил Роман.
– И кольца были, и браслет, – снова кивнула я. – Когда ее за руку схватила, точно помню.
– Ну понятно. – Логинов поморщился. – Эту магию легко можно на драгоценности прицепить. Так тебя и зацепило.
– Да я уже догадалась, что она не просто так тут появилась, – буркнула, скрестив руки на груди, потом покосилась на собеседника. – Кто-то очень хорошо меня знает, Рома. В том числе мое прошлое.
– И этот кто-то упорно старается отвлечь нас от архива, – задумчиво подхватил Логинов, погладив пальцами губы и продолжая смотреть на меня.
А мне стало вдруг здорово не по себе. Единственный, кто мог пригласить мою мать сюда, кто вообще мог знать, что она имеет ко мне отношение, это… Я испуганно воззрилась на Логинова, в догадку верить не слишком хотелось.
– Это… мой отец? – почти шепотом произнесла я, поежившись.
Роман склонил голову, ответив не сразу.
– Не люблю делать поспешных выводов, но очень похоже, – наконец произнес он. – Предлагаю все-таки прогуляться до подвалов, осмотреть там все.
– Посыльный, – напомнила я, подняв палец.
– Архив важнее, – мотнул головой Логинов и поднялся, протянув мне ладонь. – Как себя чувствуешь? Осилишь небольшую прогулку?
Я пожала плечами, тоже встала и скинула босоножки с громким вздохом облегчения.
– Вот теперь осилю, – невозмутимо кивнула, от недавней слабости не осталось и следа.
Хороший способ отвлечься от эмоций и воспоминаний, жегших изнутри углями. Я тряхнула головой и направилась мимо него к выходу, только у самой двери меня нагнали, и вокруг талии обвилась рука, прижав к сильному телу. Я замерла, в груди тут же образовалась гулкая пустота.
– Ты точно в порядке, Искорка? – тихо спросил Логинов, щекоча дыханием шею.
Теплая волна прошлась до самых пяток, всколыхнув волнение, аромат можжевельника и лаванды окутал невидимым облаком.
– Да, – как можно тверже ответила я. – Пойдем.
Меня отпустили, но тут же взяли за свободную ладонь, и высвобождать пальцы не хотелось…
– Здесь близко, – как ни в чем не бывало произнес Роман, выходя из гостиной.
– За нами не следят? – высказала я тревожную догадку. – Я не знаю, видел ли кто меня, когда из зала выходила…
– После столкновения у дома он вряд ли полезет в лоб снова, – уверенно ответил Логинов, ведя меня за собой куда-то в глубь дома. – Даже если наблюдал издалека и увидел, что его попытка не принесла результата, скорее всего, молча кусает губы и ругается. – Он повернул ко мне голову и улыбнулся уголком губ. – Так, нам сюда. – Передо мной распахнули стеклянную дверь, и я оказалась во внутреннем дворике. – Только сделаем вот так.
В следующий момент я оказалась на руках Логинова. От неожиданности поперхнулась вдохом, чуть не выронила босоножки, и опять пришлось сражаться с чертовым волнением, мешавшим думать и вести себя нормально.
– Логинов, я не инвалид, между прочим! – наконец собрала мысли в кучу и издала возмущенное пыхтение.
– Ну да, только ноги у тебя босые и в босоножках ты не привыкла, – невозмутимо ответил этот чешуйчатый нахал, сворачивая в приоткрытую деревянную дверь с круглым верхом. – А полы там каменные, и твой хлюпающий нос и чихание в перспективе меня совершенно не устраивают. Так что сиди и терпи, – ухмыльнулся Логинов, и его губы легко коснулись моей розовеющей с каждым мгновением сильнее скулы.
Ох. За все пять лет я не чувствовала себя настолько девушкой, сколько за эти дни, проведенные с Романом. Причем не в смысле, что вернулись утонченные манеры и я обратно влезла в платья и юбки, а… Черт. Осознание шло изнутри, и больше всего пугало то, что мне нравилось внимание Логинова. И я опасалась, что если у нас все случится… Не захочется ли большего?
– Так, здесь выставка, – ворвался в мои сумбурные размышления голос предмета оных. – Вроде в конце переход в винные подвалы.
По сторонам я не смотрела, особо не интересуясь археологическими древностями, больше сражалась с собственными мыслями и эмоциями, вышедшими из-под контроля. Логинов нес меня легко, будто я ничего не весила, а я с каждым шагом все острее ощущала его сильное тело, еще и рука на обнаженной спине добавляла переживаний. Мы дошли до конца выставки и вошли в небольшой коридор, закончившийся еще одной дверью. За ней в самом деле оказался винный подвал, заполненный бочками и стеллажами с бутылками. Логинов остановился, осмотрелся и шагнул к деревянной скамейке у стены, усадил меня на нее.
– Сейчас проверим, – пробормотал он и выпрямился, встряхнув кистями.
Я с любопытством уставилась на него, положив босоножки и обхватив себя руками – здесь было прохладно, и, оставшись без прикрытия теплого тела, я поежилась. Роман покосился на меня, на его лице мелькнуло недовольство, и в следующий момент меня невидимым одеялом окутало тепло.
– Я быстро, – обронил напарник, и с его пальцев сорвались золотистые звездочки.
Они поплыли в воздухе и сначала беспорядочно роились, как светлячки, а потом вдруг вытянулись в линию и направились в дальний конец погреба, где тот изгибался буквой «Г». Мои брови поползли вверх, а Логинов удовлетворенно кивнул.
– Ага, – хмыкнул он. – Отлично. Сиди тут, я посмотрю, – после чего направился в ту сторону.
Как ни хотелось тоже посмотреть, я осталась на месте. Подобрала ноги, поглядывая на спину Логинова, прислушалась на всякий случай, не идет ли кто – за дверью было тихо. Напарник скрылся за поворотом, а через пару мгновений я услышала довольный возглас, и на губах появилась улыбка. Значит, что-то нашел. Через несколько минут Роман вернулся.
– Так, печати на месте, архив там, за стеной. – Он махнул рукой за спину. – Завтра часикам к одиннадцати пойдем на дело. – Логинов усмехнулся и снова взял меня на руки. – А теперь в гостиницу, отдыхать и готовиться, – решительно заявил он, и мы направились обратно к выходу.
Прозвучало как-то очень многозначительно, и сердце трепыхнулось в груди. Из подвалов мы вышли, и на улице меня поставили на землю с явной неохотой. Но мне не сильно хотелось, чтобы кто-то из гостей ненароком заметил, как меня тащат на руках – слишком запоминающееся зрелище, поэтому я надела босоножки, и мы пошли к воротам. Хорошо, не через общие залы, а в обход, по улице. Еще одну встречу с матерью я бы точно не пережила, и так нервно оглядывалась и пристально вглядывалась в гостей, попадавшихся нам по пути. Логинов ничего не уточнял, только крепче сжимал мою руку, и лишь когда мы сели в машину, я не сдержала облегченного вздоха.
– Поехали отсюда, – пробормотала, обхватив себя руками и прислонившись к стеклу.
Воспоминания упорно не желали убираться в дальний угол, и приходилось прилагать усилия, чтобы справляться с комом в горле и нежданными злыми слезами. Если это в самом деле подстроил тот, кто являлся моим отцом… Сволочь. Я только научилась жить настоящим! По крайней мере, надеялась, что научилась, и даже почти решилась на важный для меня шаг! И тут… Она. Да к черту. Сжав губы, я прикрыла глаза и попыталась не думать о встрече, но получалось плохо. Хорошо, Логинов не приставал, молча вел машину, и я только чувствовала, как он время от времени смотрит на меня.

Глава 10

Когда зашли в гостиницу, он вдруг вручил мне ключ и подтолкнул к лифту.
– Поднимайся, я сейчас, – с ну очень загадочным видом обронил Роман и скрылся в направлении бара, откуда доносилась музыка.
Я пожала плечами, направилась к лифту, а закрыв за собой дверь номера, вышла на террасу, глядя на мерцающий внизу огнями город. Теплый ароматный ветерок шевелил волосы, вовсю пели цикады, мерцали звезды на таком близком небе. Романтика, черт возьми. Так какого хрена я никак не могу отделаться от воспоминаний? Позади послышался звук открывшейся двери, но я даже не обернулась. Хочу побыть одна и справиться сама, не в первый раз. Только далеко углубиться в размышления снова не получилось: в номере раздался негромкий хлопок, а потом… зазвучала музыка. Такая, как я люблю: южные ритмы, одновременно задорные и тягучие, рождавшие внутри смутное томление и от которых дыхание учащалось. Грустить и предаваться тоске под них казалось кощунством. Вот же ж, дракон, а! Психолог на мою голову, и ведь понял, что у меня нет желания разговаривать!
Хмыкнула, покачав головой, и даже уголок губ пополз вверх в намеке на улыбку. Шагов я снова не услышала и едва не вздрогнула, когда через плечо протянулась рука с бокалом.
– Конечно, не коллекционное из подвалов господина Егоренко, но тоже неплохое, – бодро сообщил он. – Думаю, надо отметить успешное начало наших поисков.
Я на мгновение задержала дыхание, старательно утрамбовывая прошлое обратно в дальний чулан, потом повернулась и взяла бокал, все же улыбнувшись.
– Надеюсь, нам никто не помешает завтра, – голос даже не дрогнул, хотя смотреть на Логинова все же избегала.
Пригубила, одобрительно промычала – вино в самом деле оказалось вкусным, легким и приятным, – сделала еще несколько глотков под внимательным взглядом Логинова. А потом он изрек:
– А давай потанцуем, Эль?
Я замерла, сердце екнуло, и бокал в пальцах дрогнул. Тут же воспоминания о наших танцах не так давно настойчиво потеснили те, от которых я так старательно пыталась избавиться последний час. Музыка звучала, обволакивала, звала за собой, и хотелось, да, согласиться. Но я слишком хорошо помнила, чем закончилось подобное согласие в прошлый раз… Что-то подсказывало, что Логинов поцелуем не ограничится сейчас. Об этом говорил предвкушающий огонек в янтарной глубине, неожиданно мягкая ответная улыбка на полных губах. Прежде чем я справилась с приступом замешательства и решила окончательно, согласиться или нет, из моих пальцев вынули бокал, ухватили за ладонь и притянули к сильному телу.
– Я же чувствую, что хочешь, – выдохнул он на ухо, скользнув горячей ладонью по обнаженной спине до самой поясницы.
Волна дрожи прошла до кончиков пальцев, горло перехватило от двусмысленности фразы, и желание упрямиться окончательно растворилось в жарком волнении. Конечно, я хотела танцевать. Против музыки никогда не могла устоять, как и в этот раз. Она помогала расслабиться, отвлечься, не углубляться слишком сильно в ненужные раздумья. Но сейчас рядом оказался мужчина, спутавший все эмоции, нарушивший покой и растревоживший странные желания, не посещавшие меня ни разу за последние пять лет. И страх не желал до конца уходить, щекоча прохладными лапками. Я прятала глаза, когда наши лица оказывались слишком близко, задерживала дыхание, когда сильные руки уверенно скользили вдоль тела, ведя в танце. Волнение становилось сильнее с каждой минутой, с каждой тягучей нотой, с каждым новым прикосновением.
Меня соблазняли, при этом даже не дотрагиваясь откровенно. Лишь иногда губы прижимались к виску, невесомо касались шеи, рассыпая по коже огненные искорки и заставляя вздрагивать. И… я поддавалась… Снова таяла в руках Логинова, послушно изгибалась, прижималась к нему, чувствуя, как гулко колотится в груди сердце. Сама не заметила, как пропала скованность, появилась легкость, и мои движения стали плавными, чувственными, дразнящими. Огонь пробежался по венам, плавя кости, я отдалась музыке, на несколько мгновений утратив связь с реальностью.
Как мы оказались в комнате, не помню. Мой взгляд остановился на кровати, и, ощутив горячую ладонь на бедре, медленно скользящую вверх, я замерла, со всей ясностью осознав, что… Сглотнула сухим горлом, сердце грохотало в ушах набатом, и я дрожала, захваченная врасплох вихрем эмоций. А вдруг… вдруг Логинов получит что хочет, и… Черт. В голове все смешалось, растерянность и нервное волнение, комната плыла перед глазами, на языке горчило от вспыхнувших сомнений. Я чувствовала, как мгновения утекают, и остановить происходящее уже не смогу… Сильная рука обняла за талию, прижала обнаженной спиной к горячему телу, и жаркое дыхание обожгло шею.
– Эля… – хриплый шепот отозвался дрожью на натянутых нервах, и я беззвучно всхлипнула, прикусив губу.
Я и хотела, и страшилась признаться себе в собственных желаниях. Доверие… Тонкая и хрупкая штука, которая легко разбивается, но собрать осколки потом очень сложно. Мягкие, чуть шершавые губы прижались к чувствительному местечку чуть ниже уха, потом спустились дальше, и голова сама откинулась, а глаза закрылись. Ладонь скользила дальше, неторопливо поднимая платье, и я вцепилась в обнимавшую меня руку, не зная, остановить или позволить продолжать. Дорожка из поцелуев пролегла по плечу, до самого края кружева, и у меня вырвался судорожный вздох. Жар растекался по телу, я облизнула пересохшие губы, а через мгновение их накрыл настойчивый и одновременно нежный рот, отвлекая от ненужных метаний и сомнений.
Логинов в самом деле знал, что делать. Когда его язык скользнул по моим губам, мысли закончились, и сомнения тоже. Остались эмоции и желания, смелые, волнующие и чуть-чуть пугающие. Моя ладонь оказалась на его шее, пальцы зарылись в волосы, и я повернулась, прижавшись ближе. Мой ответный поцелуй был точно увереннее, чем в прошлые разы, и лишь где-то на краю сознания мелькнуло ощущение, что рука Ромы уже совсем не на бедре. Осмысление этого факта заняло некоторое время, я не могла одновременно думать о горячих пальцах, погладивших ягодицы поверх кружева белья, и губах, не отпускавших мой рот. Поцелуй давно перестал быть нежным, а мое запоздалое смущение утонуло в новой жаркой волне, прокатившейся по телу. Между тем пальцы уже скользнули по пояснице и выше, поднимая платье, коснулись спины…
Я со всхлипом отстранилась, тяжело дыша и уставившись на Рому ошалелым взглядом, мои руки вцепились в его плечи, а тело трясло от зашкаливавшего волнения. В глазах напротив бушевал огонь, а решительное выражение лица говорило о том, что останавливаться он не собирается. Ладони поднялись чуть выше, потянув платье за собой, и я инстинктивно прижалась сильнее, могучая волна замешательства плеснула в лицо, опалив щеки и спустившись на шею. Да, я никогда не раздевалась перед мужчиной! И… и в комнате ночник горит…
Около уха раздался тихий хрипловатый смешок.
– Будет удобнее, если я сниму его, Искорка, – шепнул Рома и снова настойчиво потянул платье вверх.
М-мамочки. Я понимаю, что удобнее, но у меня первый раз, мне надо свыкнуться с мыслью, и вообще… Однако он не останавливался, и пришлось зажмуриться и все-таки поднять руки, кусая припухшие губы и пытаясь устоять на ватных ногах. Кровь шумела в ушах, нервы звенели, и на фоне этого оркестра под руководством зашкаливавшего волнения остальные эмоции меркли. Одно движение, и теплый сквознячок невесомо скользит по обнаженному телу, прикрытому только трусиками, а я отчаянно зажмуриваю глаза, и очередной приступ смущения заставляет руки метнуться вперед.
– Ш-ш-ш, ну что ты, – ласково произнес Рома, и я почувствовала, как вокруг запястий аккуратно сомкнулись пальцы, удерживая. Потом меня снова развернули, обняли, и горячая ладонь мягко обхватила грудь. – Ты красивая, Эля…
Я захлебнулась вдохом, замерев в его руках и чутко прислушиваясь к себе. Прикосновение заставило кожу вспыхнуть, а сердце суматошно забиться. Губы Логинова снова заскользили по шее и плечу, отвлекая, волнуя, а пальцы продолжали поглаживать и ласкать мое тело, потихоньку спускаясь по животу. Ой-й. И щекотно, и приятно, и смущение смешалось с желанием настолько, что я потерялась в собственных эмоциях. Проще всего уже расслабиться, в самом деле, и… просто дать Роме возможность сделать то, что он хочет. И я тоже хочу, только стесняюсь и немножечко боюсь. Мелькнувшую было робкую мысль известить его, что у меня совсем мало опыта, отмела. Ну не скажу я сейчас этого, точно. Не когда чуткие пальцы, обведя впадинку пупка, остановились на талии, прямо на резинке трусиков… Прежде чем успела подумать, что делаю, вцепилась в его запястья, не понимая, чего хочу больше, чтобы он продолжил или остановился.
Воздух в комнате сгустился настолько, что стало сложно дышать, его можно было резать тонкими пластами и намазывать, как масло. Губы Ромы переместились на выступавшие позвонки чуть ниже затылка, язык нежно обвел косточки, отвлекая, и я ослабила хватку, прерывисто вздохнув. Тут же Логинов мягко, но настойчиво потянул единственную деталь одежды, оставшуюся на мне, вниз, и… Черт. Снова едва слышно всхлипнула, оглушенная грохотом сердца в ушах, меня трясло от напряжения и волнения, а еще – от ощущений, волнами ходивших от шеи до самых пяток. Я чувствовала себя обнаженным нервом, каждое прикосновение, даже самое легкое, отдавалось покалыванием на коже и жаркой вспышкой внизу живота. Вот когда в полной мере ощутила, что значит плавиться, как кусочек масла на сковородке…
Трусики скользнули вниз, к лодыжкам, а горячие ладони провели по бедрам, оставляя шлейф из мурашек. Такие же горячие губы проложили дорожку из поцелуев вдоль позвоночника, превратив его в воск, я шумно выдохнула и чуть выгнулась, судорожно сжав пальцы. Глаза по-прежнему не открывала, так было легче бороться со смущением, никак не желавшим уходить и щекотавшим в животе невидимыми усиками. А под прикосновениями Ромы становилось все жарче, и дышала я уже приоткрытым ртом, неровно и тяжело. Когда меня развернули и снова поцеловали, я только едва слышно пискнула и… сдалась. Обмякла в сильных руках, вцепившись в Логинова, как в спасательный круг в бушующем море, эмоции сбивали с ног и поднимали в душе настоящий шторм, отключая разумную часть сознания напрочь. Оказавшись вдруг на руках Ромы, лишь ощутила на мгновение, как в груди образовалась гулкая пустота, но настойчивые, жадные губы на моих губах не дали сильно отвлечься на происходящее.
Моя спина коснулась покрывала, и глаза сами распахнулись. Логинов отстранился, и я встретилась с внимательным взглядом, переливавшимся расплавленным янтарем. Я замерла, непослушные губы пролепетали:
– Р-рома…
А он только медленно улыбнулся, мягко прижав мои ладони к подушке и переплетя наши пальцы, и внутренности скрутило в сладком спазме от предвкушения.
– Ты больше не вспомнишь прошлое, – уверенный низкий голос отозвался на оголенных нервах, прокатился по венам огнем.
Дальше… Чуткие пальцы были везде, неторопливо изучали, ласкали каждый изгиб, заставляя вздрагивать от прикосновений и забываться в волнах ощущений. Поцелуи бабочками порхали по разгоряченной, ставшей очень чувствительной коже, оставляя жаркие следы, спускались все ниже, и когда ладони Ромы легли на бедра, мягко, настойчиво раздвигая, я лишь беззвучно всхлипнула, вцепившись в покрывало. Сопротивление длилось доли мгновений, пока очередной обжигающий поцелуй не коснулся самого низа живота, заставив охнуть в голос. Замешательство плеснуло пряной волной, я задохнулась, а потом с тихим, отчаянным стоном послушно развела колени, зажмурившись до разноцветных кругов. И мир завертелся, затягивая в темную воронку наслаждения, нараставшего с каждой деликатной лаской. Я дрожала все сильнее, выгибаясь навстречу умелому рту и позабыв о стеснении.
Это было сумасшествие. Огненный вихрь подхватил, закружил, я стремительно летела куда-то, чувствуя, как напряжение внутри становится все сильнее. Тело превратилось в натянутую струну, звенящую и готовую лопнуть в любой момент. С губ срывались короткие стоны, я металась по постели, задыхаясь от нараставшего наслаждения. Еще один миг в невесомости, растянутый в вечности, еще одно нежное прикосновение языка – и я рухнула в пропасть, разбиваясь на тысячи осколков, содрогаясь от горячих волн удовольствия, раз за разом прокатывавшихся по телу. О-о-о, как же хорош-шо…
Я так и не поняла, в какой момент Логинов избавился от своей одежды, слишком занятая собственными волнительными переживаниями. Просто вдруг, вынырнув из головокружительного омута эйфории, поняла, что меня прижимает к постели обнаженное, очень горячее тело, а губы снова сминает жадный поцелуй. Ой. Сильные руки подхватили под коленки, поднимая ноги, и я лишь успела испуганно вздохнуть, чувствуя внизу что-то твердое и большое… Не удержала тихого вскрика, крепко обняв за шею, боль слегка разогнала туман в сознании, и Рома замер. Я ощущала, как тяжело, неровно бьется его сердце, слышала частое дыхание около уха, а потом раздался сиплый шепот, полный изумления:
– Г-господи… Эля?!
Из горла вырвался нервный смешок, я сглотнула, уткнувшись лицом в плечо Роме. Боль притупилась, тело немного свыклось с изменениями, и я осторожно пошевелилась, глухо отозвавшись:
– Ну… так получилось…
Собственный голос звучал немного хрипло, пульс зашкаливал, мгновения тянулись, и наконец Рома шумно выдохнул и сделал первое, медленное движение. От необычных, непривычных и ярких ощущений перехватило горло, они плавно нарастали, и дремучие инстинкты брали верх, помноженные на эмоции. Тело само подстраивалось, усиливая набиравшее обороты удовольствие, только глубже и острее, чем в первый раз, и я снова улетала, обнимая Рому крепче с каждым толчком, прижимаясь ближе. Это было волшебно, упоительно, и мир расцвел новыми красками, сверкая и переливаясь. Мои стоны звучали все громче, огонь мчался по венам, сжигая все на своем пути, дрожь предвкушения становилась сильнее, пока наконец внутри не взорвалось солнце, окатив горячими брызгами и снова погрузив меня в блаженную нирвану наслаждения. Тягучий, долгий стон Ромы раздался буквально несколькими мгновениями позже, и мышцы под моими руками расслабились, а мягкие теплые губы нашли мои, подарив безумно нежный поцелуй.
Надолго погрузиться в томную слабость, наполненную последними отголосками случившегося, мне, конечно, не дали. Логинов перекатился, и выпрямился, опершись спиной на подушку и усадив меня лицом к себе. Его пальцы крепко, но аккуратно держали мои запястья, не давая прикрыться от вновь вспыхнувшего смущения под его пристальным взглядом. Щеки потеплели, я заерзала, отведя глаза и чувствуя себя слегка неуютно: как держаться после всего, было не совсем понятно.
– И почему не сказала? – требовательно спросил Рома, вгоняя меня в еще большее замешательство.
Я фыркнула и за иронией скрыла растерянность:
– И как ты себе представляешь? Прости, дорогой, я немножко девственница?
О-о-о, боже, лицо уже просто пылало, я не знала, куда себя девать под этими слегка насмешливыми глазами.
– Черт, Эля, я был бы осторожнее…
– Все нормально, и закрыли тему, – оборвала я, умирая от смущения и прерывисто вздохнув.
Это в самом деле было так, а небольшой дискомфорт в деликатных местах к утру пройдет, не сомневаюсь. Логинов протяжно вздохнул, притянул к себе и обнял, чмокнув в макушку. Сразу стало так тепло, уютно и спокойно, а на лицо так и просилась мечтательная улыбка. Но… могу ли позволить такую роскошь?
– Если вздумаешь делать вид, что между нами ничего не происходит и сегодняшняя ночь не имеет значения, отшлепаю, – проворчал вдруг он, обняв двумя руками и устраивая удобнее на груди. – Я безумно рад, что ты досталась только мне, – понизив голос до бархатистых тонов, добавил наглый дракон с отчетливым довольством.
– Эй! Никому я не доставалась!.. – тут же возмущенно вскинулась я, несильно стукнув его в грудь.
Ну конечно, договорить мне не дали, заткнув рот смачным поцелуем, еще и за подбородок придержав, чтобы не отвертелась.
– Вот ты говорливая, Искорка, – со смешком произнес Рома спустя несколько минут, потом выпрямился, придержав сердито сопящую меня, и заявил: – В душ и спать, хватит с тебя на сегодня переживаний.
Да уж, верно замечено. Только с водными процедурами я могла прекрасно справиться и одна. Но кто же мне позволит. Похоже, кое-кто задался целью засмущать меня сегодня до цвета свеклы, и я так и не решилась удовлетворить робкое любопытство, упорно не опуская взгляда ниже груди Логинова. А чья-то понимающая усмешка на слишком довольной физиономии усиливала мое замешательство в разы… Наконец я растянулась на кровати, в кольце сильных рук и с удобным плечом под щекой, и моментально провалилась в сон. Этот долгий волнительный вечер закончился наконец-то.

Элис давно спала, тихонько сопя и прижавшись к нему теплым расслабленным телом, а Рома все никак не мог отвести взгляда от ее лица. Его собственные эмоции еще бродили в крови, на языке оставался легкий привкус ванильной карамели – наслаждения Элис. Ох, какой же она оказалась нежной и страстной, отзывчивой и совершенно очаровательно смущалась. Сердце Логинова вспорхнуло шариком к горлу, он осторожно пошевелился, прижав девушку крепче, и улыбка на его губах стала шире.
Маленькая огненная ведьма, раненная в душу и никого до сих пор не подпускавшая к себе слишком близко. И его пыталась тоже держать на расстоянии, только у Логинова было другое мнение на ее счет. Драконье чутье никогда не подводило, и, найдя свою женщину, других он просто переставал замечать. А уж с Элис… Едва ощутив, что он у нее первый, Рома чуть не оглох от торжествующего рева внезапно очнувшегося от долгой магической спячки зверя. Вот это был сюрприз так сюрприз, печати обожгло весьма ощутимо.
И сейчас одна только мысль вызвала волну тихого восторга и чисто мужской гордости. Логинов медленно выдохнул, поправил покрывало на плече Элис – все же ночи здесь, в предгорьях, были прохладными – и уткнулся в кудрявую макушку. Его девочка. Теперь уже точно его, свое он не отпустит.
– Спи, родная, – едва слышно шепнул Рома и прикрыл глаза, наконец уплывая в мягкие объятия сна.

Утро встретило непривычными ощущениями, и спросонья я даже не поняла, почему подушка под щекой равномерно поднимается, матрас такой теплый, а мышцы странно тянет, как после хорошей физической нагрузки. Последняя мысль резко выдернула из сонной полудремы, воспоминания нахлынули волной, а с ними вернулось и смущение. Потому что спала я на Логинове, в одной с ним постели и абсолютно обнаженной. Ой. Щеки вспыхнули, я непроизвольно дернулась, и тут же рука вокруг моих плеч напряглась, удерживая и не давая удрать.
– С добрым утром, – мурлыкнул знакомый веселый голос. – Выспалась?
Ну, в общем да. Хотелось умыться, размяться немного и завтракать. Но для начала надо было собраться с духом и поднять голову, посмотреть в глаза тому, кто сделал меня женщиной. Уф-ф. Лицу стало еще жарче, сердце беспорядочно заметалось в груди, и от волнения перехватило дыхание.
– М-м-м, как же мне нравятся твои эмоции, Элька, они такие искренние, – довольно протянул Логинов, зарываясь пальцами в мои волосы и на корню пресекая мое робкое желание делать вид, что ничего не произошло.
Ну вот как оставаться невозмутимой, а?! Я сама чуть не замурлыкала кошкой, растекаясь по сильному телу Ромы амебой, но все же наскребла в себе храбрость и подняла голову, встретившись взглядом с напарником. Уже и не только…
– Привет, – пробормотала слегка сиплым со сна голосом.
А он, обхватив мое лицо ладонями, накрыл рот долгим поцелуем, лишив на некоторое время возможности соображать.
– Вот теперь утро доброе, – с чувством произнес наглый дракон, отстранившись и глядя на меня с веселой усмешкой. – Завтракать?
Хорошее предложение, особенно чтобы отвлечься от смущающих воспоминаний и мыслей.
– А потом? – подняла брови, стараясь дышать ровно, хотя после такого утреннего приветствия это получалось не очень хорошо.
– Потом отдых и пляж, ты же вроде как в отпуске немножко, – хмыкнул Логинов и коснулся пальцем кончика моего носа. – После ужина пойдем на дело, – понизив голос, добавил он и подмигнул.
Хороший план, мне нравится. Умываясь и одеваясь, вдруг обратила внимание, что вчерашний кулон так и висит на шее, и решила не просить Рому снять. Пусть будет. Мне не мешает, и отличная страховка на всякие неприятные случайности. Мы быстро собрались, позавтракали в отеле и отправились на море. Рома и правда хорошо знал берег и сразу повел в место, где нет назойливых отдыхающих. Правда, пришлось полазать по камням, пока добрались до уединенной бухточки с галечным пляжем, со всех сторон закрытой скалами, но оно того стоило. Тут нам точно никто не помешает.
Только вот когда начала снимать одежду, намереваясь вдоволь поплескаться в теплом море, поймала взгляд Логинова, сидевшего на камне уже в одних только плавках. Он ласково скользил по мне, словно невидимые ладони, и по коже разбежались мурашки, заставив замереть. Внезапно остро осознала, что место действительно закрытое от посторонних глаз, и… Дыхание перехватило от нервного волнения, и я выпалила, бессознательно прижав футболку к груди:
– Что ты так смотришь?
Он что, в самом деле задумал прямо сейчас повторить то, что было ночью?! А Роман вдруг фыркнул и рассмеялся, поднявшись. Я невольно отступила на шаг, насторожившись еще больше, а он отобрал футболку, в которую я вцепилась, как в единственную защиту, ухватил за руку и дернул к себе.
– Любуюсь, знаешь ли, – хмыкнул он в макушку, потом отстранил и взял за руку, заглянув в лицо. – Эля, глупенькая, да не буду я набрасываться на тебя, не делай уж из меня маньяка-то. – Рома тихо рассмеялся. – Я способен сдерживать свои инстинкты, а вот целовать и обнимать буду, – решительно заявил он и вдруг легко подхватил тихо пискнувшую меня на руки. – Пойдем купаться, застенчивая моя.
День прошел для меня непривычно, немножко странно и при этом ужасно мило, в лучших традициях историй о любви. Мы купались, загорали, иногда разговаривали. Приставать ко мне в самом деле никто не собирался, а вот легкие прикосновения, поцелуи невзначай и прочие маленькие нежности стабильно вгоняли в волнительные переживания до самого вечера. И вроде никто мне никаких обещаний не давал, признаниями не разбрасывался, но… Что-то такое мелькало в янтарном взгляде, отчего у меня в животе радостно-испуганно все замирало. В середине дня мы зарезали арбуз, который купили по пути сюда, и жизнь стала окончательно прекрасной. А с закатом отдых закончился, и пришла пора возвращаться в гостиницу, готовиться к вечеру.
Ужинали мы тоже в ресторане на первом этаже.
– Поедем к девяти, – негромко инструктировал Логинов, пока я уплетала жареную рыбу с овощами. – Пойдем через Верхний парк, как я говорил. Не отходи от меня ни на шаг, буду магией прикрывать нас.
– Хорошо. – Я послушно кивнула, чувствуя, как азарт защекотал в крови. – Ты знаешь, как зайти в архив? Что там?
– Он закрыт магией, естественно, замаскирован качественной иллюзией под стену, – объяснил он. – Думаю, смогу снять защиту, вряд ли там что-то сильно накрученное. Мы же уходили отсюда навсегда, – на его губах мелькнула грустная улыбка. – А обычные маги точно не откроют.
Я помолчала, поглядывая на Рому, и рискнула спросить:
– Ты хочешь вернуться?
Логинов помолчал, его лицо стало задумчивым на несколько мгновений, а потом он выгнул бровь и хмыкнул.
– А зачем? – просто отозвался он. – Я уже здесь прижился и даже к печатям привык. Так, все, пойдем. – Рома поднялся, доставая бумажник.
В номере я переоделась в джинсы, решив, что в шортах не слишком удобно, сменила шлепанцы на легкие матерчатые туфли на плоской подошве и в общем была готова. Нервозность и волнение пропали, азарт бодрил, я жаждала подвигов. С воодушевлением посмотрела на Рому – тоже в штанах, темной футболке и кедах, не хватало банданы и кожаной куртки, тогда точно вылитый байкер. Взгляд невольно задержался на выразительных бицепсах, обтянутых трикотажем, мелькнули воспоминания, как нежно эти руки держали меня ночью… Поспешно отвернулась, пряча предательский румянец на щеках, и поспешила к двери. За окном вечер окончательно вступил в свои права, солнце село, и на Эльту опустилась темнота.
Позади послышался смешок, меня моментально догнали и обняли.
– Я уже говорил, что ты очаровательно смущаешься, Элька? – мурлыкнул ужасно довольный голос около уха, и меня легонько подтолкнули дальше. – Идем вершить великие дела, напарница.
Я выдохнула с перерывами, унимая взметнувшиеся эмоции, и направилась к лифту. Вот же ж… приколист. И почему я улыбаюсь до ушей, кто бы мне сказал?! До дворца мы добрались без происшествий, Рома остановил машину вне пределов видимости, и к ограде Верхнего парка мы подходили пешком последние несколько десятков метров. Хорошо, здесь проходила улица и даже стояли частные дома, а фонари горели редко. Припозднившиеся прохожие ни у кого не вызовут подозрений. Осталось только найти удобное место… Как выяснилось, Логинов и это успел сделать во время нашей прогулки в первый день. Крепко ухватив меня за руку, он уверенно шел вдоль забора куда-то вперед, пока мы не оказались в каком-то глухом тупике. Ограда тут упиралась в каменный склон, почти отвесный, и я уж точно не смогла бы на него забраться, да и моток колючей проволоки не внушал уверенности.
– Будем здесь лезть, – тем не менее уверенно заявил шепотом Рома.
– Как? – Я скептически посмотрела на длинные штыри метра в два с острыми концами, соединенные в самом верху перекладиной.
– Я тебя подсажу, перелезешь, только аккуратнее, – предупредил Логинов. – А я следом.
Он присел, подставил сцепленные ладони, я осторожно наступила, и меня легко подкинули вверх. Дальше уже было дело техники, и через мгновение я стояла по ту сторону забора, оглядываясь. Мой напарник же вообще без труда подтянулся, и я засмотрелась на чуть не лопавшуюся на бицепсах футболку, и вскоре Рома стоял рядом со мной.
– Идем, – шепнул он, крепко ухватил меня за руку и шевельнул пальцами.
Воздух вокруг нас пошел рябью, мою татуировку слегка закололо, и мы быстро направились по темному парку. По пути не встретили никого, на наше счастье, а даже если бы и встретили, я верила в магию Ромы. Ну и тут было достаточно кустов, за которыми можно прятаться. Мы добрались до дворца без проблем. Горели только окна на верхнем этаже, та часть, где проходил прием, была погружена в темноту и тишину. Так же легко добрались до подвала – двери были открыты, да и от кого их запирать, если хозяева дома, а чужих тут вроде как не предполагалось. Миновали ряды бочек и стеллажей и свернули в небольшой закуток, где стоял стол для дегустации, и Рома остановился перед обычной каменной стеной.
– Ну, начнем. – Он встряхнул кистями и глубоко вздохнул.
А я замерла на стуле, приготовившись наблюдать за его работой. Дракон вытянул руки, окутавшиеся золотистым мерцанием, и поднес почти к самой стене, но не коснулся. Несколько мгновений ничего не происходило, а потом камни, казавшиеся настоящими, вдруг сморщились, как будто нарисованные на холсте, расползлись, как пленка под огнем, и моим широко раскрытым глазам предстала небольшая дверь из темного дерева, скрепленная широкими полосками из металла. Ничуть не заржавевшими, между прочим.
– Иллюзия не самое сложное, – пробормотал Рома скорее себе, чем мне. – А вот дальше уже интереснее…
Его пальцы заскользили по воздуху, словно ощупывая, и в нем разливался зеленоватый туман, постепенно высвечивая причудливые узоры ярко-красного цвета. Они красиво переливались в неярком свете электрических лампочек и придавали происходящему какой-то нереальный, сказочный оттенок. Логинов довольно долго изучал эти узоры, не прикасаясь, но посылая то искорки, то какие-то змейки. Они искрили и шипели, сталкиваясь с узорами, те вспыхивали, но ничего не происходило. Я слышала, как Рома раздраженно вздыхал, но ничем не могла помочь: уж в драконьей магии он точно понимал больше моего.
Я покосилась на часы: мы тут сидели уже почти час, и, признаться, я начинала немного зябнуть в прохладном подвале. Но отвлекать Логинова не собиралась, только поежилась и тихонько потерла плечи. Рома отступил от стены, потер пальцами подбородок, хмурясь и уйдя в размышления, а потом тряхнул головой и решительно выдохнул.
– Так, ладно, последний способ, – хмыкнул он. – Раз ларчик не хочет открываться.
Откуда в его пальцах оказался нож, я так и не поняла, а в следующий момент Рома резанул лезвием ладонь, крепко сжал, а потом махнул в сторону светящихся узоров.

Глава 11

Капли огня полетели прямо на защиту, и по линиям побежали оранжевые искорки, сжигая магию и очищая воздух. Спустя несколько минут преграда исчезла, и от Ромы донесся очередной шумный вздох. Он обернулся с довольной улыбкой и позвал:
– Пойдем, посмотрим, не зря ли забрались сюда.
Я подошла и только хотела спросить, вдруг сюда ключ нужен, но увидела, что замка в двери нет. Под пальцами Ромы она легко открылась, за ней вниз уходила винтовая лестница. Щелкнув обычным выключателем, Логинов начал спускаться, и я за ним. Любопытство зудело, подталкивало вперед в нетерпении, и, к счастью, лестница оказалась недлинной. Небольшой круглый предбанник, темная арка, и едва мы шагнули туда, как загорелся свет по всему помещению. Я не сдержала удивленного свиста: довольно большое, оно все было заставлено рядами стеллажей, на полках которых аккуратными стопками лежали книги в кожаных переплетах и тубусы со свитками.
– Ни фига ж себе, – протянула я, оглядывая богатство. – И как мы тут искать будем?!
– Да просто. – Рома уверенно направился к одной из полок, потянув за собой за руку. – Тут рубрики есть. Совсем старые записи нам не нужны, если сведения в том свитке верны, то нам нужны самые последние записи, перед уходом… Не здесь, дальше. – Он перешел к следующему стеллажу.
Поскольку Логинов ориентировался здесь всяко лучше меня, я послушно следовала за ним, даже не пытаясь разобраться в надписях на полках. На поиски мы потратили около четверти часа, и нужный стеллаж оказался у дальней стены. Его полки были заполнены не до конца, что говорило о хранении здесь последних записей о жизни драконов на земле.
– Да здесь полные хроники, смотрю, – пробормотал Рома, бегло просмотрев несколько свитков и пару книг. – Здесь уже печатные, а там рукописные были. И нам нужен последний год…
Еще немного времени ушло на поиски нужных записей, и наконец мой напарник издал удовлетворенный возглас и снял с полки нужную книгу.
– Отлично! Так, сделаем-ка вот как. – Он подошел к светильнику, достал телефон и начал листать, время от времени снимая на камеру. – Чтобы не торчать тут до утра за изучением.
Спорить не стала, я тоже не хотела мерзнуть в этом подвале, рискуя в любой момент быть обнаруженной нынешними жителями дворца. Закончив с копированием и вернув записи на полку, Рома посмотрел на меня и обронил:
– Фамилии там тоже есть, я пошлю запрос, узнаю, кто где сейчас.
Я отвела взгляд и сглотнула вязкий ком, моментально вспомнив ритуал в Менгере. Вероятность, что темный шаман – это мой отец, по-прежнему велика, ведь пока все указывало на нее.
– Пойдем, – вполголоса произнес Рома, и мы покинули подвал, а вскоре и дворец.
Иллюзию Логинов, естественно, восстановил и защиту тоже поставил, правда, свою, не ту, которая была раньше. И хотя поводов для беспокойства не было, меня все равно царапало, что у нас так легко все получилось. А ведь этот маньяк рыскал где-то рядом, я печенкой чуяла, хотя ему хватало благоразумия не показываться на глаза и не светиться перед нами. Видимо, демонстрация силы тогда, в доме, его впечатлила. Одно хорошо, может, у него не будет времени заниматься ритуальными убийствами?..
Через Верхний парк так же прошли без проблем и перелезли через забор. Время двигалось к полуночи, и в этой части города жизнь уже замерла окончательно. Мы вернулись к машине по пустынной и полуосвещенной улице, и только когда сели, Рома спросил:
– О чем задумалась?
– Напрягает затишье, – призналась я в своих опасениях. – И вроде понимаю умом, что он не полезет больше нахрапом, а все равно… – пошевелила пальцами в воздухе, не в силах облачить смутные подозрения в слова.
– Мы пока не можем найти его, но и он не хочет лишний раз светиться перед нами, понимая, что мы будем готовы к его встрече, – рассудительно заметил Рома, выруливая на дорогу. – Сейчас боевая ничья, если можно так выразиться, и этим надо пользоваться. Пока мы слегка опережаем его, и если за эти дни до полного парада мы еще и найдем эту загадочную Белую пещеру, будет вообще отлично.
Его ладонь легла на мой затылок, слегка поглаживая, и я немного расслабилась, откинув голову и прикрыв глаза, и запоздало поняла, как естественно выглядела моя реакция. Я даже не задумалась, что и зачем делаю… Да уж, приручение полным ходом.
– А если он узнает, что мы были в архиве и в курсе про Падших? – пробормотала, млея от мягкого массажа.
– Вот тут он может попытаться сгоряча наделать глупостей, – хмыкнул Логинов. – И я подозреваю, что так оно и будет, поскольку этот тип попытался отвлечь нас на этом приеме. Значит, нужно быть вдвойне аккуратными и осторожными.
– Угу… – протянула я, мысли начали путаться, и остаток пути я проделала в блаженной полудреме и расслабленности.
В гостинице, на наше счастье, администратора уже не было за стойкой, а ключ от номера открывал и основной вход. Хорошо, что наше возвращение не видели. Ну, так, на всякий случай. К моменту, как мы поднялись в номер, меня уже распирало любопытство, спать еще не хотелось, и, быстренько сменив джинсы на шорты, я забралась на кровать и требовательно уставилась на Рому.
– Ну, что там в той книге было? – нетерпеливо переспросила я.
Он одарил меня своей фирменной ухмылкой, от которой во мне моментально просыпалось волнение, взял планшет и устроился рядом, притянув к себе.
– Давай смотреть. – Подсоединив телефон, Рома открыл фотки.
А посмотреть было на что. Записи повторяли найденный свиток, только не в таком поэтичном изложении, и дополнялись еще и списком пятерых, пошедших против своих и затеявших недоброе дело. Правда, навороченные имена мне ничего не говорили, и я покосилась на Рому.
– А у тебя тоже есть такое?
– Да, когда-то было, – рассеянно отозвался Логинов, пробегая глазами строчки на экране. – Но сейчас оно мне не нужно, я к своему привык, – повернув голову, он легко коснулся губами моего виска и вернулся к изучению записей.
Как и я. Сухие строчки о схватке, в которой погибли двое, краткое изложение закрытого суда – его вели только десять старейшин, которые и участвовали в задержании, – назначенное наказание, и все. На этом сведения заканчивались. Ну, в общем, все понятно.
– А может, где-нибудь там в архиве и про Призрачных драконов есть и Белую пещеру? – осенило меня, и я приподнялась, посмотрев на Рому.
– Может, и есть, только, не зная, где точно искать, мы проторчим в том подвале несколько месяцев, – ехидно произнес Логинов. – Вряд ли Георгий одобрит такое нарушение своей личной территории. Будем брать за основу то, что рассказал Зенгар, этого хватит. Так, теперь – отдыхать, и надеюсь, к завтрашнему утру у меня будут сведения, куда нам двигаться дальше. Иди, умывайся.
– Да я и не собиралась подсматривать, куда ты там пишешь свои таинственные письма, – фыркнула и, задрав подбородок, сползла с кровати.
– В отделение разведки полуострова, – к моему безмерному удивлению, отозвался Рома, что-то быстро набирая на планшете. – Они в курсе про наше существование. Они вообще много о чем в курсе, – насмешливо хмыкнул он, покосившись на меня. – Им положено.
Ого, знакомства, однако, у моего напарника. Я направилась в ванную, умываться, и только закончив водные процедуры, внезапно осознала, что за дверью меня ждет мужчина и футболки на сей раз мне точно не видать. Конечно, смущение тут же опалило щеки, заметались обрывки мыслей на тему «Хочу ли я, могу ли я…», что делать, если Рома захочет повторить… Задохнувшись от замешательства, я дернула ручку, вывалившись из ванной и избегая смотреть на Логинова, но заметила, что в комнате горит только один ночник, с его стороны. Ожидала ехидных комментариев, он же все мои эмоции слышит, зараза такая, но нет – прошел мимо, ласково взъерошил мои кудри и скрылся за дверью. Смешок вышел сиплым и немного нервным, я поспешно разделась, запрещая себе думать, и нырнула под покрывало, старательно зажмурившись и свернувшись калачиком. Может, успею уснуть, пока Логинов плещется в душе?..
Ну конечно, уснешь тут, когда эмоции так взбудоражены, что даже дышишь с перебоями. Я чутко прислушивалась к шуму воды, и когда он стих, едва заметно вздрогнула и облизнула враз пересохшие губы. Как же тяжело-то, не имея толком опыта. Как себя вести, что делать и как избавиться от этой круговерти в голове?! Пока я сражалась с собственным сознанием, Логинов вышел из ванной – я слышала звук закрывшейся двери, но упорно не высовывала носа из-под покрывала и тем более не открывала глаз. Спустя несколько мгновений покрывало натянулось, кровать слегка прогнулась, и рядом вытянулось теплое тело, вкусно пахнувшее можжевельником и лавандой. Мои эмоции как с цепи сорвались, но я лежала тихо, как мышка, понимая, что умру от смущения, едва попытаюсь озвучить свои далеко не невинные желания. Да, я хотела, чтобы как вчера…
Когда сильные руки обняли и притянули к себе, я вздрогнула, растерялась на миг, а Рома хрипло прошептал мне в губы:
– Твои эмоции слишком громкие и вкусные, Искорка.
А потом уже стало не до размышлений, когда мой рот накрыл настойчивый, долгий поцелуй. И все было даже лучше, чем вчера, потому что на этот раз я вела себя чуть смелее, позволяла больше – и ощущения выходили острее, ярче. И черт возьми, я даже не вспомнила о своих недавних сомнениях и страхах.

Утро началось бодро – с того, что едва я вынырнула из дремы, даже глаза не успев раскрыть, как с меня сдернули покрывало и звонко чмокнули в нос.
– Подъем, Элька, нас ждут великие дела! – громко заявили мне на ухо и, не дав толком прийти в себя, самым наглым образом закинули на плечо.
– Эй, слышь! – тут же возмутилась я, затрепыхавшись, и стукнула ладонью по голой заднице, маячившей перед носом. – Что за беспредел! Проснуться толком дай вообще!
– Вот в душе и проснешься, – невозмутимо ответили мне и в ответ чувствительно шлепнули по моей пятой точке.
Кажется, нечто подобное не так давно со мной уже было. Поскольку я не люблю, когда меня внезапно будят, тем более таким вот способом, помывка прошла бурно и весело, с брызганьем и прочими дурачествами. В процессе ворчливое недовольство благополучно растворилось, и из ванной я вылезала уже в благодушном настроении. Даже не сильно смущалась, когда у меня самым наглым образом отобрали полотенце, мотивировав «Что я там не видел, Элька, иди уже, одевайся». И ведь не поспоришь, мда.
Собираясь, я поймала себя на том, что… мне легко. Впервые за пять лет. Пропала давящая тяжесть с души, и все время тянет улыбаться. Прошлое перестало дергать, как больной зуб, и не хотелось туда возвращаться больше. И это было здорово. А о будущем подумаю позже.
К одиннадцати мы выписались из гостиницы и засели завтракать, Рома достал планшет и проверил почту.
– Оп-па-а, – протянул он, и мое любопытство навострило ушки.
– Что? – немного невнятно спросила, жуя омлет с помидорами и сыром.
– А один из этой троицы живет тут рядом, кстати, единственный, кого не потеряли из виду. – Логинов медленно улыбнулся, янтарные глаза хищно блеснули. – Первые лет сто вел довольно бурную жизнь, потом остепенился, купил виноградник и теперь солидный бизнесмен и винодел. Прокатимся, Элис? – Он выгнул бровь и посмотрел на меня.
Несмотря на холодок по спине, я кивнула:
– Поехали.
– Так, Михалычу отзвонюсь только. – Рома достал телефон и набрал номер. – Привет, это я. Мы тут ниточку нащупали, едем дальше разматывать. Как там, спокойно все? Ага, понял, ну давай, до связи. Все, пошли. – Он оставил плату за завтрак и поднялся. – Тут недалеко, его вилла под Эльтой, около получаса езды.
Вскоре мы ехали по живописной дороге вдоль берега. Справа виднелись обрывистые горы, на склонах которых росли виноградники, внизу слева – утопающие в зелени поместья и виллы.
– Его зовут сейчас Валерий Звонников. – Рома свернул на развилке на довольно крутой серпантин. – Живет один, только любовниц меняет, закатывает шумные вечеринки на своей вилле. Будем надеяться, он расскажет что-нибудь интересное.
Мы миновали небольшой городок, спустились еще немного и наконец уперлись в шлагбаум с будкой охраны. Оттуда сразу вышел широкоплечий охранник с кобурой, но довольно дружелюбным лицом.
– Мы к господину Звонникову. – Рома опустил окно и вежливо улыбнулся. – Он дома?
– Да, у вас договоренность? – уточнил охранник.
– Не совсем. – Мой напарник улыбнулся шире. – Мы с моей подругой тут проездом и, раз уж оказались поблизости, хотели обсудить кое-какие деловые вопросы по поставкам вина.
На меня бросили косой взгляд, я помахала рукой, тоже изобразив улыбку. Нас пропустили, а Логинов вполголоса произнес, проезжая пост:
– Тут простая магическая охранка, засекает оружие любого типа и предупреждает хозяина.
Дорога закончилась у изящных кованых ворот, гостеприимно распахнутых. Около них в тени «гриба» скучал еще один охранник, проводивший нашу машину ленивым взглядом. Ну да, сигнала опасности не поступало, чего дергаться. Мы проехали на территорию непосредственно виллы. Роскошное трехэтажное здание, белоснежные стены, арки, на втором этаже галерея, на третьем – терраса. Балкончики, украшенные кадками с яркими цветами. Чуть в стороне садовник в комбинезоне и кепке подстригал кусты большими ножницами, около одной из клумб сидела женщина средних лет, аккуратно выбирая сорняки. А неплохо этот Звонников устроился, я смотрю. Рома как раз подъезжал к крыльцу, когда из стеклянных дверей вышел сам хозяин виллы. Высокий, темноволосый, привлекательные черты, только все портил слегка высокомерный и какой-то снисходительный взгляд. Одет бывший дракон, а ныне винодел был в светлые брюки и белую рубашку с коротким рукавом. Рассматривая его, я вдруг поймала себя на ощущении, будто Звонников кажется мне смутно знакомым. Может, где-то фотографии случайно видела, не знаю.
Рома вышел из машины, я за ним, и мы приблизились к хозяину виллы, с отстраненным любопытством разглядывавшему нас.
– Добрый день, – поздоровался он первым. – С кем имею честь?
– Роман Логинов. – Мой напарник протянул ладонь, и Звонников пожал ее. – Моя подруга, Элис Самсонова.
– Здравствуйте. – Я тоже вежливо поздоровалась, остановившись рядом с Ромой.
А вот дальше случилось нечто очень странное. Валерий моргнул, в его серых глазах мелькнул слабый проблеск удивления, а потом он переспросил:
– Самсонова? Элис? Вы с Элеонорой Самсоновой родственники?
Внутри все закаменело, челюсти сжались, и пришлось выдыхать с перерывами. Имя резануло, вдребезги разбив спокойствие – несмотря на обретение некоего внутреннего равновесия, это имя я еще не готова была слышать.
– Она моя мать, – выговорила я непослушными губами и каким-то чужим голосом.
Звонников хмыкнул, окинул меня еще одним внимательным взглядом, засунув руки в карманы, и задал следующий неожиданный вопрос:
– Сколько вам лет, Элис?
Озадаченная странными расспросами, я вместо дежурной фразы, что у девушки такое спрашивать неприлично, послушно ответила:
– Двадцать пять. А что такое?
Прищурившиеся глаза Валерия мне не понравились, я внутренне насторожилась, и Рома очень кстати обнял за талию, придвинув к себе.
– Я чувствую в вас родную кровь, – огорошил Звонников, и у меня подкосились колени от внезапной догадки. – Думаю, не ошибусь, если скажу, что вы моя дочь.
Меня как под дых ударили. Ожидала чего угодно, только не такого прямого заявления. И это значило, что наш таинственный маньяк не мой кровный родственник. С одной стороны, облегчение, все же не уверена, смогла бы я убить того, кто дал мне жизнь, пусть никогда его раньше и не видела. С другой… Этот папочка тоже как-то не вызывал особой радости. Смотрел он на меня скорее с академическим интересом, чем с отцовской теплотой.
– Не скажу, что приятно познакомиться, – сухо отозвалась я, благодарная молчаливой поддержке Ромы.
А Звонников неожиданно рассмеялся, потом отступил в сторону и распахнул дверь.
– Не стоит обижаться, Элис, – небрежно произнес он, пропуская нас в дом. – Знаете, сколько у меня было женщин? И сколько из них оказались беременными? Я никогда не ставил себе целью обзавестись семьей, упаси боже. Мне и так очень неплохо живется, – добавил Звонников с явным удовольствием, оглянувшись на нас через плечо.
Мы прошли через просторный холл с выложенным черно-белой мраморной плиткой полом, впереди красивым завитком закручивалась лестница на второй этаж. Я хмуро покосилась на спину этого… Падшего, довольного жизнью, и смирила желание показать ему язык. Не сказать, чтобы я питала какие-то надежды на счастливое воссоединение, привыкла уже к мысли, что отца у меня нет. Но все равно где-то глубоко в душе засел обиженный ребенок, которого лишили обоих родителей.
– Так чем обязан, господа? – ушел со скользкой темы нашего родства Валерий, распахивая очередные двери на втором этаже и выходя на просторную террасу с плетеными креслами и круглым столиком с мозаичной столешницей. – Я уже понял, что вы в курсе, кто я, судя по вашему спутнику. – Звонников остановился около одного из кресел, ухватившись за спинку, и насмешливо прищурился. – Но вроде ни в чем криминальном в последние полтора столетия точно не замешан.
– А первые? – тут же спросил Рома, отодвигая для меня кресло.
Хозяин виллы фыркнул и закатил глаза, тоже заняв место за столом.
– Знаете, что такое юношеский максимализм? – пожал он плечами. – Вот оно и было. Дурень, конечно, что повелся на пафосные сказки в жажде доказать всем и каждому, какой я крутой, но сделанного не воротишь. Выводы сделал, уроки выучил, с положением дел смирился и ищу плюсы в своей нынешней жизни. Что-то еще? – Звонников поднял бровь. – Да, кстати, может, что-то будете? Воду там, сок? – спохватился он и включил гостеприимного хозяина.
И хотя мысль о чем-то холодненьком выглядела заманчиво, я молча покачала головой. Боялась, вода не в то горло в его компании пойдет.
– Нет, спасибо, мы ненадолго, – произнес Рома и выложил на стол из сумки фигурку дракона с раскрытыми крыльями и кусочками янтаря вместо глаз. – Я расследую дело, ниточки от которого ведут в прошлое, поэтому будьте любезны положить руку и пообещать говорить правду, – спокойно заявил Логинов, подвинув статуэтку к Звонникову.
Ух ты. Подозреваю, магический аналог Библии и одновременно детектора. Я слышала, у тех, кто занимался допросом не совсем обычных свидетелей, нечто подобное тоже было. Но поскольку я не занималась допросами, а была всего лишь оперативником, таких артефактов не видела. В глазах Валерия мелькнуло слабое удивление, он тихо хмыкнул, но тем не менее положил ладонь на фигурку и четко пообещал отвечать на вопросы только правду. Глаза дракончика вспыхнули расплавленным золотом, руку Звонникова окутало золотистое сияние и пропало, а янтарь в фигурке продолжал светиться.
– Вы поддерживаете связь с другими? – приступил к расспросам Рома.
– Нет, – сразу ответил Валерий и презрительно поджал губы. – Мы, как бы сказать, не были особо близки, скорее, просто единомышленники. И после всего предпочли разойтись каждый своей дорогой. Я понятия не имею, где они и чем сейчас заняты, и вообще живы ли.
По отсутствию реакции фигурки я поняла, что Падший не врал. Логинов прикрыл глаза ресницами, продолжая внимательно смотреть на Валерия.
– Вы интересовались в последнее время темными или запрещенными ритуалами? – задал он следующий вопрос.
– Да больно надо, – снова пожал плечами Звонников. – Я и здесь неплохо устроился, имею деньги, определенное положение и не хочу все это терять. Я же говорил, выводы сделал, ошибки осознал, – на его губах появилась снисходительная усмешка.
Логинов нахмурился и побарабанил пальцами по столу. Мда, кроме не слишком приятного известия о моем отце больше мы, похоже, ничего интересного не узнаем тут. И где искать дальше? Я покосилась на Рому, он вздохнул и потянулся к фигурке дракона, а вот дальше события резко сорвались с места и понеслись с устрашающей скоростью. Звонников вдруг выпрямился, на его лице мелькнуло беспокойство, Рома тоже напрягся, а я ощутила, как воздух буквально сгустился, стал плотным и чуть не потрескивал искрами. Хозяин поместья с шумом втянул воздух, его зрачки расширились, и он вскочил, с чувством выругавшись:
– Твою м-мать!!
В следующий момент Рома рванулся вперед, ко мне, гаркнув:
– Эля, на пол!
Даже не успев сообразить, что делаю, я метнулась вниз, распластавшись на теплом мраморе террасы, а сверху меня накрыло сильное тело, вжав в камень. Я успела краем глаза заметить замерцавшую радужными переливами пленку над нами, вскинувшего руки Звонникова, и по ушам ударил беззвучный взрыв, от которого в голове зазвенело, а перед глазами поплыли серебристые звездочки. Рот Валерия перекосился в немом крике, глаза широко распахнулись, и тут широкая ладонь вдавила мое лицо в пол, лишая возможности досмотреть. Кости заломило, зубы заныли, страх молоточками бился в висках – я совершенно не понимала, что происходит и насколько это опасно.
Послышался глухой шум, будто что-то упало, над ухом устало выругался Логинов и поднялся, похлопав меня по спине.
– Можно вставать. Вот зар-раза, а!
Досада в его голосе слышалась отчетливо, и я быстро выпрямилась, уставившись на неподвижно лежавшего Звонникова. Мебель раскидало вокруг, в воздухе висела мелкая мраморная пыль и скрипела на зубах, часть перил отсутствовала, и на террасе лежали осколки. Рома поспешно склонился над Валерием, и меня кольнуло нехорошее предчувствие. Его лицо было бледным совсем не от крошек, а красная струйка из угла рта слишком темная и густая. Ладонь Ромы легла на грудь Падшему, а он вдруг закашлялся, пачкая алыми брызгами рубашку, и с трудом выговорил:
– К-карта… Там м-места…
– Что? – Логинов наклонился к нему, бросив на меня косой взгляд. – Какая карта, о чем ты?
Дыхание с хрипом вырывалось из груди Звонникова, его снова сотряс кашель, кровь пузырилась на губах.
– Библиотека… Тайник… – совсем тихо и почти неразборчиво проговорил он и, длинно, сипло выдохнув, затих.
Я поежилась, зябко обхватив себя руками. Глаза хозяина виллы подернулись дымкой, голова откинулась, и сомнений не осталось – он мертв. Странно, но я не обнаружила в себе ни капли сострадания. Я не знала этого человека, и его участие в моей жизни ограничилось лишь одной ночью с матерью. Или двумя. Может, когда она тут отдыхала, может, Звонников приезжал в столицу и они пересеклись там. Я не знала, и желания выяснять подробности не было.
– Что это было? – Откашлявшись, я посмотрела на Логинова.
– Помнишь, как этот таинственный умник ударил тебя твоей же магией? – Рома выпрямился, мрачное выражение не сходило с его лица. – Вот тут то же самое. Некто просто пустил по защитному контуру обратную волну, вернув Звонникову вложенные силы, и они сожгли его.
– Твою мать! – выругалась уже я, сев прямо на пол. – И что нам делать? Выходит, мы на правильном пути? И… это, может, свалим отсюда, а? – предложила я, не готовая вот прямо сейчас встречаться с этим опасным типом. – Вдруг он под шумок и нас попытается снова грохнуть?!
– Не-а. – Рома прищурился и покачал головой, протянул мне руку, помогая встать. – Похоже, он даже не знает, что мы здесь, иначе не стал бы так откровенно выдавать себя. Скорее, решил подстраховаться и устранить возможную ниточку к нему. Но насчет свалить ты права, как бы он не пришел проверить дело рук своих. – Логинов потянул меня прочь с террасы, на ходу доставая телефон. – Догнать его сейчас точно не догоним, мы даже не знаем, в какой точке контура он нанес удар и где находится. А вот библиотеку проверим, – пробормотал Рома, набирая номер.
По пути вниз он сообщил о случившемся местному отделению, коротко объяснил ситуацию. Вбежавшим в холл встревоженным работникам строго запретил подниматься наверх и узнал, где библиотека. Далеко идти не пришлось, нужная нам комната находилась здесь же, на первом этаже, и мы поспешили туда, пока здесь не стало тесно от полиции. Библиотека выглядела под стать остальному особняку, с полками из какого-то светлого дерева, доверху заполненными книгами, удобным креслом у окна и специальной лесенкой. Я отметила, что здесь попадались и корешки старинных книг наравне с современными, и кольнуло сожаление, кому это все перейдет. Наверняка кто-то из наследничков грызню начнет…
– Так, времени нет деликатничать, поэтому сделаем так. – Рома остановился на середине помещения, скрестил перед собой руки, а потом резко развел, словно расталкивая загустевший воздух.
На несколько мгновений у меня заложило уши, а на плечи будто навалилась каменная глыба, а потом у дальнего стеллажа что-то ярко вспыхнуло и осыпалось искрами. Логинов удовлетворенно кивнул и поспешил туда, бросив на меня взгляд через плечо.
– Я нейтрализовал иллюзии и стандартные охранки здесь, – пояснил он. – Звонников не баловался ничем сложным, обходился элементарными знаниями.
Я подошла к нему и посмотрела на полку. Там корешок одной из книг был чуть выдвинут, и Рома уверенно ухватился за него и вытащил. А вот из середины фолианта торчал край какой-то бумаги, оказавшейся той самой картой, о которой сказал Звонников перед смертью.
– Потом рассмотрим. – Рома аккуратно сложил находку и убрал в карман, потом кивнул на дверь: – Идем, кое-что проверю, пока сюда едут.
Следующие несколько часов прошли суматошно и сумбурно. Логинов все-таки попытался вычислить, откуда нанесли удар по Звонникову, но поскольку контур шел по всему периметру и тревога из любой точки сразу шла к хозяину, найти примерное местонахождение нападавшего не получилось. Потом приехали службы, пришлось объяснять наше здесь присутствие и что случилось, несколько раз звонили Михалычу, в общем, часам к пяти вечера только суета улеглась, тело Валерия забрали, а нам разрешили уехать.
Только сев в машину, я поняла, насколько устала и утомилась от бесконечных расспросов, да и вообще денек выдался тот еще. В душе поселилось странное опустошение, я откинулась на спинку сиденья, прикрыв глаза, а из головы все не выходила картинка Звонникова за пару минут до смерти… Гадкое ощущение, что я оказалась не нужна ни матери по большому счету, ни отцу, больно отозвалось внутри. И вот не хотела погружаться в мрачные размышления, но как-то оно само получилось.
– Ром, – вдруг негромко произнесла я, не открывая глаз. – А ведь тогда получается, если этот Падший, задумавший ритуал, не мой отец, то откуда ему столько известно про меня? Как бы это закрытые сведения.
– Значит, у него есть к ним доступ или кто-то знакомый, кто может достать эти сведения, – послышался ответ Логинова. – Будем иметь в виду, а пока надо посмотреть, что это за карта такая.
Он замолчал, у меня тоже не было охоты поддерживать беседу. Надо было дать эмоциям успокоиться. Это почти удалось, и я даже задремала немного, пока вдруг не ощутила, что движение немного изменилось. Приоткрыла глаза и обнаружила, что мы едем по довольно узкой дороге, серпантином спускавшейся по склону и ничуть не похожей на центральную трассу к Мирстону. Мои брови поползли вверх, я озадаченно уставилась на Рому.
– Мы где? – уточнила, покосившись на заросли за окном, настолько плотные, что не пропускали вечерний свет солнца, и тут уже царили сумерки.
– Недалеко от перевала. – Машина в очередной раз повернула, и мы оказались на круглой огороженной площадке, которой заканчивалась дорога. – Я подумал, что отдохнуть не помешает, день был долгим и сложным. До заката еще пара часов есть, до Мирстона за полтора часа доедем, так что можно и расслабиться. Тем более тут есть отличное тихое местечко, и сейчас там точно уже народа нет. – Рома повернулся ко мне, положив руку на спинку сиденья, и серьезно посмотрел на меня. – Тебе так точно нужно немного спокойствия и отдыха.
Ах, да. Он же ощущает мои эмоции. Я поспешно вылезла из машины, раздумывая, готова ли делиться личным, если вдруг Логинов спросит, что со мной творится, и однозначного ответа дать себе так и не смогла… Я сама не понимала до конца, отчего так муторно на душе.

Глава 12

Рома вышел за мной и негромко спросил:
– Купаться будем? Или просто посидим?
– Посидим, – ответила я, обхватив себя руками и отвернувшись.
Он кивнул, подошел и молча обнял, направившись к узкой тропинке. Минут через десять довольно крутого спуска мы оказались в небольшой бухте, огороженной скалами, и там действительно никого не было. Над морем разливался роскошный золотисто-розовый закат, волны с тихим шумом накатывались на крупную гальку, еще теплую, в воздухе пахло морем и хвоей, и вокруг разливалось такое умиротворение, что грех грустить в таком месте. Рома сел прямо на гальку и потянул к себе, устроив между ног, обнял, прижав спиной к груди, и положил подбородок на плечо.
Я слышала, как ровно и сильно бьется его сердце, размеренное, теплое дыхание щекотало шею, и неожиданно в горле встал ком от щемящей нежности, охватившей от молчаливой поддержки. Прикусив губу, я повернула голову и прижалась щекой к плечу Ромы, прикрыв глаза, а он переплел наши пальцы, и уже защипало глаза. Эмоции требовали выхода, и, пожалуй, впервые за эти пять лет мне захотелось выговориться, поделиться с кем-то творившимся в душе. С кем-то, кто поймет и поддержит, а не оттолкнет или будет фальшиво утешать. Прерывисто вздохнув и сглотнув горький ком, я негромко заговорила:
– Знаешь… Это грустно, когда вдруг понимаешь, что тем, кто должен любить тебя и быть рядом в трудную минуту, ты вовсе не нужна. Ни матери, ни отцу. – Я помолчала, на ощупь перебирая гладкую гальку и не сводя взгляда с залитого золотистым закатным светом моря. – Для первой я всегда была не больше, чем красивой куклой, которой можно похвастаться перед друзьями и с желаниями и чувствами которой совсем не обязательно считаться. – В горле запершило, и я откашлялась, нашарив голыш и бросив его в прибой. – А второму вообще все равно, что я существую на свете. Было, – поправилась, снова прервавшись, чтобы усмирить эмоции.
Рома прижал крепче к себе и легонько поцеловал в висок.
– Это не ты им не нужна, а они тебе, такие, какие есть, – так же негромко ответил он. – Не грусти, Искорка, это не стоит твоих слез, правда: – А потом добавил чуть тише. – Я тебя точно не брошу. Тебя только оставь одну, сразу вляпаешься во что-нибудь, – шутливо проворчал он и фыркнул в ухо.
Я от неожиданности сначала замерла, от волнения сердце застучало сильнее, а потом от последних слов Логинова неожиданно для себя тихо рассмеялась, откинувшись на него. Удивительно, но всего от нескольких слов на душе стало легко, и грусть незаметно растворилась без следа. Кажется, я окончательно отпустила прошлое, не желая больше возвращаться туда даже в воспоминаниях. Чуть повернув голову, потерлась о плечо Ромы и искренне произнесла:
– Спасибо.
– Обращайся, – так же коротко ответил он, и мы снова замолчали, любуясь заходящим солнцем.
Так и просидели, пока не стемнело – светило нырнуло за край горизонта, и как кто-то выключил лампочку, небо стремительно потемнело, расцветившись крупинками звезд. Только прибой слабо фосфоресцировал, разгоняя наступивший кромешный мрак. Но мне не было страшно: я ощущала тепло сильного тела, к которому прижималась, и это вселяло спокойствие и уверенность, что ничего плохого со мной точно не случится. Пока рядом Логинов. Я тихо вздохнула, поймав себя на том, что уходить совсем не хочется и вообще тянет на всякие хулиганства. Как там Рома говорил, у огненной ведьмы обязательно должна быть авантюрная жилка? На моих губах расцвела широкая ухмылка, я извернулась, вглядевшись в смутно различимое лицо Логинова.
– Сказать, чего я хочу? – выдохнула ему в губы и прежде, чем он успел все опошлить, выпалила: – Купаться!
И с довольным смехом резво вскочила, на ходу стягивая футболку. Идея ночью залезть в море, причем голяком, с каждым мгновением нравилась мне все больше, и я быстро избавилась от одежды, остановившись у линии прибоя. Я знала, что Рома на меня смотрит, и наверняка темнота для него не была большой помехой, но это меня больше не смущало. Зашла в теплую воду, невесомым шелком скользнувшую по коже, оттолкнулась от дна и перевернулась на спину, раскинув руки и ноги и любуясь щедро посыпанным сахарными крошками звезд бархатным небом. Оно казалось таким близким и одновременно глубоким, и в нем можно было утонуть, как в море…
А потом чьи-то руки обхватили за талию, и я от неожиданности чуть не ушла под воду, забарахтавшись и на несколько мгновений испугавшись. Развернулась, сердито посмотрела на смеющуюся физиономию, отфыркиваясь, и плеснула водой, попытавшись оттолкнуть.
– А если бы я захлебнулась?! – возмутилась произволом, но, конечно, никто меня никуда не отпустил.
– Не захлебнулась, – уверенно заявил Логинов, притянув к себе и чмокнув в кончик носа. – У меня все под контролем, Искорка.
Я только вздохнула и покачала головой. Мы поплавали, потом подурачились у берега и вылезли наконец обратно, слегка уставшие и довольные. Ветра не было, воздух оставался теплым, и замерзнуть нам точно не грозило, и мы улеглись прямо на гальку, еще не успевшую совсем остыть. И как-то так очень естественно вышло, что я повернулась к Роме и обняла его, потянувшись за поцелуем и прижавшись к нему без всякого стыда. Махровее романтики не придумаешь: юг, уединенный пляж, бархатная ночь… Но, черт возьми, это именно то, чего мне сейчас хотелось. От бесконечной нежности наших поцелуев заходилось сердце в шальном восторге, от горячих ладоней, медленно скользивших по моему телу, разбегались щекочущие мурашки, и я терялась в ощущениях, забывая себя.
Не отрываясь от моих губ, Рома перевернулся, и я оказалась сверху. Сильные пальцы мягко сжали мои ягодицы, притягивая ближе, и голова закружилась от нахлынувшего желания, огнем прокатившегося по венам. Томительно неторопливые ласки лишь усиливали напряжение, и я дрожала в предвкушении, растягивая сладкое ожидание. И когда наконец мои бедра приподнялись, а потом плавно опустились, наполняя голодную пустоту внутри, я всхлипнула от облегчения, замерев на несколько мгновений и впитывая всем существом упоительное ощущение. А потом мы начали двигаться, как единое целое, сначала медленно, наслаждаясь каждым мгновением и постепенно ускоряя ритм. Сильные руки придерживали за талию, направляя, горячие, жадные губы покрывали лицо и шею быстрыми, лихорадочными поцелуями, и ночь распахнулась вокруг, обняв мягкими крыльями и отгораживая нас от реальности.
Я тонула в эмоциях, растворялась в них, цепляясь за широкие плечи и улетая выше, с каждым сильным толчком. Было что-то особенное в том, что все происходило здесь, на природе, и внутри рождалось странное чувство свободы и легкости. Оно щекотало, заставляя задыхаться от восторга, стремительно нарастало, пока не взорвалось ярким фейерверком, ослепив и оглушив. Вырвалось ликующим стоном и оставило обессиленной и счастливой, распластанной на мускулистой груди, в кольце сильных рук, бережно обнимавших и прижимавших к себе. Мир медленно возвращался на свое место…
Мы еще некоторое время лежали, отдыхая и слушая дыхание друг друга, и слов никаких не надо было, хватало удивительного ощущения единения. Ладонь Ромы медленно гладила мою спину, под моей щекой размеренно билось сердце, и в душе царило умиротворение. Наконец он обнял меня за плечи, поднялся, бережно придерживая, и шепнул с ласковой насмешкой:
– А говорила, нет авантюрной жилки, – после чего чмокнул в висок. – Пойдем, не хватало еще тебе простыть.
Я негромко фыркнула и несильно стукнула его по плечу.
– С кем поведешься, – проворчала в тон и все-таки встала.
Через некоторое время мы вернулись к машине и поехали в Мирстон. В дороге меня сморило, и я смутно помнила, как мы добрались, уже за полночь. Просыпаться было ужасно лень, и когда меня торжественно вынесли из авто на руках, даже не сопротивлялась. Правда, наверху пришлось все-таки ненадолго вынырнуть из блаженной дремы и принять водные процедуры и только потом уже добраться до божественно мягкой и уютной кровати, провалившись в сон окончательно.

На следующее утро, естественно, проснулись мы поздно, зато отдохнувшие и выспавшиеся, чувствовала я себя прекрасно, и морально, и физически, и жаждала активной деятельности в нашем расследовании. Не терпелось посмотреть, что там за карта, и я едва досидела до конца завтрака под веселым взглядом и ехидной улыбкой Логинова. Тетка Варя ушла в свой огород, не мешая нам, но мы все равно решили вернуться в комнату Ромы – вдруг понадобится магия, зачем смущать добрую женщину?
– Так, ну давай посмотрим, что нам оставил в наследство Звонников. – Дракон аккуратно развернул карту и разложил на столе.
При упоминании имени Падшего в душе ничего не отозвалось, к моей радости. Я была настроена на расследование, любопытство нетерпеливо дергало носом, требуя удовлетворения. На карте обнаружились пометки, обведенные красным какие-то места, и, судя по довольному виду Ромы, он знал, что это такое, или по крайней мере догадывался.
– Места силы, вот спасибо, – удовлетворенно кивнул мой напарник. – Вот, смотри, это совсем рядом с Мирстоном, полчаса – минут сорок езды, не больше. Мраморная пещера. – Он постучал пальцем по одной из меток. – Вот это точно можно отбросить. – Рома указал на еще одну, ближе к краю карты. – Туда полдня добираться только в один конец, и то до деревни, а потом еще несколько часов по лесу, совсем дикие места. А финальную часть ритуала наш умелец вряд ли будет проводить так далеко, ему ведь нужно составляющие на место доставлять. – Логинов поморщился.
– Почему он приносит жертвы в разных местах, а не в этой Белой пещере? – Я нахмурилась, разглядывая карту. – Проще же, нет?
Рома прищурился, одарив меня одобрительным взглядом.
– Хороший вопрос, Элька. Наверное, там сложно прятать тела так, чтобы их не обнаружили. – Он медленно улыбнулся, в янтарных глазах загорелся хищный огонек. – Мраморная подходит лучше всего. Большая, облагорожена для туристов только на треть, в остальные залы проход только со специальным снаряжением. Тянется на пять километров, и в некоторые места прохода нет, завалы. Еще имеется подземное озеро. Так, я звоню Михалычу, заедем по пути, если он в отделении, кратко введем в курс дела и поедем осматривать, – уверенно заявил Рома, обрисовав наши ближайшие планы.
– Пять километров? – Мои брови поднялись, я недоверчиво посмотрела на него. – И как ты там предлагаешь искать что-то?
– Магия, детка. – Логинов щелкнул пальцами и ухмыльнулся. – Если где-то там есть лоханка, куда наш маньяк собирает сцеженную кровь, она фонит так, что никакими щитами не закрыть. Все-таки чистая драконья магия, еще и высших порядков, дело весьма заметное.
– Ну, как скажешь. – Я, конечно, верила в его опыт в этом деле, но сомнения все равно оставались.
Ладно, на крайний случай просто прогуляюсь по очередному красивому месту. А вдруг еще и сильрит случайно найду, раз ко мне липнут эти камешки. Правда, непонятно, зачем он мне, если магически инертен, но не выбрасывать же. Может, сделаю потом себе какие-нибудь симпатичные украшения…
– Тогда поехали. – Рома сложил карту с пометками, спрятал в сумку, и мы вышли из комнаты.
По пути он позвонил в отделение и предупредил, что мы заедем сейчас, и вскоре наш «летучий отряд» быстрого реагирования в количестве двух человек поднимался в кабинет оперов. Там сидели только Юра и Эмиль, и еще Михалыч.
– Ну так что ты там накопать успел? – Подполковник покосился на меня с добродушной усмешкой. – Вместе со своей напарницей?
– Да попробовал одну ниточку размотать. – Рома едва заметно поморщился. – С человечком пообщался, который предположительно мог знать нашего маньяка.
Брови Михалыча поднялись.
– Это тот, насчет которого ты звонил? – уточнил он, и Логинов кивнул. – Ну так получилось что-нибудь выяснить, нет?
– Получилось. – Рома задумчиво кивнул. – Надо одно место проверить, как раз сейчас собираемся. Тут все спокойно, никаких новых трупов или убийств? – уточнил он у подполковника.
– Ой, нет, что ты! – Михалыч махнул рукой. – Тихо, спокойно, мелкие хулиганства не в счет. По высохшему трупу так и не нашли ничего, сейчас жду вот генетическую экспертизу, чтобы хоть опознать, кто это, можно было. – Он вздохнул. – Продавец твой как в воду канул, никто из родственников и знакомых не видел, неопознанных тел не находили, так что тут тоже глухо.
– Ну, следовало ожидать, в общем. – Логинов не слишком расстроился известиям. – Так, мы в Мраморную, проверим, есть небольшая надежда, что след там может обнаружиться. – Рома вернулся к нашей первоначальной цели посещения отделения.
– Кстати, у меня друзья туда сегодня собирались, они в отпуск приехали, – оживился Эмиль. – Михал Михалыч, может, я подстрахую? – Он вопросительно посмотрел на начальство. – Ну, на всякий случай, мало ли что? Переоденусь в штатское, чтобы не светиться?
– Ром? – Подполковник перевел взгляд на моего напарника.
– Можно, только аккуратно, и в случае чего не геройствовать. – Логинов строго нахмурился.
– Да что я, дурак, что ли, в ваши магические разборки лезть? – хмыкнул Эмиль и поднялся. – Ясное дело, поостерегусь. Но иногда пуля надежнее магии может оказаться, – многозначительно произнес он.
– Не скажи, – протянул Рома, его взгляд на мгновение стал задумчивым, потом он встряхнулся. – Ладно, сколько собираться будешь?
– Да через час уже выдвинемся, сейчас только позвоню ребятам, уточню. – Он достал телефон.
– Может, я с вами поеду? – Юра выглянул из-за монитора компьютера, скользнул по мне взглядом, и показалось, задержался чуть дольше на ногах, хотя я надела свободные летние штаны, памятуя, что в пещере прохладно. – Серега все равно скоро вернется, посидит тут один…
– Эмиля достаточно, а с остальным я справлюсь в случае чего. Спасибо, Юра, – вежливо отклонил просьбу Рома, к моему тихому облегчению.
Я на всякий случай с независимым видом бочком подобралась ближе к Логинову, чтобы у бабника-полицейского не осталось сомнений, что подкатывать ко мне бесполезно. А то знаю я этот особый блеск в глазах, ага. Юра с несколько показным сожалением вздохнул.
– Эх, ну вот, кто-то по историческим местам расследования ведет, а я тут маринуйся. – Он длинно вздохнул, страдальчески закатив глаза.
– Ничего, посидишь, и так отгулы постоянно просишь, – хмыкнул Михалыч.
Эмиль между тем закончил разговор с друзьями.
– Все, я договорился. Тогда через час у Мраморной? Меня друзья подкинут, – добавил он.
– Да, мы пока там осмотримся, – кивнул Логинов, и мы вместе вышли из кабинета.
Опер направился к себе домой, переодеваться – он жил тут рядом, оказывается, а мы с Ромой поехали к пещере.
– А если там ничего нет, что дальше проверять будем? – полюбопытствовала я, разглядывая пейзаж за окном – горы, покрытые лесами, известняковые утесы, балки, заросшие кустарником.
И, конечно, виноградники, главное богатство полуострова.
– Можно Меловую, она меньше Мраморной, но дальше от Мирстона, – отозвался мой напарник. – Надо с картой Звонникова свериться, вроде ее он не отмечал там. А вот грот есть, он как раз в Лирне, это совсем рядом с Мирстоном. У нас не так много времени осталось, надо бы ускориться, – чуть тише пробормотал Логинов, нахмурившись.
Тут я спорить не стала, мне самой хотелось побыстрее разделаться с этим делом и приступить к полноценному отдыху. Тем более кое-кто обещал мне еще фестиваль реконструкторов, и, может, я даже наберусь смелости и таки полетаю с парапланом… До Мраморной мы добрались быстро и без происшествий, хотя, признаться, нет-нет, да закрадывались мысли, а ухитряется ли этот маньяк как-то сделить за нами и вдруг подстроит что-то нехорошее с машиной? Но вовремя вспомнила, что Рома говорил про магическую защиту, и немного успокоилась. Оставив внедорожник на стоянке, уселись на скамейку под раскидистым южным дубом, ожидая Эмиля – он как раз отзвонился и сказал, что подъедет буквально минут через десять. На большой площадке толпились экскурсионные группы, стояла очередь в кассы, местный гид давал инструктаж по правилам поведения в пещере. Рома, сидевший рядом со мной в расслабленной позе, с руками на спинке скамейки, окинул площадку ленивым взглядом и, судя по спокойному лицу, ничего подозрительного не заметил.
– Так, пойдем-ка, договоримся о снаряжении и пропуске в закрытую часть пещеры. – Он поднялся и протянул мне руку.
Проблем не возникло, Рома только показал свою корочку, ну и я удостоверение, и нас сразу провели к высокому худощавому парню лет двадцати пяти в драных джинсовых шортах и растянутой футболке без рукавов. Он выдал нам каски с фонариком, запасные аккумуляторы, еще по ручному фонарю, снабдил мотками крепкой веревки и карабинами.
– Вам проводник нужен или сами справитесь? – уточнил парень, доставая из шкафчика сложенные карты.
– Справимся, – заверил его Рома и забрал карты. – Я тут часто бывал, в том числе и в закрытых залах.
– Ладно, как скажете, – гид кивнул. – Только если через контрольных два часа не появитесь, отправлю спасателей, – предупредил он. – Там на карте отмечено, куда лучше не ходить, обвалы случаются, и вам повезло, что дождей давно не было. А то некоторые залы затапливаются, вода в сифонах поднимается, – добавил гид.
– Договорились, – серьезно согласился Рома.
Эмиль с друзьями появился как раз, когда мы одевались в теплые вещи. Я натянула свитер и повесила через плечо моток, застегнула ремень каски и повернулась к Логинову, и к нам подошел оперативник. Окинул нас взглядами, хмыкнул.
– Удачи, – коротко пожелал он и пожал Роме ладонь, после чего они отправились ждать своей очереди, а мы подошли к входу в пещеру.
Он находился в небольшом холме, и дальше, как сказал мой напарник, довольно длинный коридор уходил полого в известняковый массив, а потом ход расширялся до первого зала. Вот там, по словам Ромы, как раз и находился спуск в нижние, не исследованные еще толком уровни.
– Я покажу, где спускаться. – Парень, выдававший нам снаряжение и карты, ждал около входа. – Идем.
Пещеру от поверхности отделяли массивные двери, сейчас открытые, и мы шагнули под землю. Я с любопытством оглядывалась, пока мы шли, – первый раз была в подобном месте, настоящей карстовой пещере. Стены, потолок и даже бетонная дорожка были влажными, поблескивали в неярком свете лампочек. Причудливые натеки так и тянули прикоснуться, но гид строго наказал не делать этого, по крайней мере, здесь, наверху, иначе хрупкая экосистема пещеры нарушится.
– А как же внизу тогда? – уточнила я. – Там ведь дорожек нет?
– Там метки проложены, где лучше ходить. – Парень посмотрел на меня через плечо. – Ну и да, там лучше тоже не хвататься за сталактиты и сталагмиты.
– Не будем, – серьезно заверил Рома, ухватив меня за руку и легонько сжав пальцы.
Мимо нас прошла галдящая тургруппа, идущий впереди гид с хорошо поставленной интонацией вещал о том, как образуются карстовые пещеры. Мы посторонились, пропуская их, и пошли следом, правда, сохраняя расстояние, и через несколько минут добрались до площадки, с которой открывался потрясающий вид на громадный зал. Пещерой язык не поворачивался назвать это великолепие. С высокого потолка свешивались сталактиты, кое-где по стенам тянулись им навстречу сталагмиты, образуя причудливые фигуры, а на стенах известняковые натеки образовывали целые каменные водопады. Внизу громоздились в беспорядке каменные глыбы, и наш проводник пояснил:
– Здесь года три-четыре назад потолок обвалился, как раз когда мы собирались нижний уровень сделать для туристов, и вот не успели. А вообще тут двенадцатиэтажный дом поместится целиком, – добавил он. – Расстояния искажаются, воздух слишком чистый и как линза работает.
Бетонная дорожка вилась дальше вдоль стены пещеры, а наш сопровождающий отцепил веревку ограждения и спустился прямо на расколотые камни. Логинов за ним, ну и я, опираясь на протянутую руку. Мы спустились до завала, я с сомнением покосилась на глыбы, не понимая, как тут добраться до прохода, а проводник уже нырнул за очередной камень, позвав нас оттуда:
– Сюда, здесь спускаться!
Оказывается, между двумя каменными осколками образовалась вполне просторная щель, в которую можно было пройти. Всего лишь на мгновение черный провал, возле которого стоял наш проводник, вызвал у меня холодные мурашки по спине, но в следующий момент Рома шагнул вперед и включил фонарик на каске.
– Я засекаю два часа. – Парень нажал кнопку на электронных навороченных часах. – Сеть там не ловит, если что, – добавил он.
– Если что, отправлю послание магией, – невозмутимо ответил Логинов, обернулся на меня и боком протиснулся в проем.
– Ну… Магией так магией, – пробормотал парень, поскреб в затылке и покосился на меня. – А что, настоящий маг? – шепотом спросил он, и глаза блеснули любопытством.
Вместо ответа я хмыкнула, изобразила таинственную улыбку и щелкнула пальцами, зажигая обычный огненный шарик. Он полезнее фонарей, батарейки для него точно не нужны.
– Ага, настоящий, – невозмутимо кивнула я, любуясь ошарашенной физиономией парня. – Я тоже настоящая ведьма.
После чего запустила шарик в расщелину и храбро нырнула в нее вслед за Ромой. Логинов ждал меня в нескольких шагах дальше по узкому лазу и рассматривал карту.
– И куда нам? – Я остановилась и из-за плеча посмотрела туда же.
– Вот здесь небольшой зал, думаю, доберемся туда и я попробую просканировать ближайшие полости на предмет магии, – произнес Рома, показав место на карте.
– Слушай, а вот я тут подумала, сюда же не так легко пробраться. – Я нахмурилась и посмотрела на него. – Пещера открыта для доступа, и ночью тут наверняка дежурные есть. Сюда экскурсии водят. Скорее, он выберет что-то покомпактнее, мне так кажется.
– Возможно. – Рома согласно наклонил голову и спрятал карту, потом крепко ухватил меня за руку и пошел по лазу к повороту. – Но эта система до конца еще толком не изучена, вряд ли этот вход единственный. Так что проверить все равно надо, чтобы исключить вероятность.
– Ладно, – покладисто согласилась я, почти уткнувшись носом ему в спину.
Вообще, клаустрофобией никогда не страдала, но в этом месте было жутковато, так и тянуло оглянуться в темноту, но я не поддалась, упорно глядя вперед. Отправив туда несколько светящихся шариков, видела, что лаз извилистый, скользкий и влажный, и мысленно вздохнула: наверняка изгваздаюсь будь здоров. Ну да ладно, пару раз в машинке прокручу, и отстирается. А вот обувь – даже не знаю, что с ней делать… Такими мыслями я старалась отвлечь себя от гнетущей тишины вокруг, нарушаемой только нашим дыханием, звуками капающей воды откуда-то из темноты да шорохом шагов. Звуки отражались от стен, создавали причудливое эхо, и мне нет-нет, да казалось, что за нами кто-то идет. Я все-таки пару раз бросала нервные взгляды через плечо, но что разглядишь в извилистом ходу, где на пару метров назад уже излом и поворот, либо спуск вниз, или подъем вверх?
В конце концов, когда мы вышли к очередному участку лаза, который расширялся до небольшой пещеры с парочкой сталактитов с потолка, я остановилась и дернула Рому за рукав куртки.
– Что такое? – тут же обернулся он, янтарные глаза встревоженно блеснули.
– Ты можешь проверить, идет за нами кто-то или нет? – попросила, постаравшись не допустить жалобных ноток. – А то мне все странные звуки какие-то мерещатся. Неприятно, знаешь ли. – Я поежилась, передернув плечами.
– Можно, но до самого прохода не смогу, долго ждать придется, – кивнул Рома. – Здесь слишком плотная порода, сквозь нее магия не пройдет, – пояснил он. – А мы уже порядочно отошли.
– Ну хорошо, давай хоть немного, – согласилась я.
Логинов встряхнул кистями, и с его пальцев сорвались пушистые искорки ярко-голубого цвета, втянулись в зев лаза, откуда мы пришли. Рома молча обнял меня и притянул к себе, согревая дыханием щеку, и мы так стояли некоторое время, сколько – не знаю. Здесь, под землей, восприятие искажалось, и, не глядя на часы, я не могла сориентироваться в минутах. Огоньки вернулись и тут же рассыпались светящейся пылью.
– Метров на пять в глубину никого, – успокоил меня Рома. – Идем, тут чуть осталось, потом я запущу сканирование. Придется полчасика – минут сорок посидеть, пока оно проверит.
– Ладно. – Я вздохнула, снова ухватившись за его руку, и мы пошли дальше.
Зрела во мне убежденность, что ничего мы тут не найдем, но Логинов же упертый. Ну и мизерный шанс в самом деле не стоило исключать. Еще некоторое время мы плутали по коридорам, в одном месте я чуть не съехала на попе по скользким камням, слишком уж крутой спуск выдался, но Рома меня вовремя подхватил и удержал. А за следующим поворотом открылся целый зал, довольно большой, как показали светящиеся шарики – я зажгла еще, для лучшей видимости. И восхищенно ахнула, разглядывая поблескивающие кристаллами стены, натеки, похожие на застывшие водопады. У дальней стены виднелась неподвижная гладь подземного озера.
– Так, пожалуй, отсюда и начнем, – уверенно заявил Рома, огляделся и скинул куртку, а потом положил ее прямо на торчавший из пола обломок скалы. – Сиди тут, я быстро.
Я послушно присела, зажав ладони между коленями и глядя на Логинова. Мне нравилось наблюдать, как он работает, ведь моя магия была только боевой, атакующей. Ну или если преступление как-то с огнем связано, я еще могла собрать сведения, но не больше. Рома между тем сложил ладони лодочкой и подул на них, в воздух поднялась сверкающая серебристая пыль и выстроилась в длинные ленты, подрагивавшие, как кисея на сквозняке. Они довольно шустро поплыли к проходу в противоположной стене, и Рома подошел ко мне, подняв и усадив к себе на колени.
– Теперь придется подождать, – коротко вздохнул он. – Не мерзнешь?
– У меня же огонь в крови, – улыбнулась я. – Я почти никогда не мерзну, даже зимой.
– Вот и отлично! – Рома положил подбородок мне на плечо и замер.
Только не прошло и пяти минут, как откуда-то из недр земли донесся глухой удар, пол под ногами ощутимо вздрогнул, и я почувствовала, как напрягся Рома. От нехорошего предчувствия в животе завязался тугой узел, я подскочила, вертя головой, а из лаза, откуда мы пришли, вдруг вылетело облако пыли. Я облизнула враз пересохшие губы, оглянулась на Рому – по спине скатилась змейка ледяных мурашек.
– Что… – начала было я, но не закончила.
Снова звук глухого удара, только теперь слабее, и с другого конца, а Логинов с шумом вдохнул, прищурился, и в янтарных глазах полыхнула мрачная злость.
– Твою ж мать, а, – выругался он с чувством. – Вот ублюдок! – сквозь зубы процедил Рома, потом шагнул ко мне и ухватил за руку. – Да вот хрен ему без масла! Мы все равно выберемся отсюда.
Не дав панике захватить позиции, я спросила, приноровившись к быстрому шагу Ромы:
– Я правильно понимаю, что кое-кто все-таки узнал, где мы, и попытался избавиться?
– Угу, – кивнул Логинов, заходя в неширокий коридор. – И обрушил проход, позади нас и впереди.
Я едва не споткнулась, осознав его слова: кажется, мы замурованы в этой пещере…

Глава 13

Рома тут же остановился, развернулся ко мне и обнял, прижав к себе.
– Даже думать не смей ничего плохого, – строго приказал он. – Я сказал, выберемся, Эля. Клаустрофобией не страдаешь? – запоздало спохватился дракон и чуть отстранил, внимательно вглядевшись в мои глаза.
– Н-нет. – Я храбро улыбнулась. – Но все равно страшно, – честно призналась ему.
– Мне тоже. Немножко. – Логинов ухмыльнулся и пальцами показал сколько, потом снова ухватил меня за ладонь. – Так, все, поговорим, когда выберемся отсюда. Идем.
А потом началось долгое, нудное и временами грязное блуждание по подземному лабиринту. Рома сверялся с картой, пускал поисковую магию, иногда мы утыкались в тупик или слишком узкий лаз, и приходилось возвращаться. Хорошо, что с водой проблем не было, подземные источники оказались очень вкусными и кристально чистыми. Ну и со светом тоже, я могла поддерживать мои шарики сколь угодно долго, сил это почти не забирало. А вот усталость и глухое отчаяние потихоньку брали свое, хорошо хоть, от переживаний есть практически не хотелось. Время здесь не ощущалось совсем, и когда я глянула на телефон, пытаясь понять, сколько мы уже блуждаем, удивилась, что прошло больше двух часов. У меня складывалось ощущение, что мы бродим кругами и вот этот большой зал с круглым неподвижным глазом озера с темной водой, в которой не видно дна, проходили не далее, как полчаса назад. Или тут просто залы похожи друг на друга?
Но Рому я старалась не дергать, не отвлекать, понимая, что ему тоже сложно и мои переживания и, не дай бог, истерики никакой пользы не принесут. И снова потянулись лазы, залы, переходы, и Рома только упрямо сжимал губы да хмурился, но упорно посылал золотистые змейки на разведку, выискивая выход наружу. Одно хорошо: я не мерзла, дав силе стихии заполнить тело и согревать изнутри. Ну и мы постоянно двигались, отдыхали по чуть-чуть, не теряя времени зря. Логинов то и дело обеспокоенно косился на меня, но я находила в себе силы ободряюще улыбаться. Мы не разговаривали, сосредоточившись на цели – выход. В конце концов, в очередном зале с ручейком у стены Рома снова усадил на колени и обнял, пустив золотистые поисковики обследовать два узких лаза впереди.
– Ты как? – негромко спросил он, потершись носом об мой висок.
– Сносно, – заверила его, накрыв широкую ладонь пальцами. – Справляюсь. И все-таки как он узнал, где мы? – нахмурившись, высказала я свои размышления.
– Вот это меня тоже очень интересует, – хмыкнул Рома. – Маячков ни на машине, ни на нас нет, это стопроцентно. Этот засранец нам на пятки наступает, и мне это не нравится. – Он тоже сдвинул брови. – Нехорошо все попахивает… Да и парад планет уже скоро, а мы слишком медленно продвигаемся.
Рома вдруг замолчал, встрепенулся и посмотрел на вернувшийся поисковик – он поменял золотистый цвет на серебристый. Аккуратно ссадил меня с колен и потянул в левый лаз.
– Туда, – уверенно заявил он. – В той стороне свежий воздух, видишь, цвет поменялся?
Во мне забрезжила слабая надежда, я заторопилась за ним – и правда, прежние змейки оставались золотистыми, слабо мерцая в полумраке пещеры. Да и сам проход был более-менее ровным, узкий, правда, чуть шире плеч Ромы. И – о чудо! – впереди забрезжил свет, обычный дневной свет. Была бы возможность, побежала бы вперед Логинова, и он, словно угадав, ускорил шаг, крепче сжав мою ладонь. Только вот в конце лаза нас ждал не слишком приятный сюрприз. Выход был, да, только в виде узкой щели шириной не больше тридцати сантиметров, а может, и меньше даже. Свобода вот она, в двух шагах, но, черт возьми, даже я протиснусь в этот сомнительный выход, только если мой череп станет пластилиновым, а попа сможет втянуться внутрь. Кажется, я даже тихонько застонала от бессилия, скрипнув зубами, а Рома выругался вполголоса.
– Так, другой искать не будем, на фиг, встань вот сюда. – Он посторонился, давая мне протиснуться мимо почти к самой щели. – Когда скажу – выбегай, поняла? – Рома покосился на меня, длинно выдохнул и поднял перед собой руки, прикрыв глаза.
Я послушно кивнула, не совсем понимая, что он собрался делать, а потом лица коснулась горячая, упругая волна воздуха. Рома чуть наклонился вперед, отвел ногу, упираясь в пол, и ощутимо напрягся, словно раздвигая что-то ладонями. И камни дрогнули. С потолка посыпалась крошка, надо мной вспыхнул радужный щит, а щель стала расширяться. По ушам ударил скрежет, на напряженном лице Ромы выступил пот, на шее вздулись вены, и у меня екнуло сердце от тревоги. Я застыла, не в силах отвести от него взгляд, и когда Логинов рявкнул, чуть не подскочила от неожиданности.
– Давай!!!
Тело среагировало раньше, чем разум осознал, и я рванулась в проход, зажмурившись и втянув голову в плечи. Кажется, рукавом за что-то зацепилась, споткнулась и чуть не рухнула носом в землю, затормозила и обернулась, со страхом уставившись на рушившийся вход.
– Рома! – крикнула, пытаясь отряхнуться трясущимися руками и испытывая жуткое ощущение беспомощности – я ничем не могла помочь со своей магией.
Внутри что-то вспыхнуло, потом знакомая фигура метнулась из расширенного лаза, обхватила меня, и мы вместе повалились на землю, и я только услышала оглушающий грохот, уткнувшись в плечо Логинова и крепко зажмурившись. А потом наступила звенящая тишина, в которой особенно громко раздавался стрекот цикад. Я ощущала, как тяжело, неровно билось сердце Ромы, и не могла заставить себя разжать руки, которыми вцепилась в него, сглатывая вязкую слюну. Он осторожно перекатился, прижимая меня к себе, и пробормотал в макушку:
– Все, все уже, выбрались, Эль. Нормально…
Я приподняла голову и вгляделась в его лицо, на котором морщины обозначились резче.
– Ты в порядке? – осторожно спросила, с облегчением отметив, что царапин вроде не видно.
– Жить буду, – сверкнул он знакомой усмешкой и аккуратно отстранил меня. – Давай, что ли, осмотримся, как далеко нас занесло.
Мы поднялись, отряхнулись, и я оглядела заросший травой и невысокими кустами можжевельника склон. Вокруг раскинулся живописный вид на горы, долину, и вдалеке даже виднелся кусочек Мирстона. Черт. И ведь пешком возвращаться придется! А время перевалило за обед давно, и есть большая вероятность, что мы доберемся до машины только к темноте. Рядом длинно вздохнул Рома, видимо, пришел к таким же выводам.
– Эх, были бы у меня крылья, – тихо, с тоскливыми нотками пробормотал он, а потом громче добавил: – Так, звоним Михалычу, ему наверняка уже доложили, и он на ушах стоит. – Рома достал телефон и набрал номер.
В общем, оказалось, внизу, под склоном, как раз проходила проселочная дорога между двумя селами, и там нас и подхватили донельзя обрадованные Михалыч и остальные, а на Эмиле до сих пор лица не было, даже когда он увидел нас живыми и здоровыми. Сначала обложил матом от избытка чувств, потом извинился передо мной за грубость и крепко стиснул Рому в объятиях, пробормотав что-то о самонадеянных дураках, полагающихся на магию.
– Да кто ж знал-то! – Логинов развел руками. – Я понятия не имею, как этот тип узнал, куда мы поехали, маячков ни на нас, ни на машине точно нет.
– Внешнее наблюдение? – предположил Михалыч, пока мы все усаживались в полицейскую «Ниву» – самое удобное средство передвижения по горным дорогам.
– И как, интересно, если за нами к пещере «хвоста» не было? – хмыкнул Рома. – Хотя кто его, психа, знает, – чуть тише добавил он, обняв меня.
– Нашли хоть что-нибудь? – уточнил Михалыч, пока Юра выруливал обратно к входу в Мраморную, где Логинов оставил машину.
– Да если бы, – с досадой отозвался Рома. – Но хоть исключили одно место, уже хорошо.
Домой мы добрались уже вечером, естественно, уставшие и способные только позавтракать и доползти до душа. Кажется, я уснула, едва коснувшись щекой подушки, моментально провалилась в черноту, утомленная насыщенным днем. Все обсуждения завтра, на фиг.

Утром, за завтраком – тетка Варя, обрадовавшись нашему возвращению, напекла целую гору оладушков с домашним клубничным вареньем, – Рома выглядел задумчивым и слегка отстраненным и то и дело поглядывал на меня со странным выражением в глазах. И это изрядно нервировало, но при хозяйке мы по негласному согласию решили не обсуждать наши дела. Поэтому, когда, отодвинув пустую тарелку и сыто выдохнув, Рома бодро заявил:
– Ну что, на море, Элька? – Я согласно кивнула и тоже поднялась, поблагодарила тетку Варю за оладушки и поднялась в спальню, переодеться и прихватить полотенце. Мы сегодня встали достаточно рано, около десяти, поскольку вчера нас пришибло тоже около одиннадцати, но обсудить планы не успели по причине тотальной усталости. Я чувствовала себя бодрой и выспавшейся, но червячок тревоги портил все настроение, и улыбалась я через силу. Хорошо, как только мы вышли из дома, нужда сохранять непринужденное лицо пропала.
– Ненавижу, когда маньяк дышит в затылок, а я даже увидеть его не могу, – сердито пробормотала, пнув мелкий камешек.
– Да, мне тоже не понять пока, как он это делает, потому что наружной слежки я не замечаю. – Рома бросил по сторонам быстрый взгляд, и на несколько мгновений он стал отсутствующим, а мою татушку кольнуло – проверял магией. – И за кем из нас он охотится или же за обоими. Я больше не хочу неприятностей, Элис, – добавил он и, чуть прищурившись, покосился на меня.
Подобравшись и заподозрив подвох, я ответила выразительным взглядом и поднятыми бровями.
– Что-то мне не нравится вступление, – честно призналась Логинову.
Он успокаивающе сжал мои пальцы и погладил большим тыльную сторону ладони.
– Мне тоже, но если выбирать из наименее опасных вариантов, этот – самый подходящий, – вздохнул Рома.
– Давай уже, озвучивай, – проворчала я, спускаясь к пляжу. – Я вся внимание и постараюсь возмущаться не слишком громко.
Но сначала мы расстелили коврики и разделись, а потом уже Рома сел напротив меня и взял ладони в свои, вглядываясь в мое лицо.
– Меловая пещера гораздо меньше по сравнению с Мраморной, там всего четыре зала и только один открыт для туристов, – заговорил Логинов, а у меня защемило сердце, я уже догадывалась, что он предложит. – Я не пойду дальше первого и проверю все оттуда, сомневаюсь, что Падший будет так рисковать и провернет то же, что в Мраморной, рискуя жизнями посторонних людей и привлекая внимание к своим делишкам настолько сильно. Ты останешься в городе.
– Рома!.. – справедливо возмутилась я, но высказать возражения мне не дали.
– Я позвоню Михалычу, попрошу, чтобы Серега присмотрел за тобой, у него отличная реакция, и он снайпер от бога, – продолжил Логинов. – Служил в спецназе, списали по ранению, вот он и пошел в полицию. Кроме пляжа и дома больше никуда ни ногой, ясно? – строго сказал вредный дракон, нахмурившись.
– А если этот, Падший, иллюзией воспользуется или отводом глаз? – Я нервно вздохнула.
– На пляже он точно ничего не сделает, слишком много возможных свидетелей, – уверенно заявил Рома. – И я дам Сереге амулет, тебя защитит мой. – Его палец коснулся кулона, который я так и не снимала. – Уверен, не будет ничего предпринимать так скоро после Мраморной.
– Мне все равно не нравится эта идея. – Я прикусила губу, при мысли, что мы с Ромой расстанемся, пусть и на несколько часов, в груди все болезненно сжималось и на глаза наворачивались слезы.
Черт, и когда этот гад чешуйчатый успел забраться мне в душу настолько глубоко?! Я же умру, если с ним что-нибудь случится…
– Еще меньше мне нравится идея брать тебя с собой и снова рисковать, – тихо произнес Рома, и от его слов по спине прокатилась горячая дрожь, а в животе разлилось тепло. – А я к вечеру вернусь, точно.
Выдохнув, я подалась вперед, прижавшись лбом к его плечу, и пробормотала:
– Не вернешься – найду и уши откручу, понял?
Сильные руки обняли, прижали, и около уха раздалось веселое фырканье.
– Понял, понял. Пойдем купаться, а то жарко становится. – Ромка отстранил меня и встал, протянув руку.
Хороший способ отвлечься хоть ненадолго от грустных мыслей. Я уже понимала, что Ромка не отступится от своего плана, и умом в общем была согласна: остаться в Мирстоне мне действительно безопаснее. Учитывая, что на него ведется тихая охота, Падший вряд ли будет действовать настолько открыто, чтобы нападать посреди пляжа или, тем паче, в хорошо защищенном доме. Только как пережить эти несколько часов без Логинова и не сойти с ума от беспокойства?..
Когда мы ближе к двенадцати вернулись домой, проголодавшись, Рома позвонил Михалычу, договорился, что Серега подъедет в ближайшее время, сообщил, куда едет, и в этот раз отказался от сопровождения. Я храбрилась и старалась не показывать настроения, пока он собирался, делая вид, что читаю книгу, но строчки расплывались перед глазами и смысл терялся. Мой взгляд все равно украдкой следовал за Ромкой, а неугомонное сердце пыталось выпрыгнуть из груди. Разгулявшаяся фантазия пыталась поразить разного рода страшилками, и я сражалась с ней, разгоняя тревожные картинки. Вредный Логинов делал вид, что не замечает моего состояния, и только когда позвонил Сергей и сказал, что ждет у ворот, Рома, подхватив сумку, повернулся ко мне.
– Пойдем, сдам с рук на руки. – Он улыбнулся и подмигнул.
Я молча встала с кровати, пряча взгляд, потому как глаза предательски были на мокром месте. Ну не хотела отпускать, вот не хотела, и все. Сделала всего пару шагов к двери, и тут меня обняли и крепко прижали к сильному телу.
– Элька, у меня от твоей тоски зубы сводит и во рту ощущение, будто незрелой хурмы объелся, – проворчал Логинов, взлохматив мне волосы. – Перестань. Все хорошо будет, я уверен. Не дрейфь.
После чего отстранил и поцеловал, долго и нежно, так, что коленки подкосились, а вместо сердца в груди заметались сумасшедшие бабочки. Я уцепилась за его шею, жадно отвечая и не желая размыкать объятия, но спустя какое-то время пришлось – нас все-таки ждали. Удивительно, но на душе полегчало, и к воротам, встречать Серегу, я вышла уже более-менее успокоенная и даже смогла ему улыбнуться.
– Головой отвечаешь, – строго наказал Рома и вручил оперу кулон, похожий на мой. – Не снимай, эта штука против иллюзии и отвода глаз. Почувствовать невозможно, она не фонит и нейтральная.
– Ага, – невозмутимо кивнул Сергей и надел кулон. – Понял.
На нем были летние легкие брюки, рубашка с коротким рукавом, на плече висел небольшой городской рюкзак. На полицейского он совсем не был похож. Рома же, хлопнув гостя по плечу, спросил, чуть понизив голос:
– Ствол при тебе?
– В сумке, – коротко ответил Серега и пояснил: – Не хотел светить, хотя слежки вроде не заметил. Не переживай, если понадобится – достану быстро.
– Хорошо, тебе виднее, – серьезно согласился Рома, повернулся ко мне и снова обнял, чмокнув в макушку. – Все, Элька, я поехал. Доберусь до места – отзвонюсь. А ты допоздна не сиди на пляже. – Он отстранил и коснулся пальцем кончика носа. – Серега, проследи.
– Не вопрос! – Опер улыбнулся уголком губ.
Я дождалась, пока Рома выедет со двора, потом покосилась на охранника.
– А на пляж ты тоже так пойдешь? – осторожно поинтересовалась, не желая сидеть дома, хоть это и было безопаснее в некоторой степени.
– Шорты и плавки с собой взял, – с прежней невозмутимостью отозвался бывший спецназовец.
– И что, на пляж тоже с пистолетом пойдешь? – хмыкнула я, развернувшись и направившись к дому, Сергей за мной.
– Я при исполнении, – солидно кивнул мой охранник.
И вот дернуло же ляпнуть следующий вопрос…
– А пистолет куда спрячешь? Ой, – тут же спохватилась я, чувствуя, как отчаянно краснею.
Серега усмехнулся, неожиданно открыто и дружелюбно, и весело ответил:
– Элис, приличные девушки такие неприличные вопросы не задают. Не волнуйся, я смогу тебя защитить даже на пляже.
Не сомневаюсь, раз Рома выбрал его в мои охранники. Я быстро переоделась во второй, сухой купальник, Серега воспользовался ванной на первом этаже, чтобы сменить одежду, и через некоторое время мы возвращались на пляж. Я честно прихватила книжку, собираясь попытаться отвлечься, и с грехом пополам это удалось. Купаться Сергей не ходил, только загорал, положив рядом рюкзак, и зорко наблюдал за мной и окружающими, когда я уходила к воде. Далеко, естественно, не заплывала, старалась держаться ближе к отдыхающим, хотя чутье вроде молчало насчет грозящей мне опасности. Однако беспокойство уходить не торопилось, дергая, как больной зуб. Пока телефон не разразился трелью, и я схватила его, жадно глядя на экран – Рома. Я порадовалась, что сидела на коврике, иначе коленки бы точно подкосились от облегчения.
– Да? Ты где? Все в порядке? – затараторила я, отвечая на звонок.
В трубке раздался негромкий смешок.
– В порядке, добрался до пещеры, сейчас пойду внутрь вместе с проводником, – бесконечно родной голос отозвался теплой волной внутри, и я невольно улыбнулась, слушая его. – Сеть там, естественно, не работает, но я взял рацию и оставил на входе дежурному твой номер телефона на всякий случай. Так что на связи буду.
Я чуть нахмурилась, шикнув на завозившуюся тревогу.
– И сколько тебя не будет?
– Ну не знаю, в принципе пещера замкнутая, залы небольшие, а последний вообще завалило, там, как мне сказали, недавно потолок просел и рухнул, так что максимум часика полтора там пробуду с учетом парочки ответвлений.
– Хорошо, – проворчала, проглотив вздох. – Учти, застрянешь там – уши надеру! – строго предупредила, услышав веселое хмыканье Сергея.
– Учту, – невозмутимо откликнулся Рома. – Как там у тебя, все спокойно?
– Ага, на пляже сижу, под бдительной охраной. – Мои эмоции немного улеглись, тревога поутихла.
– Отлично, вот и отдыхай, расслабляйся, у тебя в конце концов отпуск. Все, Искорка, я пошел, целую крепко. Отзвонюсь, как освобожусь.
После разговора в самом деле полегчало, я даже смогла почитать, и сама не заметила, как задремала под ласковым, довольно жарким солнышком. Спасибо, Серега деликатно разбудил, не дав превратиться в подгорелый шашлык. Хотя солнце я переносила спокойно и крайне редко сгорала. Мой охранник обладал редким качеством уютно молчать и не нервировать своим присутствием. И я окончательно расслабилась, видя его невозмутимость, наслаждаясь морем, солнцем и отдыхом.
Ромка отзвонился через два часа, когда солнце уже начало клониться к горизонту.
– Ну?! – выпалила я нетерпеливо.
– Скоро буду дома, – обрадовал Логинов, его голос звучал немного устало. – Тут пусто, в общем, я что-то подобное и подозревал. Сдается мне, эта Белая пещера не так легкодоступна, поэтому Костяную проверять нет смысла. Гроты в этом смысле привлекательнее, в некоторые можно проникнуть только через подводные переходы, не каждый рискнет. Так что завтра едем в Лирн.
– Хорошо, – согласилась я, чувствуя, как внутри отпускает, – все же я до последнего ожидала какой-нибудь гадости.
Мы с Сергеем не стали засиживаться до заката, и когда с пляжа народ подразбрелся, тоже пошли домой. Тетка Варя накормила нас жареной картошкой с огурцами собственного посола, и до приезда Ромы я сидела в гостиной за ноутом, а Серега смотрел телевизор. За окнами уже почти совсем стемнело, когда с улицы донесся шум подъехавшей машины, и я, встрепенувшись, выскочила во двор, встречать своего дракона. Едва он вышел, я без всякого смущения бросилась в раскрытые объятия, уткнувшись в плечо и вдыхая аромат можжевельника и лаванды. Широкая ладонь взлохматила мои кудри, пальцы зарылись, тихонько поглаживая.
– Я тоже соскучился, – шепнул Ромка, чмокнув в макушку, потом мягко отстранил и, обняв за талию, повернулся к подошедшему Сергею. – Все спокойно?
– Да, ничего подозрительного, – кивнул он.
– Спасибо. – Логинов протянул руку, и они обменялись рукопожатием.
– Хорошего вечера, – улыбнулся Сергей и ушел.
– Так, – решительно заявил Рома, направляясь к дому. – Хватит на сегодня дел, будем отдыхать и развлекаться. – Он открыл передо мной дверь, пропуская вперед. – Сейчас сполоснусь, поужинаю и поедем в город. Давненько мы не танцевали, Элька, а? – весело ухмыльнулся Логинов и хитро прищурился, в янтарной глубине загорелся знакомый огонек.
При мысли о танцах с ним сердце забилось чаще, и по телу прокатилась дрожь предвкушения. Ведь теперь между нами все совсем по-другому, чем когда мы выбрались в центр первый раз… И, пожалуй, впервые за пять лет кольнуло сожаление, что у меня только один сарафан, и захотелось устроить себе прогулку по торговому центру, как нормальной девочке. Кошмар, что со мной творит этот дракон! Пока Рома ужинал, я поднялась в комнату и переоделась, немножко подышала, унимая взметнувшееся волнение, потом спустилась в гостиную, ждать Логинова.
Он спустился через полчаса, посвежевший, благоухающий тем самым запахом, от которого у меня подкашивались коленки, в рубашке с коротким рукавом и штанах. С улыбкой во все зубы и блестевшими весельем глазами, с выступавшим из-под рукава кусочком татуировки. Харизма сшибала наповал, и пришлось потратить несколько минут, чтобы собрать себя в кучу, пока внутри все восторженно попискивало и радовалось, что это все мое. Ну… по крайней мере, хотелось так думать. Элис, думалку выключаем и просто расслабляемся. Нечего портить такой хороший вечер угрюмой физиономией.
– Ну, вперед и с песней? – Логинов обнял за талию и чмокнул в кончик носа.
В этот раз мы решили пройтись по другой стороне набережной, немного спокойнее и поблизости от большого парка. Но танцплощадки были и здесь, и, черт возьми, поймав парочку заинтересованных взглядов от томных, весьма скудно одетых девиц в сторону Ромы, причем так, будто меня и рядом не стояло, я поймала себя на том, что готова зарычать. Собственный порыв озадачил и чуть-чуть испугал: ой, это я такая собственница, что ли?! Караул, и что делать?! Впасть в панику по поводу собственных вышедших из-под контроля эмоций я не успела, потому как меня увлекли к танцующим. И вот тут я дала волю себе, выплеснув в танце все, что бурлило в крови и в чем я пока боялась признаться себе. Дразнила, лукаво улыбаясь и глядя на Рому сквозь ресницы, ускользала из рук, касаясь лишь подушечками кончиков его пальцев. Соблазнительно изгибалась в такт музыке, следуя зажигательным ритмам, замирала, давая приблизиться к себе, и снова уворачивалась.
Я ловила на себе пылающий расплавленным янтарем взгляд Ромы и понимала, что мне просто дают резвиться, до поры до времени позволяют играть в недотрогу. С его губ не сходила предвкушающая ухмылка, движения были плавными, тягучими, как у хищника на охоте. И добычей была я… Когда мелодия сменилась на более спокойную, томную и проникновенную, я позволила себя поймать, притянуть к сильному телу и сама обвила руками шею, прижавшись щекой к плечу Ромы. Такому надежному и крепкому, что все страхи отступали и тревога уходила. И не хотелось, чтобы отпускал, а музыка – заканчивалась… Я медленно подняла голову, встретившись взглядом с Ромой, и мир пропал, стало все равно, что кругом народ и на нас, возможно, смотрят. Казалось, если сейчас не поцелую, то случится что-то непоправимое, и я первая потянулась к его губам, зарывшись пальцами в волосы на затылке Ромы.
Всего лишь на миг во взгляде Логинова мелькнуло удивление, а потом его рот накрыл мой, властно и уверенно, но вместе с тем нежно. И это казалось самым правильным, отвечать ему, плавясь в объятиях и уплывая куда-то в теплый туман южной ночи. Реальность растворилась, музыка звучала приглушенно, а время остановилось, словно боясь спугнуть момент. Господи, как же упоительно ощущать губы Ромки на своих, слышать, как одинаково неровно, тяжело бьются наши сердца, и улетать от восторга куда-то далеко за грань этого мира! Только когда воздуха стало катастрофически не хватать, а в сознание настойчиво стучалась одинокая мысль, что ладонь Логинова совсем не там, где должна быть талия, я со всхлипом отстранилась, глядя на него ошалелым взглядом. Рома медленно погладил мои чуть припухшие, дрожащие губы и улыбнулся.
– Это было… вкусно, – тихо произнес он, потом мягко отстранил меня и взял за руку. – Пойдем, погуляем?
Я ничего не имела против, и мы ушли с танцпола, направившись в парк. Звуки отдалились, только звонко пели цикады и одуряюще пахло южной акацией в теплом ночном воздухе. Нас окутывала уютная тишина, мы не разговаривали, просто неторопливо брели по дорожке, удаляясь от шумной набережной. Рука Ромы обнимала за талию, я прижималась к его плечу, жмурясь и улыбаясь, и не хотелось думать ни о чем плохом. Я просто наслаждалась моментом, не заглядывая в будущее и не вспоминая о прошлом. Чудесное здесь и сейчас, и я впитывала каждой клеточкой это состояние. Мы выбрали скамейку под густыми кустами какого-то пышного растения, уселись и снова целовались до головокружения, и я сама не поняла, как оказалась сидящей верхом на коленях Ромки. Поцелуи перестали быть нежными, в них появилась страсть, а горячие ладони шустрого дракона уже нырнули под юбку, удобно устроившись на моих ягодицах и мягко их поглаживая.
Не знаю, до чего бы дошло, но вдруг неожиданно рядом раздались веселые голоса и смех, и я, вздрогнув, оторвалась от губ Логинова, тяжело дыша и пытаясь вернуть сердце на место из горла. Мы уставились друг на друга, а потом Рома с крайне задумчивым видом произнес чуть хриплым голосом:
– Знаешь, мне кажется, все же дома в кровати этим удобнее заниматься, чем на скамейке. Нет, понимаю, экстрим, и все такое…
Я фыркнула и тихо рассмеялась, уткнувшись в его плечо. Да уж, сначала пляж, теперь вот парк. Прав был Логинов, все-таки авантюрная жилка во мне есть, где-то очень глубоко. Но он до нее подозрительно легко добрался.
– Тогда поехали домой, – пробормотала, облизнув покалывавшие от наших сумасшедших поцелуев губы.
Рома хмыкнул мне в ухо, аккуратно ссадил с колен, и мы вернулись к машине. Едва переступили порог – тетка Варя уже давно спала, естественно, и в доме царила тишина, – как меня подхватили на руки и понесли наверх. А я и не возражала… Вечер закончился чудесно и полностью оправдал мои ожидания, и когда позже я лежала на плече Ромы, удовлетворенная и умиротворенная, сон приходить не торопился. В голову вдруг пришла странная мысль, которую я и озвучила, рисуя узоры на груди Логинова.
– Ром, а у тебя много женщин было?
Ладонь, лениво поглаживавшая мою спину, даже не дрогнула.
– Ты с какой целью интересуешься? – непринужденно осведомился он. – Поревновать? – ехидно добавил вредный дракон. – Или искренне считаешь, что я хранил целомудрие, а остальное природой заложено?
Я несильно стукнула его, потом вздохнула и снова сказала:
– Нет, конечно, глупостей не говори. А… дети у тебя есть? – неуверенно поинтересовалась, не зная, стоит ли затрагивать эту тему.
Сама я решила деликатный вопрос, купив в аптеке таблетки. После моего вопроса рука на спине замерла.
– Нет, – ответил Рома таким тоном, что я поняла – зря спросила. – Мы умеем контролировать вопрос зачатия, Эля. Так что можешь не травиться таблетками, – ворчливо добавил он, развернулся, подгребая меня к себе, и буркнул в макушку: – Спи давай, любопытная. Завтра снова поедем расследовать дальше…
Логинов смачно зевнул и через несколько минут размеренно засопел, а за ним уснула и я, плавно соскользнув в темноту.

Глава 14

Поскольку Лирн находился в соседней балке, на берегу длинного и узкого залива, и ехать до него всего полчаса, мы на следующий день как следует выспались, не став подрываться по будильнику. Тетка Варя снова куда-то ушла по делам, оставив на столе миску крупной, в крапинку, темно-бордовой черешни и блюдо с персиками и абрикосами. Мы позавтракали, взяли фрукты с собой, и перед выходом Рома еще раз посмотрел на карту, добытую из особняка Звонникова.
– Так, смотри, гроты Черепов тоже отмечены. – Он постучал по бумаге. – Значит, шанс есть. Кстати, ходят слухи, что в некоторые подводные пещеры даже можно спуститься через ходы на суше, – добавил Рома, свернув карту. – Ты как, с аквалангом дружишь? – осведомился он, пока мы спускались вниз.
– М-м-м, не доводилось, – осторожно ответила я. – А что, по-другому никак? – жалобно посмотрела на него.
– Там ничего сложного, – успокоил Рома. – Главное, держись рядом со мной и без самодеятельности. Думаю, за день управимся. И еще там есть чудный ресторанчик на набережной, они готовят потрясающую жареную рыбу, свежую, собственного улова, – мечтательно протянул он.
Я хмыкнула, выходя из дома.
– Ты же только что позавтракал!
– На свежем воздухе аппетит просыпается будь здоров. – Ромка щелкнул меня по кончику носа и достал ключи от машины.
Вскоре мы ехали по загородной трассе, вдоль виноградников, постепенно спускаясь в долину, где раскинулся Лирн. И правда, длинный, узкий и извилистый залив делил его на две части, город окружали винодельни, а на пологом холме, поросшем травой, высохшей до золотистого цвета под солнцем, виднелись остатки древней крепости. Фундамент стены шел вокруг всего холма, а две полуразрушенные башни четкими силуэтами выделялись на чистом, безоблачном небе. Дорога плавным серпантином спустилась до самого залива, и город начинался практически на его острие, без пригородов, сразу раз – и дома, не выше трех этажей, некоторые в окружении садов, все больше частный сектор. Вдоль правой набережной, ближе к пирсу, откуда уходили паромчики на два пляжа и лодки к гротам, тянулись гостиницы и ресторанчики, кафе и сувенирные лавки.
– Так, гроты за лагуной с пляжем, – пояснил Рома, остановив машину на стоянке. – Плыть минут двадцать. Морской болезнью не страдаешь? – уточнил он, глянув на меня.
– Вроде нет. – Я покачала головой.
– Отлично. Пойдем в пункт проката и найдем лодку до гротов. – Логинов уверенно направился вдоль набережной, я за ним.
– А почему эти гроты так называются? – поинтересовалась у него, уже привычно поймав ладонь Ромы.
– Там в некоторых из них нашли ритуальные захоронения, черепа и останки скелетов, вот и назвали, – пояснил он. – Сейчас, понятное дело, уже никаких костей там нет.
Ну и хорошо. Я, конечно, всякое видела, но в последнее время многовато мертвых вокруг. Насыщенный отпуск получается, весьма. Мы дошли до пункта проката аквалангов, Рома дотошно пересмотрел все и чуть ли не обнюхал, выбирая нам подходящее, дал мне примерить несколько и наконец остановился на двух для нас. Мы заплатили за три часа и пошли дальше по пристани – Рома сказал, лучше договориться с частной моторкой, потому как на туристических катерах слишком много лишнего народу. Тут я спорить не стала, конечно. Туристы и правда мешать будут.
– Как ты проверять эти гроты собираешься? – спросила, пока мы шли вдоль набережной – Логинов легко нес наши акваланги. – Их там много, кстати?
– Вообще да, но доступных и где можно выбраться на сушу – один большой, самый популярный, понятно, что там мы искать не будем, и два поменьше. До них как раз под водой нужно добираться. – Рома остановился и окликнул дочерна загорелого, худощавого мужчину в выцветших, закатанных по колено джинсах, сидевшего на пустом ящике и неторопливо курившего: – Эй, любезный, не подскажешь, кто может к гротам отвезти?
– Ну, я могу, – лениво отозвался моряк, смерив нас цепким взглядом. – Полторы сотни туда и обратно.
– Договорились, – кивнул Рома, достал бумажник и расплатился. – Где транспорт, куда грузиться?
– Сюда. – Наш проводник легко перепрыгнул на борт небольшой моторки с ярко-оранжевыми бортами. – Меня Вася зовут. – Он протянул мозолистую ладонь Логинову и забрал у него наше оборудование.
– Рома. – Мой напарник тоже без труда перебрался на лодку и повернулся ко мне. – Давай, Эля.
Через некоторое время мы покинули пирс, и Вася направил свое суденышко в море из залива. Вид, конечно, открывался обалденный, на обрывистые скалы, покрытые кое-где растительностью, пологие холмы чуть вдалеке, потом открылся длинный полумесяц галечного пляжа, на который накатывались темно-синие волны. Берег был усыпан разноцветными зонтиками, дальше на склоне виднелись купола палаток – походники тоже любили это место, оказывается, еще и из-за множества ручьев, как пояснил Рома. Засмотревшись на живописные пейзажи, я даже на некоторое время забыла, зачем мы вообще здесь, наслаждаясь окружающими видами. Но вскоре моторка завернула за следующий мыс, скрыв пляж, и я встрепенулась, настраиваясь на работу.
– Вам какие гроты, ближние, дальние? – уточнил Вася, направляя лодку в обход мыса.
– Дальние, которые под водой, – ответил Логинов.
– Ага, там народу меньше, и они красивее, – согласно кивнул наш проводник. – Только аккуратно, в проходах, бывает, течения, лучше держаться за веревки, увидите, они красные, вдоль скал идут.
– Спасибо, – с серьезным видом поблагодарил Рома. – Подождете? Мы часа на полтора, не больше.
– А куда ж денусь, – хмыкнул Вася, ловко направляя лодочку в обход большого катера с туристической группой – они как раз готовились посетить ближние гроты.
Мы миновали полукруглую выемку в скале, вход в грот, куда уже заплывала организованной толпой группа, проплыли чуть дальше, к широкой косой щели, и там Вася заглушил мотор, бросив якорь. Мы разделись, я с помощью Ромы приладила громоздкие баллоны, выслушала еще раз инструкции и плюхнулась в воду. Логинов через пару минут последовал за мной, махнул в сторону щели, и мы поплыли. Страха или опасения, как ни странно, я не ощущала, лишь азарт щекотал в животе да было любопытно, что и как там, в гротах. Почему-то не верилось в то, что здесь мы что-то найдем, хотя места и отмечены на карте Звонникова и вроде как подходят под особые места. Но – тут ведь постоянно туристы, да и местные наверняка, рискованно затевать важный ритуал в таком людном месте. Хотя кто его знает, что творится в голове у этого маньяка, в самом деле…
Когда мы заплыли собственно в грот, я невольно снова восхитилась, как природа может создавать удивительные вещи. Из довольно широкой щели косо падал солнечный свет, подсвечивая бирюзовым воду, но в самом гроте царил полумрак. Влажные стены поблескивали вкраплениями слюды, создавая иллюзию драгоценных камней. Потолок постепенно понижался, до низкой арки, почти касавшейся моря, и мы поплыли туда – пришлось нырнуть и проплыть немного под водой в следующий зал. Обычно туристам выдавали фонарики, но у нас нужды в них не было – я просто создала несколько крупных шаров, пустив их вверх и осветив помещение. И восхищенно ахнула, разглядывая искрящиеся стены. Вдоль дальней тянулся довольно широкий выступ, к которому мы и поплыли, выбравшись на скалу. Рома освободил рот, поднял маску, я последовала его примеру.
– Так, делаем следующим образом, – деловито начал он. – Ты ждешь меня здесь и никуда не уходишь, я сплаваю в следующий зал, туда туннель подводный ведет, и обследую там все. Не думаю, что это займет много времени.
– Ром, мне тут мысль пришла, вряд ли этот псих использовал популярные для посещения места, – высказалась я, рассеянно оглядываясь.
– Верно, я тоже так подумал, но перестраховаться не помешает, – кивнул он. – Для очистки совести. Ладно, я пошел, жди тут. – Логинов наклонился, коснулся моих губ быстрым поцелуем и снова надел маску, почти бесшумно соскользнув в темную воду.
Я осталась одна. Посидела, поболтала ногами в воде, но здесь, без солнца, было прохладно. Немного нагрела воздух вокруг себя, потом забралась на камень и снова оглядела грот. Просторный, неправильной формы – в конце виднелся выступ, куда уходил каменный пол, и я, немного подумав, решила посмотреть, что там. Рома же не сказал не сходить с места, а если там тупик, вернусь обратно и, так уж и быть, наберусь терпения и постараюсь не сильно скучать. И я пошла по уступу, собрав шарики перед собой в яркую гроздь. За углом действительно было продолжение, грот сужался и изгибался куда-то в бок. Пол немного ушел под воду, по щиколотку, и я, поколебавшись, машинально ухватилась за кулон, так и висевший на шее, и осторожно двинулась дальше. Ну а что, любопытно же, да и не в дебри же ухожу, здесь же, в гроте осталась. Просто в соседний зал загляну, даже не под водой проход. Вряд ли там что-то опасное, как в той же Мраморной было.
Второй грот был меньше, здесь пол спускался ниже, и вода уже поднялась до колена, правда, все равно у стены виднелась скала над водой, и я добралась туда. И увидела, что гроздь моих шариков освещает что-то вроде уступа ближе к потолку. Честное слово, я сама не поняла, как так получилось, что полезла туда – тем более легко было, скала поднималась полого вверх, и забраться не составило труда.
– А вдруг клад найду? – пробормотала, хмыкнула на собственные мысли, зацепилась за край уступа и подтянулась наверх.
Да уж. Клад не нашла, зато нашла кое-что другое. Там в самом деле была широкая полка, уходившая в глубь скалы, на ней вполне можно было сидеть, выпрямившись, и не задевать потолок. И, черт, там, у дальней стены, лежало тело. Высушенное. Что-то подсказывало, появилось оно тут совсем недавно… Я пробормотала ругательство и поспешно слезла, оглянувшись на извилистый проход. Надо Роме срочно сказать, и вот ведь гад, маньяк этот! В достаточно известном месте, и это еще хорошо, что я обнаружила, а не кто-то из туристов! Интересно, почему он тело здесь оставил, а не попытался избавиться сразу? Как-то слишком непродуманно…
Я сделала несколько шагов к проходу обратно и тут уловила тихий плеск – сюда кто-то шел. О, Ромка наконец вернулся! Очень вовремя, сейчас и расскажу. И когда из-за угла вывернула фигура с аквалангом, я быстро заговорила:
– Прости, что ушла, но тут недалеко, и я кое-что нашла…
Вот только договорить не успела. Это оказался вовсе не Ромка, потому как глаза под маской сузились, полыхнули яростью, и неизвестный вскинул перед собой ладони. В меня полетели маленькие шипящие молнии, потрескивая и рассыпая искры, и я сделала единственное, что пришло сейчас в голову: отпрыгнула назад и махнула руками, отпуская силу в свободный полет. Между стенами грота с ревом взметнулась огненная стена, для которой обычная вода не помеха, и надеюсь, что ее против меня этот тип не повернет. Поскольку я не сводила взгляда с огня, но продолжала пятиться, то очень неудачно наступила на какой-то выступ и грохнулась назад, больно ударившись пятой точкой об камень. С той стороны донеслось невнятное ругательство, потом чей-то возглас, и даже показалось, знакомый – Рома? Потом сквозь шум огня послышался всплеск, какая-то возня, и все стихло. Морщась и шипя, как заправская гадюка, я кое-как поднялась, придерживаясь за влажную стену и не сводя настороженного взгляда с моей единственной защиты. Молча порадовалась, что в этот грот можно было пройти только по камню, не подплыть снизу. Иначе хана мне, точно…
Неожиданно с той стороны раздался громкий, бесконечно родной голос:
– Эля, ты в порядке? Пропусти меня, пожалуйста. Это Рома.
Я тихо всхлипнула, чувствуя, как внутри отпускает тугая пружина, и убрала огонь. Тело мелко дрожало от пережитого, ныл ушибленный копчик, и еще и ногу саднило – содрала, когда падала. Логинов шагнул ко мне, встревоженно вглядываясь, и порывисто обнял, крепко прижав к себе.
– С тобой все хорошо? Он не добрался до тебя? – повторил он настойчиво, пытаясь ощупать меня, но при этом не отпуская.
Вцепившись в него, как в спасательный круг, я издала хриплый смешок.
– Он был ошарашен так же, как и я. В-видимо, не ожидал тут встретить, – ответила я с запинкой – зубы стучали, грозя прикусить язык.
Рома шумно вздохнул, не прекращая меня гладить, и проворчал:
– Я же сказал тебе там меня ждать, неугомонная!
– Тогда бы я так легко не отделалась. – Голос все еще оставался хриплым, но нервы потихоньку успокаивались. – Ром, я знаю, зачем он приходил. Тут еще одно тело, тоже высушенное. Похоже, он не успел от него избавиться сразу и пришел сделать это сейчас, – уже увереннее произнесла, чуть отстранившись и посмотрев на Логинова.
Дракон крякнул, помрачнев.
– Вот сволочь, а, – пробормотал он, отпустил наконец меня и кивнул. – Тогда ясно, зачем он тут появился. Жаль ушел, а под водой я не рискнул гоняться за ним, тут полно туннелей с течениями, довольно опасных. – Рома поморщился. – Ладно, показывай, где тело.
Я показала, он проверил время смерти – выяснилось, что этой ночью. Потом мы немного поспорили, как лучше поступить, и в конце концов определились, что Рома ждет здесь, а я плыву обратно и звоню Михалычу. Ну, вдруг этот маньяк где-то спрятался и решил подождать, пока мы уйдем, а Логинов точно справится с ним лучше, чем я. Мало ли, какие сюрпризы у этого Падшего в рукаве.
А дальше снова началась суета, длившаяся несколько часов. Приехал катер местной полиции, тело вытащили, осмотрели место, однако сильрита, как в прошлый раз, не нашли – видно, в этот раз маньяк забрал камешек. Снова нас с Ромкой расспрашивали, но не так, чтобы подробно, корочка Логинова и подтверждение Михалыча, что он занимается расследованием с признаками магии, сняло подозрительность полицейских. На всякий случай они обследовали гроты еще раз в поисках Падшего, но, естественно, никого не нашли. Мы вернулись в Лирн уже после обеда, уставшие и хмурые. И голодные, кстати, поэтому, сдав акваланги, поспешили в кафе, из которого умопомрачительно пахло жареной рыбой. То самое, про которое Рома говорил. Я немного отвлеклась от событий этого дня, рыба в самом деле оказалась божественно вкусной, я умяла целое блюдо, оставив только головы, даже хвостики схомячила. Они такие хрустящие! Подобрев и отдуваясь, я прихлебывала прохладный квас, наблюдая закат, и лениво размышляла над всем этим. Еще одна жертва, наверняка последняя, на днях уже тот самый парад планет, а у нас все по-прежнему глухо.
– Эль, а ты очень хочешь возвращаться обратно в столицу? – поинтересовался вдруг Рома, врываясь в мои размышления.
Я хлопнула ресницами и озадаченно покосилась на него, не подозревая подвоха.
– А есть варианты? – пожала плечами, сделав еще глоток.
– Остаться здесь, – огорошил следующим предложением Логинов, тоже созерцая розовые и оранжевые переливы на небе. – Климат мягкий, обстановка спокойная, дела бывают пару раз в месяц, редко чаще. – Уголок его губ приподнялся в улыбке. – А такое, как сейчас, и того реже. Море, опять же, рядом. Как тебе? – Он покосился на меня с каким-то странным выражением.
– Да… Я как-то даже не думала, – пробормотала, окончательно растерявшись.
– А еще я не хочу тебя никуда отпускать, – буднично добавил Рома, и я чуть не подавилась квасом от неожиданности, он аж носом пошел.
Черт. Мы знакомы неделю всего, а он с ходу такие серьезные предложения озвучивает?! Да и расследование не закончено, и вообще… Сердце подпрыгнуло и забилось в горле, мысли беспорядочно заметались в голове, не давая сосредоточиться. Я правда старалась не задумываться о том, что будет после расследования, когда подойдет к концу мой отпуск. Страшно, волнительно, да и собственные чувства не до конца еще понятны. И… и я не знаю, как это, по-настоящему встречаться с кем-то, не говоря уже о совместном проживании…
– Поехали домой, – как ни в чем не бывало произнес Рома и, положив деньги за ужин, поднялся, протянув мне руку. – Скоро уже стемнеет совсем.
Я уцепилась за ладонь, избегая смотреть на Логинова, и пошла за ним к машине. Растерянность все не проходила, а волнение так даже и росло, еще и бросало то в жар, то в холод. Рома молча открыл передо мной дверь, я села, уставившись на приборную доску и нервно сплетая и расплетая пальцы. Хлопнуло с другой стороны, мой спутник устроился за рулем, завел машину, и мы поехали. Удивительно, но Рома не пытался разговорить или растормошить меня, просто молча смотрел вперед, на дорогу. Однако тишина не была натянутой или колючей, не вызывала желания нарушить ее хоть каким-то звуком. Хочу или не хочу остаться здесь, в Мирстоне?.. Положа руку на сердце, городок мне нравился, тихий, спокойный и – без прошлого. Без моего прошлого, я могла ходить тут по улицам, не опасаясь, что вдруг накроют воспоминания некстати. И я знала, что начальство устроит мне перевод сюда без проблем, им хватало специалистов-оперативников и там.
Вечер прошел тихо и спокойно. Мы поужинали, снова в молчании, потом я сидела, рассеянно лазая в Сети, прислонившись к Роме, он тоже что-то читал на планшете. Настроение у меня было задумчиво-грустное и немного тревожное, и Логинов это, естественно, почувствовал. Когда легли спать, он просто обнял, привлек к себе, уткнувшись в макушку, и меня накрыла волна благодарности за такое понимание. Я немного расслабилась, закрыв глаза и медленно погружаясь в дрему, и вдруг услышала тихие слова:
– А еще я хочу от тебя детей, Искорка.
Ой. Сердце испуганно дернулось, и сонливость как рукой сняло. Я осторожно пошевелилась, вздохнула. И невпопад ответила:
– Ты же дракон… И живешь долго…
– А ты полукровка, и лет двести точно у тебя в запасе есть, – весело фыркнул он, взлохматив мне волосы.
Звучало фантастически и в голове не укладывалось, если честно.
– Ладно, все, потом поговорим еще. – Рома приподнял мою голову, нежно коснулся губ поцелуем и снова прижал к себе. – Спи, Элька.
Под равномерное, успокаивающее дыхание я тоже снова задремала, пригрелась и уснула, несмотря на сумбур в мыслях и чувствах.

Утром тетка Варя снова куда-то ушла, ее в доме не было, когда мы спустились к завтраку. Рома не возвращался к вчерашнему разговору, и я немного успокоилась, решив отложить размышления на потом, когда разберемся с этим расследованием. Поев, вернулись в гостиную, и Логинов развернул карту, внимательно изучая.
– Так, вот это – Скалистый форт. – Он указал на точку, обведенную красным. – Вообще это наследие одной из прошлых войн, находится в пределах Мирстона, но в самом дальнем его районе, аж на мысу, и я не припомню там пещер. – Рома нахмурился. – Там четыре этажа в скале, и они проделаны людьми. Но я там не был никогда, форт нигде не фигурирует, как какое-то особое место. Спросим-ка у знающего человека. – Логинов достал телефон и набрал номер. – Михалыч? Ты в отделении сейчас? Разговор есть. – Он замолчал, выслушивая ответ. – Да, желательно лично, кое-что показать хочу. Через два часа? Договорились. – Рома закончил разговор и посмотрел на меня. – Предлагаю пока пойти на море, а когда Михалыч вернется, поедем в отделение.
Мне план нравился, и я кивнула. Море очень кстати, чтобы лишний раз не возвращаться в мыслях к вчерашнему вечеру. Мы переоделись и отправились на пляж, и два часа пролетели незаметно, а мое настроение значительно выправилось. В этот раз Рома предложил пройти чуть дальше в скалы, подальше от остальных отдыхающих, и там мы с удовольствием и подурачились, и попрыгали с камней, и назагорались. А потом и Михалыч позвонил, сказал, что ждет нас. Перекусили по пути парой вкуснющих чебуреков, дома быстренько переоделись и отправились в отделение.
Там все были в сборе, ждали нас в общем кабинете. Поздоровавшись, я устроилась на свободном стуле, порадовавшись, что Юра, похоже, с головой ушел в работу на компе и почти не смотрел в мою сторону. Рома встал рядом со мной, положив ладонь на спинку стула.
– Михалыч, скажи мне, в Скалистом форте есть что-нибудь, что можно отдаленно связать с Белой пещерой? – спросил он, глядя на подполковника. – И что там сейчас? Когда я последний раз был там, вроде туристов водили на первые два этажа?
– Да, водили, а потом туда залезли подростки и решили пройти на пляж через форт, по тропинке на скале. – Михалыч поморщился. – Двое сорвались, один не выжил, второй калекой остался, и входы запечатали от греха подальше.
– Ага-а, – задумчиво протянул Ромка и покосился на меня. – Так что насчет Белой пещеры?
– Слушай, ну не знаю, я не припомню. – Михалыч озадаченно поскреб в затылке. – В официальной истории не упоминается, там, конечно, выдалбливали в скале помещения, но, может, что-то и естественное было, однако без названий наверняка. А что? – полюбопытствовал он. – Это как-то может быть связано с этими телами клятыми и ритуалами?
– Может быть, – медленно ответил Логинов и нахмурился. – Пока еще точно не знаю…
– В Скалистом-то? Так есть там, Соляной грот, – неожиданно встрял Юрка, отвлекшись от монитора, и глянул на нас. – Ну, местные так называют. Не знаю, как сейчас, а мы подростками тоже туда бегали. Есть там местечко, на самом нижнем, четвертом этаже, из него еще выход сразу к морю, так стены все белым покрыты, то ли налет, то ли минерал какой, – пояснил он. – Местные Соляным и назвали.
– Хм… – Рома прищурился и погладил подбородок, в янтарных глазах загорелся огонек.
– Точно, кстати, я тоже помню, – отозвался Эмиль. – Есть такой, да. К нему только через форт можно пробраться, снаружи никак, там закрытая бухточка. Вроде раньше кладовой служила.
– Так, надо проверить этот грот, – решительно заявил Логинов. – Мы поехали…
– Знаешь, Ром, а вот не пущу я больше вас одних, – вдруг сердито возразил Михалыч, нахмурив кустистые брови. – А то вечно то труп находите, то убивают кого-то, чудом не задев вас. Так что, ребятушки, полчаса на сборы и айда с Ромой, – подвел итог подполковник. – Тем более вы знаете, где там этот Соляной грот.
– Надеюсь, ты-то хоть трясти стариной не полезешь? – хмыкнул Рома, не став возражать, но я видела, что он не слишком доволен эскортом.
– Не полезу, хотя нервничать буду, – невозмутимо отозвался Михалыч.
– Да ладно, работа у нас такая, жизнью рисковать во благо отечества, – весело отозвался Юра, поднявшись из-за стола. – Табельное брать? – деловито осведомился он, глянув на Логинова.
– Юра, что за вопросы? Конечно, брать! – ответил вместо него Михалыч. – Совсем, понимаешь, распустились тут! – сердито добавил он. – Марш собираться!
В общем, выехали мы минут через сорок. Ребята – на полицейской машине, а я к Роме села.
– Так, там не пещеры, там опаснее, – по пути инструктировал он. – Там четыре этажа и около двухсот разных помещений, плюс еще естественные пустоты в скалах. Заблудиться очень легко, и если там действительно все закрыто сейчас, то проводников и бетонных дорожек для туристов не будет.
– Буду держаться за хвост впереди идущего тебя, – клятвенно пообещала я и хихикнула, осознав, как двусмысленно звучат мои слова.
Рома покосился на меня, хмыкнул.
– Не, за хвост не надо, лучше, когда домой вернемся, держись сколько захочешь, – невозмутимо ответил он, и я ощутила, как щеки потеплели от румянца.
Все-таки смутил, нахал чешуйчатый.
– А если серьезно, то не отходи ни на шаг, – негромко произнес он, сворачивая на светофоре и спускаясь под горку – справа раскинулся какой-то завод на берегу очередной бухты, которыми в Мирстоне изрезано все побережье. – Парад уже сегодня ночью, и если все же наши предположения верны, там может оказаться небезопасно. И не лезь, если заварушка начнется, – добавил Рома.
– Хорошо, буду стоять в сторонке и бояться, – проворчала, с одной стороны, тронутая его заботой, с другой… складывалось ощущение своей бесполезности.
Но опять же, если бы это был обычный преступник, а не Падший дракон, проводящий запрещенный ритуал и имеющий иммунитет к стихийной магии. Так что возмущаться сильно не стала. Рома, поняв, что фырчу не по-настоящему, просто взлохматил мои кудри, улыбнувшись уголком губ.
– Далеко еще? – уточнила, когда мы переехали железнодорожную ветку для товарных поездов.
– Минут десять, за тем холмом садоводческий поселок, нам мимо него, потом будет часть с гарнизоном и форт на следующем мысе, – ответил Логинов.
Этот район Мирстона выглядел уже почти как пригород. Жилых домов тут не строили, только дачи местных скрывались за пышными фруктовыми деревьями в балках между холмами. Сами холмы покрывала степь, уже высохшая под солнцем. Мы миновали часть, снова нырнули между двумя холмами и свернули на грунтовую дорогу, уводившую как раз на самый мыс, выдававшийся в море. Только никаких остатков форта я там не видела.
– А где развалины? – удивленно протянула я, разглядывая степь и какие-то невысокие курганы.
– Сверху почти никаких строений не было, только пара бункеров. – Логинов кивнул на курганы. – Через них, собственно, и вход в сам форт. Я же говорил, он в скале. – Рома вышел, я за ним.
Ребята тоже выгрузились из машины, и наша компания приблизилась к кургану, оказавшемуся заросшим бункером с заваренной железной дверью.
– Посмотрите соседний. – Рома кивнул в ту сторону, что-то внимательно изучая на планшете. – Михалыч скинул карту форта, но она примерная, надписи могли испортиться или вовсе пропасть со временем, – предупредил Логинов, пока Юрка ходил ко второму бункеру.
– Не, тоже закрыто все, – покачал он головой, вернувшись через несколько минут. – Но тут вообще весь мыс как губка, я слышал, в форт можно как-то через естественные туннели попасть, – добавил оперативник, почесав в затылке. – Так что не показатель, что внутрь никто не проникал.
– Ну я так и думал, – согласился Рома и оглянулся на меня. – Откроешь, Эль?
Подозреваю, он и сам мог легко это сделать, но попросил меня. Приятно, черт. Я подошла к двери и выпустила огненный лепесток в две ладони длиной, он вошел в железо, как раскаленный нож в масло, легко справившись с толстой бронированной дверью. За спиной кто-то уважительно присвистнул, увидев мои возможности, я же, закончив, отступила, освободив место Роме. Он легко ухватил дверь за выступавшие остатки петель и замка и отставил в сторону.
– Лаз иллюзией прикрою, чтобы лишние люди в наше отсутствие не сунулись, – объяснил он остальным на всякий случай. – Юра, Эмиль, покажите примерно, в какую сторону нам двигаться?
– На первый этаж вроде. – Эмиль ткнул в схему на планшете. – Сюда, ближе к морю, где-то здесь.
– В нее из подсобных складов попасть можно было, а они ниже первого, там через кухню вход, – гораздо увереннее отозвался Юра. – Если с тех пор ничего не изменилось, то надо через весь форт идти вот в этот угол.
– Тогда идем, далеко не расходимся и не теряем друг друга из виду. – Рома шагнул в темный проем двери, я юркнула за ним и зажгла несколько шариков.
Пространство внутри оказалось не таким уж большим, посередине виднелся вертикальный колодец с остатками лестничных скоб на стенке. Из стен и пола бункера торчали остатки проводов от некогда стоявшей аппаратуры, которую давно вынесли на цветмет. Мы все едва поместились, распластавшись по стенкам. Рома осторожно заглянул в колодец и поморщился.
– Спускаемся осторожно, – распорядился он. – Я первый, Элис за мной, потом остальные. Я укреплю магией, если что шатается или прогнило совсем, но следующий начинает не раньше, чем предыдущий дойдет до половины колодца, понятно? Я внизу страховать буду, если что.
У меня екнуло сердце, беспокойство свернулось в животе холодной змеей, но я не дала ему воли. Конечно, опасно, все это дело воняло опасностью за километр, а что делать. Я и так знала, что не на прогулки в парке нанимаюсь, когда шла в школу после инициации. Логинов окинул нас пристальным взглядом, задержался на мне, потом начал спускаться в колодец. Справившись с приступом головокружения, я осторожно заглянула туда, отправив один из шариков сопровождать дракона, и заодно прикинула, как глубоко уходила шахта. Вышло где-то на высоту полутора этажей вниз… А там их еще четыре. Представив, как мы, словно кроты, бредем по коридорам и переходам этого форта, в темноте и без каких-либо прочных ориентиров… Я передернула плечами и постаралась не поддаться липкому страху. Со мной рядом будет Рома, уж он точно в обиду не даст и защитит, если что, ну и кулон на мне неснимаемый.
– Элис! Лезь! – громкий голос Логинова выдернул из размышлений и заставил чуть вздрогнуть, я встрепенулась и глубоко вдохнула, выдохнула.
Ну, Элька, вперед, в неизведанное. Надеюсь, удача будет на нашей стороне. И я, крепко ухватившись за край колодца и стараясь не смотреть вниз, спустилась на первую скобу.

Глава 15

Чтобы не нервничать из-за высоты, я считала ступеньки, глядя в стену перед собой. Она влажно поблескивала в свете моих шариков, и изо рта при дыхании вырывался пар – здесь было почти так же, как в пещерах, температура резко понижалась, как и влажность. Хорошо, что я прихватила с собой свитер и надела его, как и штаны, ну и магия точно не даст замерзнуть. Я настолько сосредоточилась на монотонном переставлении рук и ног, что когда талии коснулись чьи-то ладони, едва не дернулась и не слетела со скоб.
– Тихо, тихо, слезла уже, – успокаивающе сказал Рома, привлекая к себе. – Молодец, теперь ждем остальных.
Я выдохнула с облегчением и отошла в сторонку, чтобы не мешать, пока оглядываясь. Из трубы дальше в подземелье вел очередной дверной проем без двери, я пустила шарик чуть вперед по коридору – это оказался именно он. На бетонном полу лужи, остатки штукатурки, какого-то хлама, на стенах лохмотьями краска висит, с потолка кое-где свисают остатки проводов. Невольно поежилась: мрачненько и атмосферно, прямо готовые декорации к постапокалипсису или компьютерной игрушке. Бочком придвинулась к Роме, чувствуя себя увереннее за его широкой спиной – он как раз контролировал, как спускался Юрка. Где-то минут через двадцать мы все собрались наконец внизу и двинулись по коридору. Он был достаточно широкий, чтобы наши проводники, Эмиль и Юра, шли рядом с Логиновым, сверяясь с картой, а со мной шел Серега. С ним я тоже ощущала себя уверенно, от бывшего спецназовца исходила похожая аура силы и уверенности, гасившая мою нервозность. Даже оглядываться не хотелось. Сергей шел чуть позади, прикрывая меня плечом, и напряженная пружина внутри почти совсем распрямилась.
Дальше наши блуждалки смахивали на какую-то компьютерную игру. Коридоры, камеры, тупики, переходы, лестницы, похожие на первую. Везде остатки оборудования, приборов, какой-то хлам, бутылки, даже несколько пепелищ заметила – тут явно молодежь весело проводила время, пока не заварили вход. А может, и до сих пор время от времени забиралась, через естественные внешние проходы. Воздух оставался прохладным, кое-где даже выступила бахрома инея, виднелись натеки – иногда с потолка за шиворот капало, доставляя неприятные ощущения. Несколько раз Рома и проводники останавливались и о чем-то спорили, потом мы двигались дальше. По моим прикидкам, мы спустились уже на третий этаж и никак не могли найти спуск вниз. Та лестница, по которой когда-то Юра с приятелями лез, оказалась засыпанной обвалом, и мы искали вторую – по словам Эмиля, она тут должна быть обязательно.
– Так, давайте проверим тот коридор, а Серега с Элис тут подождут, – предложил Юра, когда мы остановились на очередном перекрестке. – Если что, пойдем сюда, тут кухня обозначена, наверняка должна быть черная лестница. Хотя бы на склады.
– Хорошо, пошли посмотрим. – Рома бросил на меня взгляд, едва заметно кивнул и направился вперед.
Эмиль и Юрка ушли за ним, мы с Серегой остались ждать. Раз Логинов оставил нас тут, значит, опасности нет. Шаги и голоса стихли – видимо, ребята свернули в какую-то комнату, и нас окутала тишина. Под потолком висели мои шарики, разгоняя мрак, на стенах серебрился иней, покрывая остатки старых плакатов и газет. К моему удивлению, они тут остались, и даже можно было прочитать о достижениях и новостях тех лет. Я отвлеклась, читая привет из прошлого, и когда раздался голос Юры, чуть не вздрогнула от неожиданности.
– Народ, идите сюда, мы, кажется, нашли! – бодро крикнул он, и эхо пошло гулять по коридорам, создавая жутковатое ощущение.
Я встрепенулась, оглянулась на Сергея и поспешила туда, куда ушли Рома и остальные. Юра высунулся из дверного проема чуть дальше и махнул рукой, и я поспешила к нему, надеясь, что в самом деле нашли: хотелось уже быстрее найти этот Соляной грот и наконец вернуться наверх. Ощущение, что мы тут сутки торчим, хотя прошло всего-то пара часов и время близилось к обеду только.
– Ну что, где… – начала было я, перешагнув порог помещения, но не договорила.
Совершенно неожиданно внутри оказалась кромешная тьма, в которой завязли и мои шарики, не разгоняя чернильный мрак. Я споткнулась, задохнувшись от волны паники, выставила перед собой руки, разом ослепнув и оглохнув – звуки в странной субстанции тоже не распространялись, и тишина царила ватная.
– Рома! – вскрикнула, но чуть не подавилась воздухом – крик, казалось, так и повис на губах.
Я попятилась назад, нашаривая дверной проем и лихорадочно соображая, что делать, как вдруг рот зажала широкая ладонь и прямо в ухо прошипел злой, торжествующий голос:
– Попалась!
А потом на какую-то точку на шее больно нажал палец, и я провалилась в беспамятство.

Не знаю, как долго провела без сознания, только возвращение в реальность не принесло ничего хорошего. Сначала пришли звуки. Шелест шагов, едва слышное бормотание, и вот теперь я точно узнала голос и чуть не вскрикнула от изумления. Только вот связки не повиновались, как и тело, я еле разлепила глаза, обведя мутным взглядом место, где оказалась. Пещера. Стены усыпаны крупными белыми кристаллами, посверкивавшими в полумраке. Ага, значит, тот самый Соляной грот. Небольшой, кстати, и в дальнем конце виднелся темный проем. Я сама лежала на полу недвижимым бревном, не в силах пошевелить и пальцем, около довольно широкого, с низкими бортиками, бассейна. И в нем маслянисто поблескивала темно-бордовая, почти черная жидкость…
К горлу подкатил ком, и поскольку голова не двигалась, мне только и оставалось, что зажмуриться. Однако я успела заметить и плавающие в воздухе светящиеся символы и узоры, и двигавшуюся по пещере знакомую фигуру. Черт. Ну черт же, как так получилось?! Теперь понятно, как нас опережали на шаг, откуда стало известно мое прошлое и как кое-кто узнавал о наших планах.
– Пришла в себя, да? – снова раздался полный злого веселья голос Юры. – Знаю, пришла, пора бы уж. Только можешь не пытаться пошевелиться, мне не нужно, чтобы ты удрала в самый неподходящий момент. И магия твоя не поможет, не трать зря силы.
Я собрала остатки оных в кучу, с трудом облизнула сухие губы и хрипнула, так и не раскрывая глаз – на кровь смотреть не хотелось совсем:
– К-как?..
Уши резанул неприятный смех, и я лишь удивлялась, как этот гад удачно притворялся, да еще и держался в тени.
– Нежданчик, да? – издевательски отозвался Юра, или как его там на самом деле. – Да, вы мне все карты спутали, а ведь так хорошо все шло! – зло огрызнулся он, и я ощущала, как кожу начинает покалывать от концентрации магии в воздухе – видимо, Падший еще продолжал готовиться к ритуалу.
А мне и хорошо, Рома успеет найти меня по кулону. Я старалась не думать, что с ним тоже что-то случилось, как и с ребятами, иначе совсем паршиво выходило.
– Вот чего тебя к этим пещерам понесло, а? Да еще в ту чащу? И так сложно от тел избавляться, чтобы их не нашли! – продолжал злиться Юра. – Хотя, с другой стороны, заполучить полукровку – это вообще большая удача, я и надеяться на такую не мог. – Голос приблизился, мою безвольную руку крепко ухватили сильные пальцы и положили на бортик бассейна, прямо над… жидкостью. – Кстати, если надеешься, что твой чешуйчатый дружок прибежит в развевающемся красном плаще, разочарую тебя, – насмешливо добавил Юра, и у меня внутри все похолодело. – Он явно не ожидал, что я его грубо пистолетом по затылку тресну и сброшу туда, откуда не выбраться без посторонней помощи. И магия ему тоже не поможет, амулет блокировки достать было легко, как и твой кулон снять. Ты в курсе, что цепочку можно разорвать драконьей кровью?
Голос снова зазвучал дальше, а я все-таки отважилась открыть глаза, стараясь не коситься на бассейн, над которым висела моя рука. Обнаженный по пояс Юра плавно передвигался по пещере, знаков в воздухе прибавилось, и он словно уплотнился, чуть не гудел от скопившегося напряжения и силы. Ох, черт, черт, неужто все в самом деле так плохо и эта тварь подготовилась и обо всем подумала?!
– Я все прикидывал, как же заполучить тебя, Элис, да так, чтобы избавиться от этого назойливого изгоя, – продолжил делиться Падший, при этом его руки непрерывно чертили в воздухе узоры, и стало даже трудно дышать. – А тут вы сами решили сунуться сюда, какая удача!
Краем глаза я заметила, что поверхность жидкости в бассейне стала искриться, как от избытка электричества, и паника молоточками застучала в висках. Нет, не хочу верить, что… что это все! Что я больше не увижу Ромку и мы не останемся вместе… Глаза защипало, и по виску скатилась капля, я с трудом прикусила дрожащую губу, сдерживая позорные всхлипывания. А между тем Юра снова приблизился ко мне, и паника захлестнула ледяной волной: в его руке был нож.
– Знаешь, каково это, навсегда оказаться прикованным к земле, к миру, в котором нас забыли?! – прошипел он с ненавистью, наклонившись надо мной и сузив полыхнувшие яростью глаза. – Пользоваться сотой долей того, что мне оставили, милостиво кинули, как кость собаке! – выплюнул Юра последние слова, и его лицо перекосил жуткий оскал. – Ничего-о, скоро все изменится! И твоя кровь мне в этом поможет, деточка. – Сильные пальцы схватили мою руку, и…
Холодное лезвие безжалостно полоснуло по коже, грамотно разрезая не поперек, а вдоль, почти до локтя, и крик заметался в груди, не в силах найти выход. Я лишь смогла слабо зашипеть, голова тут же закружилась, а боль вгрызлась острыми зубами до самого плеча. А в бассейн полилась густая темно-бордовая струйка… Я все-таки всхлипнула, сморгнув выступившие слезы, не в силах отвести взгляда от крови, бежавшей все быстрее прямо в купель. Моей крови. А Юра, встав на колени, вдруг запел низким голосом, от которого завибрировал каждый нерв и заныли зубы, и медленно опустил в бассейн круглую чашу, выточенную из камня. Зачерпнул густой жидкости, уже буквально горевшей синеватым огнем на поверхности, и сделал несколько больших жадных глотков.
Воздух мягко дрогнул от беззвучного удара, знаки в воздухе вспыхнули, рассыпаясь искрами и красиво тая огненным дождем. Я же расширенными глазами смотрела, как глазницы Юры загораются мертвенно-синим светом, превращая лицо в обтянутый кожей череп, как чаша падает из его пальцев прямо в бассейн с кровью и ладони окутываются полупрозрачным светящимся туманом такого же синеватого цвета. Внутри все упало, отчаяние поселилось в животе глыбой льда, а от порезанной руки постепенно поднимался холод, конечность охватывало онемение. И я по-прежнему не могла пошевелиться, и магия не откликалась. Сознание словно погружалось в вязкий кисель, по телу растекались слабость и апатия.
Прикрыв глаза, я мысленно застонала и закрыла глаза, не желая смотреть на происходившее в гроте. Неужели это правда конец?

Предательский удар застал Логинова врасплох, но, черт возьми, Рома никак не ожидал получить его от Юры! От того, на кого бы подумал в последнюю очередь, что именно он – тот, за чьей личиной скрывается Падший.
– Ублюдок, – прохрипел Логинов и осторожно пошевелился, открыв глаза.
Только вот темнота не изменилась, будто он ослеп в одно мгновение, а от движения бок прострелило болью. Рома охнул, поморщился, приложив ладонь – ребро, что ли, сломано? Потянулся к магии, но… наткнулся на глухую стену. Сила не отзывалась. Совсем. Только печати жгло, пока терпимо, но неприятно. Логинов замер с колотящимся сердцем, жестко задавив попытавшийся поднять голову страх. Паника делу не поможет, а действовать надо быстро, потому как Элис сейчас в гораздо большей опасности. Прислушавшись к себе, Роман осознал, что амулета не слышит тоже. Или Падший ухитрился снять его, или та дрянь, что блокирует его способности, забивает и связь с амулетом.
– А вот это уже хреново, – пробормотал Логинов и попытался осторожно встать, подняв перед собой руки.
Ребро снова стрельнуло острой болью – ну точно, трещина минимум. Пинал его, что ли, этот козел свихнувшийся? А вот когда еще и закружилась голова, в висках сдавило тупой болью и к горлу подкатил ком тошноты, Логинов понял, что дело плохо. Штаны неприятно промокли, на полу была лужа, в которой он и лежал, судя по всему, и это точно не то место, куда их привел Юра якобы в поисках лестницы на нижний этаж. Матерясь вполголоса и то и дело тяжело сглатывая, Рома все-таки поднялся и сделал несколько шагов вперед, пока его ладони не уперлись во влажную холодную поверхность из металла. А обойдя по кругу, обнаружил, что находится в не слишком широком колодце, причем без лестницы – Рома даже рискнул подпрыгнуть в нескольких местах в надежде, что скобы ступенек начинаются выше. Но заработал только очередной приступ тошноты, да такой сильный, что остатки еды чуть не выплеснулись наружу. Пришлось пережидать и отдышаться, проклиная в очередной раз подстраховавшегося Падшего. И ведь как все продумал, ублюдок, не подкопаешься. «Только бы ребята остались живы!» – мелькнула мысль об оставленных где-то там в недрах форта Сереге и Эмиле. Они-то уж точно ни при чем и никаким боком к разборкам двух представителей древней расы.
И Элис. Черт, Элис! При мысли, чтó Падший мог с ней сделать, изнутри поднималась волна такой ярости, что становилось трудно дышать и темнота перед глазами расцветала росчерками комет. От печатей по коже расползался огонь, и казалось, она сейчас начнет слезать хлопьями. Но ведь без магии отсюда не выберешься и не доберешься до его Искорки. И не набьешь морду зарвавшемуся Падшему. Рома прислонился к стене и нервно вздохнул, не обращая внимания на боль в боку. Нет, ну не может быть все так плохо, не бывает безвыходных ситуаций! Даже если вас съели…
Додумать Логинов не успел. В сознание как вонзили раскаленную иглу, и его накрыла волна чужой боли, паники и отчаяния. Во рту все свело от горечи, слюна стала вязкой, а собственное недомогание отошло на задний план. Элис плохо. Его Искорка страдает, и по вине Падшего. Рома сейчас даже не задумывался, почему так ясно и четко улавливает эмоции девушки, да еще и на приличном расстоянии, это уже не имело значения. Да ничего уже не имело значения, потому что Логинов окончательно перестал контролировать себя. По телу прошла дрожь, печати вспыхнули невыносимым огнем, и Рома упал на колени, сжав кулаки и зажмурившись, из горла рвался какой-то звериный, отчаянный и хриплый вой. Эхо заметалось в колодце, многократно отражаясь от стен, и вдруг пришел ответ. Его дракон проснулся, и сознание наполнилось оглушительным, яростным ревом, и все эмоции, бурлившие в крови, ринулись наружу. Через печати. Вместе с драконом, рвавшимся на волю, защитить свое сокровище, свою женщину, любимую женщину. Свою пару, единственную.
Логинов согнулся пополам, ослепленный и оглушенный. Тело горело, охваченное первородным огнем ярости, злости и ненависти, удвоенных проснувшимся зверем. В ушах не смолкал рев дракона, кости плавились, и казалось, с них стекает плоть, а трещавшие по швам печати… Зверь их просто разнес, ринувшись на свободу, прочь из тесной клетки, туда, где было плохо и больно Элис, его маленькой огненной ведьме. С едва слышным звоном невидимые цепи лопнули, и тело Логинова вспыхнуло, окутавшись облаком мерцающих золотистых искр, стремительно разраставшихся ввысь, к плотно закрытой крышке колодца. Самым краем сознания Роман еще успел отметить, что в окрестностях его темницы живых не наблюдается, а потом зверь взял верх. Он с торжествующим ревом окончательно вырвался на свободу, разнеся три этажа форта и оставив после себя внушительную воронку, заполненную обломками. В вечерний воздух взвилось облако пыли, а большой зверь в переливающейся всеми оттенками золота чешуе, распахнув кожистые крылья, взмыл в небо, издав еще один рев – вызов противника на поединок. Заложив крутой вираж, янтарный спикировал на самый край мыса, оставшийся целым, откуда шли волны боли и отчаяния от его девочки. И – холодные, мертвенные от Падшего, который довел ритуал до конца.
Но это Призрачному не поможет, потому что единственные, кто мог сражаться с ними на равных и убить, это Янтарные драконы с их первородным пламенем, бушевавшим когда-то в недрах молодой Вселенной. Только люди не увидели этой устрашающей красоты, драконы умели скрывать свое присутствие. И Янтарному ответили. Раздался низкий, на грани слышимости, вой, от которого стыла кровь и звенели нервы, и из утеса вытекло узкое, змеевидное тело, светящееся мертвенным синеватым светом. Треугольная морда поднялась, выпустив облако тумана, и Призрачный распахнул костлявые крылья, стрелой взмыв в воздух к противнику. Янтарный чувствовал, что счет пошел на минуты, они утекали, как песок сквозь пальцы. Элис слабела с каждым мгновением, а его ярость росла. Призрачный зашипел, извернувшись, и выплюнул темно-синий сгусток, и за ним еще один, и еще. Янтарный увернулся от двух, но третий задел его бок, оплавив чешую и оставив безобразный черный след. Мертвая магия разъедала, как кислота, однако это лишь еще больше разозлило. Взревев, Янтарный выпустил струю пламени и спикировал на противника, окутавшись ярким сиянием, выставив бритвенно-острые когти. Призрачный попытался избежать столкновения, снова выпустив сгусток магии, но Янтарный рыкнул, выплюнув огненный шар, и, столкнувшись, он поглотил мертвую силу. А мощные лапы вцепились в призрачный бок, со всей силы рванув, и гудящее пламя перекинулось на противника, заставив его яростно зашипеть.
Звери сплелись в рычащий клубок, плюющийся то сгустками пламени, то полупрозрачным синим туманом, но огонь был сильнее, и злость Янтарного лишь набирала обороты с каждым куском, вырванным из призрачного тела. Золотистая чешуя тоже щедро осыпала землю, однако боль только раззадоривала зверя, и его когти глубже вонзались в плоть противника, ломая кости. Первородный огонь жадно пожирал Призрачного, заставляя визжать от боли, острые зубы Янтарного вцепились в загривок, вгрызаясь сильнее, пока наконец не перекусили хребет. Трубный, торжествующий вой унесся ввысь, а голова, отделенная от тела, полетела к земле, тая и теряя очертания, так же, как и обезображенное, поломанное тело.
Едва почувствовав, что жизни в поверженном противнике больше нет, Янтарный встряхнулся, послал струю огня, сжигая останки, и сложил крылья, стремительно рухнув к едва заметному входу на скале и оставляя за собой золотистый след. Через несколько мгновений на узкой тропинке, вившейся по известняковой скале, стоял тяжело дышавший, в лохмотьях, оставшихся от одежды, закопченный Логинов. Эйфория от схватки и свободы моментально сменилась тревогой и страхом, как только он шагнул в узкий лаз – вход в Соляной грот. Рома почти не ощущал Элис, и это был плохой знак… Мужчина бегом бросился вперед, не обращая внимания на ноющие ссадины и ожоги – теперь магия ему доступна в полном объеме, и на такие мелочи можно не обращать внимания. Главное, успеть к его девочке.
– Эля! – хрипло позвал Рома, вбежав в помещение, где висел густой запах крови. – Эля, черт!!
Она лежала без сознания, с окровавленной рукой и едва дышала. Кровь уже не текла, а часто капала с пальцев, и Логинов едва не задохнулся от паники, упав рядом с ней на колени. Осторожно обняв, он прижал девушку к себе, наклонился, пытаясь уловить дыхание, трясущимися пальцами нащупал едва бившуюся жилку.
– Лизонька, счастье мое, не умирай, слышишь?! – бормотал Рома, аккуратно уложив раненую руку на ее живот, но Элис не приходила в себя, голова беспомощно откинулась на его плечо.
Он мог залечить рану, без проблем, однако она потеряла слишком много крови. И оставался лишь один выход, как спасти его храбрую огненную ведьму. Придерживая бездыханное тело, Рома стиснул зубы, вытянул свободную руку и полоснул отросшим когтем, вскрыв предплечье и щедро орошая уже своей кровью длинный порез. Она на глазах превращалась в огненную, растекаясь по ране, и Элис выгнулась, широко распахнув невидящие глаза, из горла девушки вырвался хриплый крик. Логинов крепко держал ее, прижимая свою руку к ее, не замечая, что по щекам катятся слезы, и только бормотал беззвучно:
– Сейчас… Сейчас, хорошая моя, потерпи, это всегда больно, но по-другому никак…
Вообще далеко не все люди могли принять огненную кровь Янтарных драконов, но магия Элис была схожей стихии, и Логинов верил, что она поможет. Ему больше ничего не оставалось.

Звуки доходили как сквозь вату. Отдаленный удар, как от взрыва, такой, что аж стены загудели. С потолка посыпалась крошка, но сил открыть глаза и посмотреть уже не осталось. Ругательство Юры, его злое шипение, а потом – могучий рев, проникший даже сюда, сквозь толщу земли, от него нервы завибрировали и поднялись все волоски на теле. А я вдруг осознала, что губы медленно, но верно растягиваются в улыбке. Рома. Кажется, он нашел способ выпустить своего дракона, и для Падшего это оказалось неприятным сюрпризом.
Грот наполнился пронизывающим до костей холодом, воздух стал плотным, колючим, а потом неприятные ощущения пропали. Кроме тех, что охватывали тело и немеющую руку. Я все глубже уходила в вязкий кисель, окутавший сознание, даже боль притупилась и воспринималась как что-то привычное. Снова рев, уже ближе, шипение, а потом, кажется, я ненадолго отключилась. Пришла в себя от звучавшего приглушенно, до боли знакомого голоса, но веки словно налились свинцом, поднять их не осталось сил. Тело не подчинялось, руки не ощущала, и когда Рома обнял и прижал к себе, я могла только молча радоваться, что умру на руках любимого мужчины. Жаль, что у нас не выйдет и детей тоже не будет… Я уже не слышала, что он бормотал, не различала слов, все дальше уходя в темноту. Ровно до тех пор, пока руку не обожгло огнем, да таким, что он плавил кости и превращал мышцы в пепел. Я не сдержала хриплого крика, выгнувшись, ослепленная, не понимающая, что происходит и откуда этот огонь.
А он растекался по венам, проникал в тело, и я горела изнутри, подхваченная могучей стихией, не в силах противостоять ей. Лишь смутно ощущала державшие меня руки, задыхаясь от непереносимой боли, и в какой-то момент просто не выдержала и благополучно потеряла сознание, окунувшись в прохладную темноту.
…На лбу лежало что-то мокрое и божественно холодное. Тело ощущалось как желе, словно в нем не осталось ни одной целой кости. Даже глаза открыть было тяжело, и я только прислушивалась к звукам. Чье-то дыхание рядом. Моя ладонь в теплых пальцах. Умиротворяющий щебет птиц. И я точно лежу в постели, на мягкой подушке, укрытая покрывалом до подбородка. Кажется, вроде жива, ничего не болит и не жжется.
– Эля? Элечка, очнулась? – ласковый встревоженный голос, и изнутри поднимается теплая волна, а пальцы гладят мою ладонь, осторожно и нежно.
Мне даже удалось сделать усилие и все-таки поднять веки, чтобы наткнуться на пристальный, полный беспокойства взгляд янтарных глаз. Логинов сидел на краю постели рядом со мной, целый и невредимый, в футболке и штанах, мы находились в его спальне в доме тетки Вари. За окном разливался закат, только вопрос – текущего дня или уже следующего?
– Как ты себя чувствуешь? – спросил Рома, наклонившись ко мне и аккуратно убрав прядь с лица.
Голос еще слушался плохо, но хоть слушался, и я даже смогла просипеть:
– Как после столкновения со стадом слонов… или драконов. – У меня вырвался хриплый смешок.
Рома тоже улыбнулся, с облегчением, и длинно вздохнул.
– Главное, что жива, – произнес он и поправил покрывало. – Лежи, отдыхай, Искорка.
Отдыхать, конечно, хорошо, но у меня куча вопросов, между прочим! И моему любопытству совершенно начихать на физическое состояние амебы после центрифуги! Я облизнула сухие губы и сумела произнести:
– Что… там случилось?
Вредный Логинов нахмурился и строго сказал:
– Вот как окончательно придешь в себя, все расскажу, неугомонная моя, – потом наклонился и коснулся губ нежным поцелуем. – Есть хочешь? Варвара бульончик куриный сварила, специально для тебя.
При мысли о еде проснулся и желудок и требовательно заурчал. Рома хмыкнул, и на этот раз улыбка на его лице была больше похожей на прежнюю.
– Отлично, хороший признак. Сейчас принесу. – Он поднялся и вышел из спальни.
А я, прислушавшись к своему организму, поняла, что рука совсем не болит. Ужасно хотелось посмотреть, что с ней, но сил пошевелиться пока не находилось. Придется довериться ощущениям и надеяться, что они не обманывают и что со мной правда все хорошо, несмотря на мою почти смерть не так давно. По телу прошла волна холодной дрожи, и я несильно вздрогнула от запоздалого страха. Так, Элис, не думаем о плохом, все уже закончилось. Вернулся Рома с подносом и тарелкой, и мой нос уловил умопомрачительный запах, и даже силы вдруг взялись откуда-то приподняться, принюхиваясь к аромату бульона.
– Лежи, я сказал! – строго прикрикнул Логинов и присел рядом, поставил поднос на тумбочку. – Вот же шустрая, а!
Потом он помог мне сесть, опираясь на подушки, однако кормить меня пришлось ему, как маленького ребенка, с ложечки. Я еще оставалась слабой, как новорожденный котенок. После сытного бульона незаметно подобралась дрема, куда я плавно соскользнула и продрыхла уже до утра. Лишь смутно помнила, как позже ко мне прижалось теплое тело, сильные руки обняли, мягко прижав, и я окончательно уснула целительным сном.
К утру сил прибавилось, как и бодрости, только вредный дракон не дал мне встать, лично на руках отнес в ванную и порывался остаться и помочь привести себя в порядок. Смутившись и рассердившись, я огрызнулась:
– Может, и попу мне подтирать будешь? Брысь, Логинов, я не настолько беспомощная уже!
Одарив напоследок подозрительным взглядом, он вышел, но зуб даю, чутко прислушивался к происходящему. Я же первым делом осмотрела себя и убедилась, что на руке даже шрама не осталось, несмотря на обрывочные воспоминания о том, как почти горела заживо. Так, ладно, вот за завтраком и выпытаю подробности, которые я пропустила. Теплый душ взбодрил окончательно, тело уже не ощущалось безвольной тряпочкой, хотя слабость иногда накатывала, и, завернувшись в полотенце, я вернулась в спальню. Там уже на кровати стоял поднос с завтраком и восседал Логинов, не сводя с меня пристального взгляда. Я же заметила кое-какие изменения в его татуировке – естественно, Рома не потрудился надеть футболку. На темных линиях кое-где поблескивали полупрозрачные чешуйки, похожие на пластинки янтаря, и любопытство завозилось с новой силой. Плюхнувшись рядом, я кивнула и взяла тарелку с поджаренным хлебом и вбитым в серединку яйцом.
– Рассказывай, – решительно заявила, выразительно посмотрев на Логинова. – И да, я чувствую себя вполне прилично, – добавила, уловив сомнение в его взгляде, и наставила на него вилку. – И если немедленно не начнешь удовлетворять мое любопытство, оно меня загрызет.
Рома хмыкнул и расслабился, настороженное выражение ушло из янтарной глубины.
– Ну раз ехидничать стала, значит, правда на поправку идешь. Если кратко – тебя чуть не убили, ритуал этот засранец провести успел, но я его убил, – словно издеваясь, с невозмутимым видом изрек Логинов, и я чуть не запустила в него подушкой, сердито засопев. Рома тихо рассмеялся с явным удовольствием и поднял перед собой ладони. – Ладно, ладно, не фырчи, Искорка.
– С ребятами все хоть в порядке? – буркнула я, жуя завтрак.
– Да, слава богу, живы, хотя тоже натерпелись. – Рома поморщился. – Эта сволочь вырубил их и оттащил подальше, к одному из выходов наверх, подальше от меня – чтобы не услышали шума и не вздумали помочь. Карты-то у них не было, чтобы найти дорогу. Чудо, что их не зацепило обломками.
– Хорошо, а с тобой что было? – продолжила я допрос, наворачивая бутерброды с чаем.
Логинов пожал плечами.
– То же, что и с остальными. Падший вырубил, потом скинул в какой-то колодец без лестницы и запер там, заблокировав магию, – будничным тоном ответил он, расправив складки на покрывале. – Дальше я почувствовал, что тебе плохо, ну и… – Рома вздохнул. – Короче, сорвало крышу, и печати заодно тоже. И теперь я снова могу летать. – На его лице появилась мечтательная улыбка, и глаза на несколько мгновений стали отсутствующими, загоревшись изнутри мягким золотистым светом.
А еще зрачок мигнул и вытянулся в нитку. Я моргнула и едва не поперхнулась чаем, во все глаза уставившись на собеседника. Это что, получается…
– Ты теперь настоящий дракон? – тихо-тихо уточнила я, поставив чашку на поднос из опасения, что уроню.
Ромка вернулся в реальность, его глаза стали нормальными, и он с ухмылкой подмигнул.
– Хочешь, прокачу? – тоном змея-искусителя предложил он.
Я вдруг вспомнила свой сон, когда мы только познакомились. О господи, полетать на драконе – что-то попахивало дремучей фэнтези про попаданок… Я помотала головой, хотя отметила, что при мысли о полете в груди сжалось не от страха, а от странного предвкушения и восторга. Но сначала расставить все точки!
– Зенгар же говорил, Призрачного так просто не убить, – вспомнила я шамана.
– Да, обычному дракону точно, – невозмутимо кивнул Рома. – Но я из Янтарных. Только наше пламя может справиться с ними. Для Падшего это, судя по всему, был неприятный сюрприз, – в лице Логинова мелькнуло что-то хищное на несколько мгновений.
Ну, вот мы и подошли к скользкой теме моего спасения. Я поерзала, преувеличенно внимательно рассматривая чаинки в чашке.
– А потом что? – коротко спросила я. – Ну, после того как ты убил его?
В спальне повисло молчание. Я терпеливо ждала, и отчего-то сердце забилось быстрее и волнение защекотало изнутри мягкой кисточкой.
– Я пришел за тобой, – наконец заговорил дальше Рома негромким голосом. – А ты умирала, Эля. Я поделился с тобой своей кровью.
Так вот почему мое тело горело. Но я все-таки выжила, это главное.
– И что теперь? – осторожно переспросила, покосившись на него. – Я тоже драконом стану?
Логинов усмехнулся и покачал головой, потом наклонился и погладил меня по руке.
– Нет, но наши дети будут, – последовал ответ, и такой уверенный, что я не удержалась от нервного смешка.
Наши дети. Черт, от этой фразы волнение подскочило еще, лизнув жарким языком.
– И теперь ты точно проживешь долгую и насыщенную жизнь. – Рома снова подмигнул, завладев моей ладонью и поглаживая пальцами. – Вместе со мной, – твердо закончил он уже серьезно, не сводя с меня пристального взгляда.
Я вздохнула, привыкая к мысли, что теперь одиночество мне точно не грозит, и несмело улыбнулась в ответ.
– А можно последний вопрос? Как Падший вообще оказался в отделении?
– Михалыч сказал, его перевели около полугода назад и документы все были в порядке. – Рома передвинулся ближе, переставив пустой поднос, и обнял, привлекая к себе. – Подозреваю, рассчитывал, что так проще будет готовиться к ритуалу и скрыть потом убийства. Кто же подумает на оперативника. – Логинов фыркнул. – Готовился, собирал сведения, высчитывал и совершенно не думал, что я окажусь тоже из драконов, и уж тем более твое появление оказалось для него сюрпризом. Лавочника тоже он убил, чтобы мы не вышли на Падшего, и парня на мотоцикле, – добавил Рома, скользнув губами по моему виску. – Подозреваю, этот Дима побывал в Менгере и там и нашел сильрит, а в город его заманил Юра.
– А с архивом и Звонниковым? – вспомнила я нашу поездку на Западный берег.
– Тоже перестраховка, как я и предполагал. Избавлялся от свидетелей и ниточек.
Чуть повернувшись, я прижалась щекой к плечу Ромы, прикрыв глаза и чувствуя умиротворение в уютных объятиях.
– Значит, все, да? – тихо произнесла, наслаждаясь спокойствием рядом с ним.
– Ну, с этим делом – да, – кивнул Рома, погладив меня по плечу. – А у тебя наконец настанет нормальный отпуск, – строго добавил он, коснувшись пальцем кончика моего носа. – И, думаю, я тоже заслужил отдых. – Логинов потянулся и упал на кровать, утянув меня за собой. – Вообще надо заняться всякими полезными делами, например, подыскать нам какой-нибудь скромный приличный домик, – резко сменил он тему, и я не сразу поняла, что он имеет в виду.
– Нам? – пробормотала, рассеянно вырисовывая круги на его груди.
– А ты предпочитаешь дальше делить жилплощадь с Варварой? – хмыкнул Логинов. – И выставлять каждый раз звуконепроницаемый щит? – ехидно добавил дракон, и моим щекам стало тепло от толстого намека. – Нет уж, ты как хочешь, а я предпочитаю свое, отдельное жилье, мы, знаешь ли, существа гнездовые, – фыркнул Рома мне в макушку и крепче прижал к себе.
– А чего раньше не обзавелся тогда? – проворчала я, скрывая за этим собственное волнение.
– Раньше я для себя жил, а теперь у меня ты появилась, – последовал невозмутимый ответ, и сердце вспорхнуло птичкой прямо к горлу, чуть не застряв там. – Ну а потом и дети пойдут, конечно, нужно свое гнездо. Ты как, чувствуешь в себе силы для прогулки? – как ни в чем не бывало поинтересовался Логинов, пока я пыталась навести порядок в сумбурных мыслях и эмоциях.
Слишком стремительно в моей жизни наступили серьезные перемены, и в голове пока не укладывалось, что теперь у меня есть мужчина, да еще и любимый. Еще и дракон, черт возьми, настоящий. Но я больше не боялась будущего, и предательства тоже. Тот, кто вытащил тебя из лап смерти, поделившись своей кровью, точно никогда не вонзит нож в спину. И вообще, я все-таки слышала вчера, как меня назвали любимой…
– Может, сегодня на море, а завтра уже домом займемся? – предложила я, крепче прижавшись к нему.
– Можно и так, – покладисто согласился Логинов и поднялся, аккуратно придерживая меня. – Тогда – переодеваться, и на пляж!
Что же касается детей, я подумаю. Они, конечно, хорошо, но вопрос серьезный и я к нему должна привыкнуть.

Эпилог

Я сидела на веранде, залитой послеобеденным, еще теплым солнцем, и, жмурясь, наворачивала мелкую рыбешку домашнего посола. На столе росла горка голов, а кучка лакомства на тарелке таяла. Наш дом стоял в тихом районе одной из бесчисленных бухт Мирстона, и рядом очень удачно жила семья рыбака, у которых я и покупала время от времени свежие морепродукты. А в последнее время прямо подсела на такую вот рыбку. Тетя Маруся сама ее солила в бочках, и выходило просто пальчики оближешь. Я отправила в рот еще одну, едва не мурлыча и радуясь, что Ромы нет дома – он отправился в горы, размять крылья, а я сослалась на желание поваляться под последними теплыми лучами солнца перед осенью и осталась дома. На самом же деле организм в последнее время «радовал» внезапными головокружениями и приступами тошноты в самый неподходящий момент, и полеты на драконе пришлось временно отложить. Высоты я больше не боялась, кстати.
Вообще, конечно, слишком явные признаки, тем более что за своим здоровьем я следила и… Ну, таблетки мне Ромка категорически запретил пить, а я же не могу каждый раз после секса спрашивать у него, думал он или нет о детях. Так что, пришлось дать в морду собственным смутным страхам и смириться с тем, что нежданчик рано или поздно догонит. И, похоже, догнал. Только все равно где-то в душе затаилась боязнь таких резких перемен, и я оттягивала момент похода в аптеку, хотя отсутствие «веселых дней» целую неделю лучше всякого теста говорило о том, что оный будет положительным. А пока наворачивала втихаря от слишком внимательного порой супруга соленую рыбку и старалась пореже трогать свой пока плоский живот.
Взгляд упал на простой золотой ободок на пальце, и губы расплылись в совершенно довольной улыбке. Да, Ромка затащил меня в загс, как только я окончательно пришла в себя, на следующий же день, как мы купили дом – точнее, он. Накоплений у Логинова оказалось достаточно на добротный, двухэтажный, с верандой и небольшим участком, рядом с пляжем. Никаких грандиозных празднеств, просто расписались и потом посидели с ребятами в ресторане, отпраздновали. Ну и на неделю уехали на Западный берег. С моим переводом проблем не оказалось, как и подозревала, и дни потекли мирно и неторопливо, иногда перемежаясь расследованиями – слава богу, не такими насыщенными, как столкновение с Падшим. Михалыч, Эмиль и Серега очень радовались, что с нами все в порядке, и долго еще припоминали этот случай, не в силах до конца поверить, что их коллега оказался на деле таким вот психом на всю голову. Известие, что я остаюсь в Мирстоне и перехожу в постоянный штат, тоже их очень порадовало. Ну а мне и подавно нравилось тут, и климат мягкий, и сам городок спокойный, и вообще у меня тут теперь свой дом и муж. А скоро и еще кое-кто появится…
Углубившись в размышления, я даже не заметила, как схомячила последнюю рыбку, и с сожалением посмотрела на пустую тарелку, слизнув пряный рассол с пальцев. Черт, вот знала же, надо больше брать. Ладно, завтра утром схожу еще, как Рома в отделение поедет к Михалычу. Моя рука потянулась к темно-синей крупной сливе, и я рассеянно закусила фруктом, подперев кулаком подбородок. Мой организм в последнее время спокойно принимал самые причудливые сочетания, любимую рыбку я могла без проблем запивать хоть молоком – он выдерживал. А дурнота никак не связана была с едой, к моему облегчению.
– Элечка, сокровище мое, а ты ничего не хочешь мне рассказать, м? – раздался от входа вкрадчивый голос, и я едва не подавилась от неожиданности сливой.
Резко развернулась и уставилась на стоявшего у двери Рому, пристально смотревшего на меня со своей фирменной ухмылкой. Черт. Я не думала, что он вернется так скоро, обычно часа на три же уезжал! Наверное, на моем лице что-то отразилось, да и горка рыбных голов выглядела слишком красноречиво. Логинов неторопливо подошел, не вынимая рук из карманов штанов, ухмылка стала шире. Я же только и смогла пролепетать, понимая, что, кажется, попалась:
– Ты так быстро? Погода нелетная?
Он же оперся ладонью на стол и наклонился ко мне, и от пронизанного золотистой нежностью взгляда в груди все сжалось от затопившего восторга. Вот не могу я толком думать, когда Логинов так смотрит! Мысли напрочь отшибает.
– И ты считала, что, живя с любимой женщиной несколько месяцев, я в самом деле ничего не замечу? – с мягкой насмешкой произнес Рома, аккуратно ухватив меня за подбородок и целуя в кончик носа. – В том числе, и как ты втихаря точишь соленую рыбку? – не скрывая ехидства, добавил он. – Заедая ее при этом сладкими фруктами?
Рома вдруг поднял меня, сел на стул сам и устроил на своих коленях, крепко обняв и устроив подбородок на плече, одна его ладонь при этом осторожно легла на живот.
– И потом, я же чувствую изменения в твоих эмоциях и ауре, Искорка, – чуть тише произнес он, и я вздохнула, сдаваясь под напором неоспоримых доказательств и ощущая, как теплеют щеки от румянца. – Страшно? – правильно угадал он мое состояние.
– Ага, – согласилась я, прижавшись к нему. – Немножко.
– Вдвоем справимся, – уверенно заявил Рома, и сразу как-то спокойнее стало, напряжение внутри немного отпустило. – А завтра к врачу пойдем, – строго добавил он, развернув к себе.
– Хорошо, – кротко согласилась я и улыбнулась, обвив его шею и уставившись просящим взглядом. – Ро-ом, а мне еще рыбки хочется, – жалобно протянула, и рот моментально наполнился слюной при мысли о лакомстве.
Логинов фыркнул, взъерошил мои кудри, уже отросшие до плеч – муж категорично заявил, что хватит мне бегать пацанкой и длинные волосы мне пойдут лучше, – и издал негромкий смешок.
– Ну хорошо хоть не варенья из огурцов, – отозвался он и аккуратно ссадил меня с колен. – Сейчас принесу, голодная моя.
Он ушел к соседке за рыбкой, а я поспешила на кухню, заняться ужином для любимого мужчины. Еще один чудесный день заканчивался, а впереди их ждет еще очень много, теперь наполненных и другими хлопотами. Но я больше не боялась, ведь рядом будет тот, кто всегда поддержит и поможет. Мой верный дракон, сумевший приручить меня.